Читаем Россия Величие Планеты (СИ) полностью

Тогда красотки усилили пальбу, сработали катапульты. В орков полетели горшки с горящим маслом и спиртом. Они эти емкости смерти лопались и зажигалось пламя словно напалма. Охваченные пламенем орки ревели и стучали по груди кулаками. С них слазила кожа, и едались глаза. А эльфийки и эльфы ускоренно вели огонь, палили просто по площадям.

Анжелика проревела:

- Если враг отказался враз, и не друг и не враг, а маразм!

Наташка поправила рыжую:

- Совсем не в рифму у тебя получается! Эх, твой слог на рифмованный стиль не похож! Ты голосом толстым, фальшиво поешь!

Зоя логично заметила:

- Вот мы и без танка воюем неплохо!

Светлана, ведя огонь из лука, в ответ пропела:

- О том, что свет учение, зимою и весной, твердим без исключения всей нечисти лесной! Ох, орки вы лохматые, несете вонь и чушь - когда вся сила в атоме и технике кто муж!

Девчата вели огонь, и смело подпевали. Они ведь ловко провернули операцию и обучили войска. А вот орки пытались прорваться на дистанцию. Они совсем уже близко. Но ударили струи огнеметов. Прямо в оскаленные пасти чудовищ. И твари стали реветь, если это возможно еще отчаяннее и громче. Запах паленой шерсти и мяса стали еще сильнее. И пахло всем рваным и огненным невероятно сильно.

Наташа произнесла:

- Брошены в бой предпоследние козыри! Теперь вопрос будем швырять последний козырь?

Анжелика рационально заметила:

- Последнюю тысячу патронов лучше приберечь для более крупной битвы, как и двадцать снарядов!

Светлана со вздохом заметила:

- И это ничего не решит, как в том, как и в ином случае!

Зоя неожиданно произнесла:

- А может, проедем? Хоть немного подавим гадов!

Наташа скептически посмотрела на Зою:

- А стоит? Горючее осталось только на донышке!

Зоя со злостью в голосе ответила:

- Тем лучше! Выработаем его до конца!

Наташка посмотрела, как подходит волна орков к эльфийкам. Воительницы стреляют уже в упор. Некоторые воительницы и воители уже схватились за мечи, и рубятся с тварями. Вот первые жертвы и среди эльфов.

Наташа решительно произносит:

- Запускай танк!

Девушка бегом заскочила на танк, затем юркнула в башню. Машина оглушительно заревела. Т-34 двинулась, вперед набирая скорость. Едва только орки увидели ее как...бросились утекать. Видимо слухи об этом чудовище оказались страшными и сильно преувеличенными. А танк ревел, набирая скорость. Несколько десятков самых смелых орков оказались раздавленные гусеницами.

Остальные только прибавляли прыти. Под гусеницами хлопала кровь, и трещали кости. Наташка во все горло завопила:

- Хватит! Береги топливо!

Толи Зоя, несмотря на грохот, услышала, толи догадалась сама, но машина остановилась. Эльфы, ликуя, проорали:

- Победа! Победа! Победа!

Зоя высунулась из башни и произнесла:

- Жажда ничто! Имидж все!

Таким образом, девчата записали себе очередную победу. Которую, разделили с героическим эльфийским народом. Безвозвратные потери составили всего два убитых эльфа. Ранено оказалось больше тридцати, но ведь у гламурного народа все так быстро заживает. Герцогиня приказала добить раненных орков. На вопрос Наташи:

- К чему такая жестокость?

Знатная эльфийка ответила:

- Нам они пленными не нужны! У нас у эльфов нет рабства, это позор! А если пленных отпустим, то они снова вернуться и будут нас убивать!

Наташа пожала плечами, заметив:

- Мы тоже пленных немцев не отпускаем, а заставляем за нас работать! Но если у вас нет рабства...

Герцогиня решительно произнесла:

- Нет и, не будет!

Наташка махнула рукой:

- Делайте, как знаете! У меня от этого мутит!

Герцогиня хихикнула и приказала:

- Добейте!

Анжелика заметила с улыбкой:

- Как это не эстетично!

Светлана безжалостно парировала:

- Зато практично! Мы есть настоящий секс символ!

Наташа неожиданно агрессивно пропела:

Нельзя созидать, не разрушив,

Нельзя осчастливить всех разом!

Насилье как сталь крепит душу,

Убийство кует - волю, разум!

Раненных быстро добивали. Наташа вспомнила начало войны. Да не пошло тогда у Красной армии. Подавляющее большинство советских граждан, особенно молодежь, были уверены в быстрой победе. Те, кто постарше и помнили первую мировую войну, не столь оптимистично настроены.

При царе кайзеровские войска нанесли ряд поражений русской армии и глубоко вклинились в позиции. Хотя немцев и остановили у Риги, Вильно, Барановичи, а австрийцы даже не смогли отвоевать своей территории.

Потом Брусилов провел прорыв отбив половину Галиции и большую часть Буковины.

Австрия понесла невосполнимые потери, и казалось, близка окончательная победа. Но февральская революция привела Российскую армию в расстройство, а ноябрьская окончательно добила. Большевики были вынуждены пойти на тяжелый Брест-Литовский мир. Они уступили значительные территории, и заплатили большую контрибуцию Германии.

Так что оснований слишком уже верить шапкозакидательской пропаганде не было.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сила
Сила

Что бы произошло с миром, если бы женщины вдруг стали физически сильнее мужчин? Теперь мужчины являются слабым полом. И все меняется: представления о гендере, силе, слабости, правах, обязанностях и приличиях, структура власти и геополитические расклады. Эти перемены вместе со всем миром проживают проповедница новой религии, дочь лондонского бандита, нигерийский стрингер и американская чиновница с политическими амбициями – смену парадигмы они испытали на себе первыми. "Сила" Наоми Алдерман – "Рассказ Служанки" для новой эпохи, это остроумная и трезвая до жестокости история о том, как именно изменится мир, если гендерный баланс сил попросту перевернется с ног на голову. Грядут ли принципиальные перемены? Станет ли мир лучше? Это роман о природе власти и о том, что она делает с людьми, о природе насилия. Возможно ли изменить мир так, чтобы из него ушло насилие как таковое, или оно – составляющая природы homo sapiens? Роман получил премию Baileys Women's Prize (премия присуждается авторам-женщинам).

Алексей Тверяк , Григорий Сахаров , Дженнифер Ли Арментроут , Иван Алексеевич Бунин

Фантастика / Прочее / Прочая старинная литература / Религия / Древние книги
История русской литературы с древнейших времен по 1925 год. Том 2
История русской литературы с древнейших времен по 1925 год. Том 2

Дмитрий Петрович Святополк-Мирский История русской литературы с древнейших времен по 1925 год История русской литературы с древнейших времен по 1925 г.В 1925 г. впервые вышла в свет «История русской литературы», написанная по-английски. Автор — русский литературовед, литературный критик, публицист, князь Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (1890—1939). С тех пор «История русской литературы» выдержала не одно издание, была переведена на многие европейские языки и до сих пор не утратила своей популярности. Что позволило автору составить подобный труд? Возможно, обучение на факультетах восточных языков и классической филологии Петербургского университета; или встречи на «Башне» Вячеслава Иванова, знакомство с плеядой «серебряного века» — О. Мандельштамом, М. Цветаевой, А. Ахматовой, Н. Гумилевым; или собственные поэтические пробы, в которых Н. Гумилев увидел «отточенные и полнозвучные строфы»; или чтение курса русской литературы в Королевском колледже Лондонского университета в 20-х годах... Несомненно одно: Мирский являлся не только почитателем, но и блестящим знатоком предмета своего исследования. Книга написана простым и ясным языком, блистательно переведена, и недаром скупой на похвалы Владимир Набоков считал ее лучшей историей русской литературы на любом языке, включая русский. Комментарии Понемногу издаются в России важнейшие труды литературоведов эмиграции. Вышла достойным тиражом (первое на русском языке издание 2001 года был напечатано в количестве 600 экз.) одна из главных книг «красного князя» Дмитрия Святополк-Мирского «История русской литературы». Судьба автора заслуживает отдельной книги. Породистый аристократ «из Рюриковичей», белый офицер и убежденный монархист, он в эмиграции вступил в английскую компартию, а вначале 30-х вернулся в СССР. Жизнь князя-репатрианта в «советском раю» продлилась недолго: в 37-м он был осужден как «враг народа» и сгинул в лагере где-то под Магаданом. Некоторые его работы уже переизданы в России. Особенность «Истории русской литературы» в том, что она писалась по-английски и для англоязычной аудитории. Это внятный, добротный, без цензурных пропусков курс отечественной словесности. Мирский не только рассказывает о писателях, но и предлагает собственные концепции развития литпроцесса (связь литературы и русской цивилизации и др.). Николай Акмейчук Русская литература, как и сама православная Русь, существует уже более тысячелетия. Но любознательному российскому читателю, пожелавшему пообстоятельней познакомиться с историей этой литературы во всей ее полноте, придется столкнуться с немалыми трудностями. Школьная программа ограничивается именами классиков, вузовские учебники как правило, охватывают только отдельные периоды этой истории. Многотомные академические издания советского периода рассчитаны на специалистов, да и «призма соцреализма» дает в них достаточно тенденциозную картину (с разделением авторов на прогрессивных и реакционных), ныне уже мало кому интересную. Таким образом, в России до последнего времени не существовало книг, дающих цельный и непредвзятый взгляд на указанный предмет и рассчитанных, вместе с тем, на массового читателя. Зарубежным любителям русской литературы повезло больше. Еще в 20-х годах XIX века в Лондоне вышел капитальный труд, состоящий из двух книг: «История русской литературы с древнейших времен до смерти Достоевского» и «Современная русская литература», написанный на английском языке и принадлежащий перу… известного русского литературоведа князя Дмитрия Петровича Святополка-Мирского. Под словом «современная» имелось в виду – по 1925 год включительно. Книги эти со временем разошлись по миру, были переведены на многие языки, но русский среди них не значился до 90-х годов прошлого века. Причиной тому – и необычная биография автора книги, да и само ее содержание. Литературоведческих трудов, дающих сравнительную оценку стилистики таких литераторов, как В.И.Ленин и Л.Д.Троцкий, еще недавно у нас публиковать было не принято, как не принято было критиковать великого Л.Толстого за «невыносимую абстрактность» образа Платона Каратаева в «Войне и мире». И вообще, «честный субъективизм» Д.Мирского (а по выражению Н. Эйдельмана, это и есть объективность) дает возможность читателю, с одной стороны, представить себе все многообразие жанров, течений и стилей русской литературы, все богатство имен, а с другой стороны – охватить это в едином контексте ее многовековой истории. По словам зарубежного биографа Мирского Джеральда Смита, «русская литература предстает на страницах Мирского без розового флера, со всеми зазубринами и случайными огрехами, и величия ей от этого не убавляется, оно лишь прирастает подлинностью». Там же приводится мнение об этой книге Владимира Набокова, известного своей исключительной скупостью на похвалы, как о «лучшей истории русской литературы на любом языке, включая русский». По мнению многих специалистов, она не утратила своей ценности и уникальной свежести по сей день. Дополнительный интерес к книге придает судьба ее автора. Она во многом отражает то, что произошло с русской литературой после 1925 года. Потомок древнего княжеского рода, родившийся в семье видного царского сановника в 1890 году, он был поэтом-символистом в период серебряного века, белогвардейцем во время гражданской войны, известным литературоведом и общественным деятелем послереволюционной русской эмиграции. Но живя в Англии, он увлекся социалистическим идеями, вступил в компартию и в переписку с М.Горьким, и по призыву последнего в 1932 году вернулся в Советский Союз. Какое-то время Мирский был обласкан властями и являлся желанным гостем тогдашних литературных и светских «тусовок» в качестве «красного князя», но после смерти Горького, разделил участь многих своих коллег, попав в 1937 году на Колыму, где и умер в 1939.«Когда-нибудь в будущем, может, даже в его собственной стране, – писал Джеральд Смит, – найдут способ почтить память Мирского достойным образом». Видимо, такое время пришло. Лучшим, самым достойным памятником Д.П.Мирскому служила и служит его превосходная книга. Нелли Закусина "Впервые для массового читателя – малоизвестный у нас (но высоко ценившийся специалистами, в частности, Набоковым) труд Д. П. Святополк-Мирского". Сергей Костырко. «Новый мир» «Поздней ласточкой, по сравнению с первыми "перестроечными", русского литературного зарубежья можно назвать "Историю литературы" Д. С.-Мирского, изданную щедрым на неожиданности издательством "Свиньин и сыновья"». Ефрем Подбельский. «Сибирские огни» "Текст читается запоем, по ходу чтения его без конца хочется цитировать вслух домашним и конспектировать не для того, чтобы запомнить, многие пассажи запоминаются сами, как талантливые стихи, но для того, чтобы еще и еще полюбоваться умными и сочными авторскими определениями и характеристиками". В. Н. Распопин. Сайт «Book-о-лики» "Это внятный, добротный, без цензурных пропусков курс отечественной словесности. Мирский не только рассказывает о писателях, но и предлагает собственные концепции развития литпроцесса (связь литературы и русской цивилизации и др.)". Николай Акмейчук. «Книжное обозрение» "Книга, издававшаяся в Англии, написана князем Святополк-Мирским. Вот она – перед вами. Если вы хотя бы немного интересуетесь русской литературой – лучшего чтения вам не найти!" Обзор. «Книжная витрина» "Одно из самых замечательных переводных изданий последнего времени". Обзор. Журнал «Знамя» Источник: http://www.isvis.ru/mirskiy_book.htm === Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (1890-1939) ===

Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (Мирский) , (Мирский) Дмитрий Святополк-Мирский

Культурология / Литературоведение / Прочая старинная литература / Образование и наука / Древние книги