Читаем Последняя из рода Блэк (СИ) полностью

Я с руганью натянула джинсы, отыскала куртку и рюкзак. Скидала в него остатки вещей: газетные вырезки, пара учебников, прихваченных почитать, пакет со сбережениями. Открыла окно и спрыгнула, больно ударившись плечом о землю. Мне было фигово – так коряво я давно не приземлялась. Рядом приземлился Арк.

Мы прошли два квартала, прежде чем он сказал:

- Объясняй, что происходит?

- Со мной что-то не так! – пробормотала я, размазывая холодный пот по горящему лбу. Руки у меня дрожали. – Мне мерещилось, что я – Темный Лорд! Точнее, не так – я была Темным Лордом. Я была в его голове.

- Когда ты проснулась, то сказала, что это он в твоей голове, – уточнил дедуля.

- Мерлиновы ягодицы, какая разница! – вскрикнула я, чем заставила отшатнуться припозднившуюся парочку. Голова зверски болела, а перед глазами мелькали подробности приютской жизни. Почему-то из всего, что я успела увидеть, они были самыми яркими.

- Большая разница. Вызывай Кричера.

Я уже тоже подумала об эльфе и свернула в темный тупик, где прижимались к стене лишь мусорные баки. Хлопнула в ладони, но ничего не произошло.

- Сконцентрируйся. Дыши, – велел Арк.

- Легко тебе говорить! – огрызнулась я и сделала три глубоких вдоха из простейшей дыхательной гимнастики.

Хлопнула еще раз.

- Юная хозяйка Гертруда, вы звали меня? – проскрежетал эльф, с хлопком очутившись рядом.

- Домой, – я протянула ему руку, и нас дернуло. Ох, не люблю перемещения – будто с огромной скоростью ухаешь с большой высоты. Мы оказались в гостиной дома Блэков, и я тут же бухнулась на свой любимый диван, прижимая холодные ладони к голове.

- Пусть эльф принесет пергамент и чернила, – сказал Арк, усевшись рядом. – Будем писать Изгоняющему.

- Арктурус Блэк, – желтые глаза осмотрели дедулю от носа до кончика хвоста. – Посмертие тебя не пощадило. Юджин Молок, приятно познакомиться, юная леди, – высокий беловолосый Юджин склонился над диваном, целуя мою руку. У меня так нефигово болела голова, что я не удивилась ни желтым глазам гостя, ни тому, что он узнал Арка.

- Юджин полукровка. Его отец – демон, – сказал дедуля.

- Прекрасно, – простонала я. В этот момент меньше всего меня заботила хоть чья-то родословная.

Полукровка Юджин уселся на диван рядом со мной и расстегнул цепочку кулона, глушащего мысли. Я вдруг в панике поняла, что его лицо становится все более расплывчатым. Я что, слепну?

Юджин прижал палец к моему лбу, и я снова застонала – на этот раз от облегчения. Боль ушла.

- Одержимость есть борьба злого духа за тело человека, – сказал он и добавил для нетерпеливо рыкнувшего Арка. – Да, она одержима.

- Ты сможешь изгнать его?

Юджин задумчиво меня разглядывал. Я не смела и пискнуть, опасаясь, что боль вновь вернется.

- Он хорошо обосновался в этом теле. Изгнать его будет непросто. Если бы не кулон, ничто бы его не остановило. Ты участвовала в ритуале, дитя?

- Ну, – буркнула я. Только не отходи от меня, только не отходи.

- Шрам старый, а значит, дух поселился в тебе давно. Темная магия пробудила его к жизни. Вы знаете, чей это дух?

- Есть подозрения, – мрачно сказал Арк.

- Нужен личный прижизненный предмет этого человека. Тот, что хранит его ауру. Волшебная палочка, амулет, подобный этому – хоть что-то.

Помедлив, пес покачал головой.

- Я не смогу избавить ребенка от духа, не убив ее. Зовите, когда найдете то, о чем я сказал, – Юджин отнял палец от моей головы, и боль вспыхнула ослепительным фейерверком.

Я жалобно захныкала, и тут противный скрипучий голос произнес:

- Есть такая вещь.

Изгоняющий держал медальон за цепь на вытянутой руке. Желтый камень сверкал в пламени свечей. Рядом застыл Кричер, притащивший артефакт. Откуда у него была побрякушка, еще предстояло выяснить.

- Медальон Салазара Слизерина, – тихо произнес Юджин. – Последним хозяином был Темный Лорд Англии, Волдеморт.

Желтые глаза метнулись к моему лицу.

- Тебя связывает долг, Изгоняющий! – прорычал Арк. Шерсть на его загривке вздыбилась. – Услуга за услугу!

- И я расплачусь за услугу, Арктурус. Я спасу твою наследницу, – Юджин подкинул амулет, чтобы поймать и крепко сжать в ладони – так крепко, что по его пальцам побежала кровь. Другой рукой он приник к губам, и вдруг неожиданно прокусил собственную ладонь, чтобы секундой позже прижать ее к моему лбу.

Воздух завибрировал, у меня заложило уши. Арка, кажется, метившего оскаленной пастью в шею Юджина, отбросило к стене.

Изгоняющий читал заклинание на неизвестном мне языке, и от слов его комнату заполоняли тени.

Это продолжалось вечность – или миг, время тогда не имело власти. Но вот он замолчал, и свечи вновь загорелись ровно. Вернулись звуки.

По медальону Слизерина пробежала кривая трещина и он, без единого пятнышка крови Изгоняющего, упал на потрескавшийся паркет.

- Мерлиновы яйца! – закричала я в этот торжественный момент, чтобы как-то заглушить свой страх. – Что это нахрен было?!

Юджин встал и грустно улыбнулся.

- Я не смог уничтожить того, кто покорил Тьму. Прости меня, девочка.

Он провел перед моим лицом рукой, и я уснула.

====== Глава 6. Привидение ======

Перейти на страницу:

Похожие книги

После банкета
После банкета

Немолодая, роскошная, независимая и непосредственная Кадзу, хозяйка ресторана, куда ходят политики-консерваторы, влюбляется в стареющего бывшего дипломата Ногути, утонченного сторонника реформ, и становится его женой. Что может пойти не так? Если бывший дипломат возвращается в политику, вняв призывам не самой популярной партии, – примерно все. Неразборчивость в средствах против моральной чистоты, верность мужу против верности принципам – когда политическое оборачивается личным, семья превращается в поле битвы, жертвой рискует стать любовь, а угроза потери независимости может оказаться страшнее грядущего одиночества.Юкио Мисима (1925–1970) – звезда литературы XX века, самый читаемый в мире японский автор, обладатель блистательного таланта, прославившийся как своими работами широчайшего диапазона и разнообразия жанров (романы, пьесы, рассказы, эссе), так и ошеломительной биографией (одержимость бодибилдингом, крайне правые политические взгляды, харакири после неудачной попытки монархического переворота). В «После банкета» (1960) Мисима хотел показать, как развивается, преображается, искажается и подрывается любовь под действием политики, и в японских политических и светских кругах публикация вызвала большой скандал. Бывший министр иностранных дел Хатиро Арита, узнавший в Ногути себя, подал на Мисиму в суд за нарушение права на частную жизнь, и этот процесс – первое в Японии дело о писательской свободе слова – Мисима проиграл, что, по мнению некоторых критиков, убило на корню злободневную японскую сатиру как жанр.Впервые на русском!

Юкио Мисима

Проза / Прочее / Зарубежная классика