Читаем Последняя из рода Блэк (СИ) полностью

- Я тоже все о себе знаю, – прервала я ее, и она повернулась к Драко.

- А тебя как зовут?

- Драко. Драко Малфой, – высокомерно представился он. – Что-то мне незнакома твоя фамилия. Кто твои родители?

- О, они не волшебники. Представляете, я так удивилась, когда получила письмо из Хогвартса!

- Магглокровка, – пробормотал дедуля.

Я взглянула на Тома Риддла. Он сидел рядом с Драко и с интересом разглядывал Гермиону Грейнджер. И правда, непохоже, чтобы он испытывал ненависть.

Зато Драко скривился, и я быстро перехватила инициативу разговора, пока он не сказал какую-нибудь гадость.

- Я тоже жила с магглами до школы. Добро пожаловать в волшебный мир, Гермиона Грейнджер, – я протянула ей руку, и она удивленно ее пожала. – А теперь смотри, чему я научилась по учебникам. Вингардиум Левиосса!

Ей на колени приземлилась нераспечатанная шоколадная лягушка.

- О, спасибо! – она сжала конфету в руке и подскочила. – Кстати, мне пора дальше искать жабу! Увидимся позже, да?

Она умчалась.

- Это же магглокровка! – прошипел Малфой.

- Умная, смелая и решительная магглокровка, и, кстати, забудь это слово, – сказала я. – Я говорила, что друзей выбираю сама.

Драко Малфой обиженно засопел. Но долго дуться не стал.

- А ты помнишь, ну… Темного Лорда?

Мой взгляд метнулся на Тома Риддла, и я не сдержала смешок. Как уж тут забудешь!

- Я помню вспышку зеленого света, – сочинила я, исходя из предположения, что мочил он меня Авада Кедаврой. До этого момента я, конечно, тогда его воспоминания не досмотрела. А если бы досмотрела, то вряд ли сидела бы здесь. Чувствую, он бы все же захватил власть над моим неокрепшим детским сознанием.

- Вау, – повторил Малфой.

- Расскажи лучше ты что-нибудь интересное. Летаешь на метле? – перевела я тему.

У Драко загорелись глаза, и он пустился в пространные рассказы о своих воздушных подвигах.

Так мы и доехали до Хогвартса.

====== Глава 8. Замок ======

На платформе нас встречал Хагрид. Я, конечно, знала, что он полувеликан… но не ожидала, что он будет таким огромным! Старшие курсы поехали на летающих каретах, а Хагрид усадил первогодок в лодки, и те повезли нас к замку.

- Говорят, в озере живут русалки, – сказал Малфой.

- Это так, – подтвердила Гермиона, которая села с нами. – Об этом написано в «Истории Хогвартса».

После моих слов Драко Малфой по-новому смотрел на Гермиону Грейнджер. Изучающе – он пытался понять, превосходят ли описанные мной достоинства ее главный недостаток – маггловские корни. Помимо нас в лодке был Арк. Том Риддл скользил над водой рядом.

Мы вынырнули из пещеры, и перед нами вырос замок, величественный и прекрасный.

Вместе со всеми я охнула, и из глаз едва не брызнули слезы. Я повернулась к Тому Риддлу.

А вот тот плакал.

- Это прекрасно, – сказал он, вытирая со щек призрачные слезы. – Я вспомнил свой первый день здесь, понимаешь? Я был так счастлив.

Сентиментальный Темный Лорд. Великолепно.

На пороге нас встретила Минерва МакГонагалл. В жизни она выглядела лучше, чем на фотках. Она увела нас в крошечный зал и велела не беситься перед церемонией Распределения. Гермиона начала нервничать, прикидывая варианты испытаний, что готовила нам церемония, и Малфой покровительственно сказал:

- Нет никаких испытаний. Мы просто наденем Распределительную Шляпу, и она сама определит факультет.

Успокоилась и я. Прекрасно, значит, со времен Арка ничего не изменилось.

Появилась МакГонагалл, и мы гуськом отправились в Большой Зал. Я оценила заколдованный под небо потолок и принялась разглядывать столы. У каждого факультета был свой длинный обеденный стол. В спины нам смотрели преподаватели.

МакГонагалл принялась вызывать всех по алфавиту. Из нас троих первой была Гермиона, и громкоголосая говорящая Шляпа определила ее в Гриффиндор. Драко Малфой фыркнул.

- Ну, все, она точно не с нами.

Его ожидаемо отправили в Слизерин. После череды имен пришла и моя очередь. Зал взорвался шепотками, когда назвали мое имя.

- Так-так, – произнесла Шляпа мне на ухо. – Юная леди не сняла свой темный амулет…

- И ты не можешь заглянуть мне в голову, – прошептала я. – Оно и не надо. Слизерин.

Я не могла подвести дедулю и выбрать другой факультет.

- Что ж, здесь все ясно, – мне показалось, что в голосе Шляпы была печаль: – Слизерин!

Слизеринский стол взорвался аплодисментами. Другие жидко захлопали.

Я сняла Шляпу и уселась рядом с Драко, который гордо хлопнул меня по плечу. Он тащился от того, что завел дружбу со знаменитостью, и хотел покрасоваться. Я поймала взгляд Гермионы с гриффиндорского стола и с улыбкой показала ей большой палец. Она помахала в ответ.

- На тебя смотрят преподаватели, – сказал Том Риддл, стоя за моей спиной.

«Все хорошо, лишь бы они на тебя не смотрели», – сказала я, оборачиваясь к их столу.

Кажется, никому не понравилось мое распределение. МакГонагалл и Хагрид откровенно встревоженно хмурились, Снейп сверлил во мне дырку злобным взглядом. Дамблдор с застывшей улыбкой внимательно изучал меня сквозь стекла очков-половинок.

Перейти на страницу:

Похожие книги

После банкета
После банкета

Немолодая, роскошная, независимая и непосредственная Кадзу, хозяйка ресторана, куда ходят политики-консерваторы, влюбляется в стареющего бывшего дипломата Ногути, утонченного сторонника реформ, и становится его женой. Что может пойти не так? Если бывший дипломат возвращается в политику, вняв призывам не самой популярной партии, – примерно все. Неразборчивость в средствах против моральной чистоты, верность мужу против верности принципам – когда политическое оборачивается личным, семья превращается в поле битвы, жертвой рискует стать любовь, а угроза потери независимости может оказаться страшнее грядущего одиночества.Юкио Мисима (1925–1970) – звезда литературы XX века, самый читаемый в мире японский автор, обладатель блистательного таланта, прославившийся как своими работами широчайшего диапазона и разнообразия жанров (романы, пьесы, рассказы, эссе), так и ошеломительной биографией (одержимость бодибилдингом, крайне правые политические взгляды, харакири после неудачной попытки монархического переворота). В «После банкета» (1960) Мисима хотел показать, как развивается, преображается, искажается и подрывается любовь под действием политики, и в японских политических и светских кругах публикация вызвала большой скандал. Бывший министр иностранных дел Хатиро Арита, узнавший в Ногути себя, подал на Мисиму в суд за нарушение права на частную жизнь, и этот процесс – первое в Японии дело о писательской свободе слова – Мисима проиграл, что, по мнению некоторых критиков, убило на корню злободневную японскую сатиру как жанр.Впервые на русском!

Юкио Мисима

Проза / Прочее / Зарубежная классика
Ставок больше нет
Ставок больше нет

Роман-пьеса «Ставок больше нет» был написан Сартром еще в 1943 году, но опубликован только по окончании войны, в 1947 году.В длинной очереди в кабинет, где решаются в загробном мире посмертные судьбы, сталкиваются двое: прекрасная женщина, отравленная мужем ради наследства, и молодой революционер, застреленный предателем. Сталкиваются, начинают говорить, чтобы избавиться от скуки ожидания, и… успевают полюбить друг друга настолько сильно, что неожиданно получают второй шанс на возвращение в мир живых, ведь в бумаги «небесной бюрократии» вкралась ошибка – эти двое, предназначенные друг для друга, так и не встретились при жизни.Но есть условие – за одни лишь сутки влюбленные должны найти друг друга на земле, иначе они вернутся в загробный мир уже навеки…

Жан-Поль Сартр

Классическая проза ХX века / Прочее / Зарубежная классика