Читаем Русь земная и небесная полностью

Кто же мы? Уж скорее мы – персы:

Не от скифов ли род свой ведем?

Оттого ли так долго и дерзко

В Европейский ломились мы дом?

Персы взяли когда – то Афины,

Ну, а мы – дважды брали Берлин…

Это – спор изначальный, старинный:

Делят, делят громаднейший блин -

Или шар, что зовется Землею -

И не могут никак поделить:

Лишь враждой одуряются злою,

Чтобы беды друг другу творить!

Азиопцы мы иль евразийцы -

Согласиться придется в одном:

Не поймет монголоид арийца -

Потому и себя не поймем!

СТРОПТИВЫЕ БРАТЬЯ.

Вас единою цепью сковало

Провиденье. Но, кроме оков,

Вы и блага вкусили немало -

От снегов и до знойных песков!

За широкой российской спиною

Вы от многих избавились бед,

И единою звались страною

Среди общих невзгод и побед!

А теперь, когда Русь ослабела

И, как в братьях, нуждается в вас -

На лихое решились вы дело:

Туркестанцы, прибалты, Кавказ!

Нет! Не мстить теперь надо славянам -

Хоть в течение многих веков

Было все: и обиды, и раны -

Что ж поделать, коль Мир наш таков!

Да! России одной будет скверно,

Сиротливо ей будет без вас…

Но и вам – еще хуже, наверно:

Туркестанцы, прибалты, Кавказ!

Вы займетесь сведением счетов

Меж собою – что дико, грешно…

Есть важней и насущней заботы:

Помнить старые распри смешно!

Лжив и страшен тот призрак свободы,

Что приносит вражду в каждый дом,

Будоражит и ссорит народы,

Полумесяц враждует с крестом!

Не играйте своею судьбою,

Не старайтесь грести под себя:

Угасите вражду меж собою,

Чтобы жить, никого не губя!

АПОФЕОЗ СТЯЖАТЕЛЬСТВА.

Рынок! Рынок! Да здравствует рынок!

А пока что – повсюду базар:

От иконок до порнокартинок

Промышляют и молод, и стар!

Вздуть бы цены на все, что угодно,

Чтобы денег нахапать сполна:

Грабят нас так легко и свободно,

Что и "фомка" давно не нужна!

Спекулянт нынче стал коммерсантом -

Уважать его надо теперь:

Со своим прохиндейским талантом

Он открыл себе в будущность дверь:

Пусть работают те, кто глупее -

Куда легче купить и продать:

От сапог до столярного клея -

Вот где счастье! Вот где благодать!

Ну, а прочим – огрызки, объедки:

Горсть копейками ставших рублей -

Раз уж нет ни нахальства, ни сметки

Драть семь шкур с простодушных людей!

Осчастливят ли нас эти типы,

Коль разденут страну догола?

Испускает предсмертные хрипы

Все хозяйство… Печальны дела!

А они покупают валюту,

В заграничные банки кладут…

Производство? Да ну его к шуту:

Ведь сверхприбылей там не найдут!

Мародерская эта стихия -

Векового безумства итог:

Век от века страдала Россия,

Но спасал ее все – таки Бог!

Было все: голод… мор… тирания…

Но в семнадцатом – сам Сатана

Будто тяжкую шизофрению

Ей послал, взбаламутив до дна!

Поутихнув в двадцатые годы,

Разгорелось безумье опять…

Где ж лекарство найти для народа,

Чтоб хоть нынешний приступ унять?

Бред есть бред: и какой бы идеей

Мы ни бредили – наша беда

В том, что сами себе мы злодеи,

Ибо вечно бредем в никуда!

Не поможет ни Бог, ни Мессия

Нам достойный удел обрести,

Коль умом не постигнем Россию:

Только это нас может спасти!

* ЗАВОЕВАТЕЛИ.*

АЛЕКСАНДР МАКЕДОНСКИЙ.

Я Бог в Египте. Царь я в Персеполе.

Покорен мне священный Вавилон.

Почти весь Мир в моей державной воле,

И до Небес возносится мой трон!

Моя фаланга царства сокрушает;

Свет Разума повсюду я несу;

И судьбы Мира навсегда решают

Слова мои – лишь их произнесу!

Куда я ни взгляну – там вспыхнет Солнце;

Где ни ступлю – там будет ось Земли;

Во всей Вселенной знают Македонца!

Весь Мир лежит передо мной в пыли!

За что так щедро взыскан я судьбою?

Ведь я не Бог – я только человек!

Я сам смеюсь порою над собою:

Не хватит ли триумфов на мой век?

Повелевать – какое это бремя!

Скучна порой мне власть и нелегка…

И рад бы отказаться хоть на время

От этой доли: страшно высока!

Порою я пирую с кем попало,

И становлюсь игрушкою гетер;

Распутных мне ночей бывает мало…

Мне нынче не до светлых горних сфер:

Весь Вавилон судачит о забавах

Царя Вселенной – это так смешно!

Но от великой, непомерной славы

И отдохнуть порою не грешно…

Что, если позавидуют мне Боги,

И я умру бездетным, молодым?

И пребываю в вечной я тревоге:

Вдруг все, что сделал, обратится в дым?

ЧИНГИС – ХАН.

Я попирал развалины Багдада.

Я до Руси довел свою орду.

Я не оставил ни села, ни града

На всем пути! Куда я ни приду -

Будь это море Желтым или Черным,

Будь предо мной китаец иль араб -

Все в прах падет и будет мне покорным:

Передо мной любой властитель – раб!

И поделом им – гордецам презренным:

Они нас не считали за людей

В своем высокомерии надменном -

И вот дождались конницы моей!

Она способна растоптать полмира;

Вселенную способна потрясти!

Ни войско, ни заклятие факира

Ее не остановят на пути!

Я на Европу не пойду – там тесно:

Мне нужен вольный Азии простор!

Скуластой она станет повсеместно,

Прищуром хищным исказится взор

У жителей Ирана и Тавриды,

Урала, и Кавказа, и Карпат…

И где цвели сады Семирамиды,

И где князья славянские царят!

Я – Божий Бич: такой же, как Аттила:

Пред Вечным Небом лишь в ответе я:

Оно дало мне неземную силу,

И мне никто из смертных – не судья!

НАПОЛЕОН.

Мне в трепете внимала вся Европа.

Мой шаг сотряс вершины пирамид.

Я захлестнул, как волнами Потопа,

Перейти на страницу:

Похожие книги

Золотая цепь
Золотая цепь

Корделия Карстэйрс – Сумеречный Охотник, она с детства сражается с демонами. Когда ее отца обвиняют в ужасном преступлении, Корделия и ее брат отправляются в Лондон в надежде предотвратить катастрофу, которая грозит их семье. Вскоре Корделия встречает Джеймса и Люси Эрондейл и вместе с ними погружается в мир сверкающих бальных залов, тайных свиданий, знакомится с вампирами и колдунами. И скрывает свои чувства к Джеймсу. Однако новая жизнь Корделии рушится, когда происходит серия чудовищных нападений демонов на Лондон. Эти монстры не похожи на тех, с которыми Сумеречные Охотники боролись раньше – их не пугает дневной свет, и кажется, что их невозможно убить. Лондон закрывают на карантин…

Александр Степанович Грин , Ваан Сукиасович Терьян , Кассандра Клэр

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Русская классическая проза
Собрание сочинений
Собрание сочинений

Херасков (Михаил Матвеевич) — писатель. Происходил из валахской семьи, выселившейся в Россию при Петре I; родился 25 октября 1733 г. в городе Переяславле, Полтавской губернии. Учился в сухопутном шляхетском корпусе. Еще кадетом Х. начал под руководством Сумарокова, писать статьи, которые потом печатались в "Ежемесячных Сочинениях". Служил сначала в Ингерманландском полку, потом в коммерц-коллегии, а в 1755 г. был зачислен в штат Московского университета и заведовал типографией университета. С 1756 г. начал помещать свои труды в "Ежемесячных Сочинениях". В 1757 г. Х. напечатал поэму "Плоды наук", в 1758 г. — трагедию "Венецианская монахиня". С 1760 г. в течение 3 лет издавал вместе с И.Ф. Богдановичем журнал "Полезное Увеселение". В 1761 г. Х. издал поэму "Храм Славы" и поставил на московскую сцену героическую поэму "Безбожник". В 1762 г. написал оду на коронацию Екатерины II и был приглашен вместе с Сумароковым и Волковым для устройства уличного маскарада "Торжествующая Минерва". В 1763 г. назначен директором университета в Москве. В том же году он издавал в Москве журналы "Невинное Развлечение" и "Свободные Часы". В 1764 г. Х. напечатал две книги басней, в 1765 г. — трагедию "Мартезия и Фалестра", в 1767 г. — "Новые философические песни", в 1768 г. — повесть "Нума Помпилий". В 1770 г. Х. был назначен вице-президентом берг-коллегии и переехал в Петербург. С 1770 по 1775 гг. он написал трагедию "Селим и Селима", комедию "Ненавистник", поэму "Чесменский бой", драмы "Друг несчастных" и "Гонимые", трагедию "Борислав" и мелодраму "Милана". В 1778 г. Х. назначен был вторым куратором Московского университета. В этом звании он отдал Новикову университетскую типографию, чем дал ему возможность развить свою издательскую деятельность, и основал (в 1779 г.) московский благородный пансион. В 1779 г. Х. издал "Россиаду", над которой работал с 1771 г. Предполагают, что в том же году он вступил в масонскую ложу и начал новую большую поэму "Владимир возрожденный", напечатанную в 1785 г. В 1779 г. Х. выпустил в свет первое издание собрания своих сочинений. Позднейшие его произведения: пролог с хорами "Счастливая Россия" (1787), повесть "Кадм и Гармония" (1789), "Ода на присоединение к Российской империи от Польши областей" (1793), повесть "Палидор сын Кадма и Гармонии" (1794), поэма "Пилигримы" (1795), трагедия "Освобожденная Москва" (1796), поэма "Царь, или Спасенный Новгород", поэма "Бахариана" (1803), трагедия "Вожделенная Россия". В 1802 г. Х. в чине действительного тайного советника за преобразование университета вышел в отставку. Умер в Москве 27 сентября 1807 г. Х. был последним типичным представителем псевдоклассической школы. Поэтическое дарование его было невелико; его больше "почитали", чем читали. Современники наиболее ценили его поэмы "Россиада" и "Владимир". Характерная черта его произведений — серьезность содержания. Масонским влияниям у него уже предшествовал интерес к вопросам нравственности и просвещения; по вступлении в ложу интерес этот приобрел новую пищу. Х. был близок с Новиковым, Шварцем и дружеским обществом. В доме Х. собирались все, кто имел стремление к просвещению и литературе, в особенности литературная молодежь; в конце своей жизни он поддерживал только что выступавших Жуковского и Тургенева. Хорошую память оставил Х. и как создатель московского благородного пансиона. Последнее собрание сочинений Х. вышло в Москве в 1807–1812 гг. См. Венгеров "Русская поэзия", где перепечатана биография Х., составленная Хмыровым, и указана литература предмета; А.Н. Пыпин, IV том "Истории русской литературы". Н. К

Анатолий Алинин , братья Гримм , Джером Дэвид Сэлинджер , Е. Голдева , Макс Руфус

Публицистика / Поэзия / Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Современная проза