Читаем Сборник английских и шотландских народных баллад полностью

Был Вильям взят монарху в дом

Служить постельничим при нем.

Король со свитой как-то раз

Охотился в вечерний час,

Протяжно трубы их трубили.

Остался дома славный Вилли.

Был дома Вилли молодой,

Еще слуга _ старик седой.

Вот опустел громадный зал,

А Вилли лютню в руки взял.

Присел к окошку Вилли юный

И пел, перебирая струны,

А голос звонок и высок _

Старик не вслушаться не мог.

_Отец мой был богатый лорд,

Он был отважен, смел и горд,

А мать _ красавица к тому ж.

Был рыцарь доблестный мой муж.

И я красавицей была,

Богато ела и пила.

Большой, красивый, светлый дом

Был во владении моем.

И был в моем распоряженьи

Учитель музыки и пенья.

Служанки ловкие вполне,

Весь день прислуживали мне.

Но дом разграблен, умер муж,

Друзья оставили к тому ж.

Где прежний блеск, успех былой?

Ведь я теперь _ слуга простой_.

Но вот и вечер, наконец,

Король вернулся во дворец.

Он старика-слугу зовет

И речь такую он ведет:

_Что скажешь мне в столь поздний час?

Какие новости у нас?_

_Да вот_, _ отвечает, _ _теперь я знаю,

Что Вилли _ леди молодая_.

_Что ж, если так _ я очень рад,

Ты будешь знатен и богат.

Но, если только это ложь,

На виселицу ты пойдешь!_

Король до правды вмиг дознался,

И жить старик-слуга остался.

Ведь прав был тот старик седой:

Был Вилли _ леди молодой!

Король признался, что влюблен,

ЕЕ одел богато он.

Он улыбнулся ей светло,

Короной увенчал чело.

А чтоб чего не говорили,

Он в жены взял сейчас же Вилли.

Никто не слыхивал, ей-ей,

Чтоб королевой стал лакей!

В РАКИТНИКЕ ГУСТОМ 34

_Когда на белом скакуне

С пружинистым седлом,

Нипочем твои три брата мне

В ракитнике густом_.

_Плати-ка выкуп, славный Вилли,

Чтоб жизнь свою сберечь.

Но мне вам нечего отдать,

Вот разве верный меч_.

Он обнажил свой верный меч,

Зарубил всех трех храбрецов

И так оставил их лежать

Меж ракитовых кустов.

Прослышала об этом мать,

Когда заалел восток,

Тотчас помчалась к королю,

Под собой не чуя ног.

Прослышала об этом дочь _

Во дворец пришла в тот же срок.

На колени упала несчастная мать,

Прямо в ноги королю.

_Встань, леди, встань. В чем просьба твоя?_

_Я такого не потерплю.

Твой придворный рыцарь ограбил меня, _

Наказать я его молю_.

_Похитил рыцарь деньги твои,

Ворвался в твой дом и сад?

Или в темную звездную ночь унес

Богатый твой наряд?_

_Ох, этот рыцарь-негодяй

Ворвался ночью в мой дом,

И дочь мою он соблазнил,

И деньги украл, а потом

Убил моих трех сыновей

В ракитнике густом_.

_Ты лжешь, ты лжешь_, _ тут дочь говорит, _

_Ты лжешь моя, моя милая мать.

Ведь ночью в дом не врывался он,

И денег не мог он взять,

И дочь твою не соблазнял:

Бесчестной мне ли стать?

Он убил в ракитнике густом

Твоих сыновей троих,

Но они напали на него,

А он был один против них_.

_Говори, красавица, еще!

И кровь мою волнуй!

Прощу я Вилли его вину

За один твой поцелуй!_

Поцеловала короля, _

Он их отпустил домой

И сам в седло ее посадил

У Вилли за спиной.

ГЛАЗГЕРИОН 35

Сын короля, Глазгерион,

Прекрасным был арфистом.

В поисках королевы он

Играл и пел, неистов,

Пока всех леди не пленил

Звучаньем серебристым.

И дочь соседа-короля

Тогда ему сказала:

_Играй, играй, Глазгерион,

Мне сладких звуков мало,

Твоя бы арфа без конца

Мне сердце услаждала!_

_Будь, леди, счастлива; тебе

Открою я секрет:

Тебя, прекрасную, люблю

Всем сердцем я семь лет_.

_Но приходи, Глазгерион,

Как все уснут, ко мне, _

Желанным гостем будешь ты

В блаженной тишине_.

Так счастлив был Глазгерион,

Пошел к себе домой.

Пажа сейчас же он позвал:

_О, паж любезный мой!

Дочь короля Нормандии

Шепнула мне несколько слов,

Я должен к ней в покой прийти

До первых петухов!_

_Ложитесь, _ паж сказал, _ господин

На камень головой

И спите _ я вас разбужу

Глухой порой ночной_.

Но встал сейчас же паренек,

Штаны натянул мгновенно

И нацепил воротничок,

Чтоб выглядеть джентльменом.

Увидел покой он леди той

И стукнул в дверь в полсилы.

Как обещала, его она

В покой к себе впустила.

Но леди гость не уложил

В ее постель в углу,

А сам разлегся вместе с ней

На каменном полу.

Он поцелуя ей не дал

Ни разу в ночи глухой,

Он грубо обошелся с ней:

Он был мужик простой.

А дома снова разделся он

И снял воротничок

(Он был всего лишь крестьянский сын,

Тот хитрый паренек).

_Вставайте, _ позвал он, _ господин, _

Настал свиданья срок!

Коня вам, хозяин, оседлал,

А вот для него узда.

И славный вам завтрак я подам,

Когда в нем будет нужда_.

И встал тогда Глазгерион,

Штаны натянул мгновенно

И пристегнул воротничок

(Ведь был он джентльменом).

Увидел покой он леди той

И стукнул в дверь вполсилы.

Как обещала, его она

В покой к себе впустила.

_Забыл ты перчатку _ или браслет?

Стряслась ли какая беда?

Иль мало было моей любви,

Что ты вернулся сюда?_

Терновник, ясень и дуб 36 помянул

В сердцах Глазгерион.

_Леди, я вовсе сюда не входил

С тех пор, как был рожден!_

_Так значит, это твой хитрый паж

Обманом ко мне проник!_

И леди раскрыла острый нож,

Чуть не вырвался горестный крик:

_Я не стерплю, чтобы меня

Коснулся дерзкий мужик!_

Вернулся домой Глазгерион

В предрассветной тишине

И в горе позвал: _Эй, мальчик-паж,

Поди, сейчас же ко мне!

Убил бы я человека в ночи _

Сказал бы тебе в тот же миг.

Но раз никого я сейчас не убил, _

Ты жизни лишил нас троих!_

И достал он тогда сверкающий меч,

Рукавом его осушил,

И голову хитрецу-пажу

Сейчас же отрубил.

Перейти на страницу:

Похожие книги

История против язычников. Книги I-III
История против язычников. Книги I-III

Предлагаемый перевод является первой попыткой обращения к творчеству Павла Орозия - римского христианского историка начала V века, сподвижника и современника знаменитого Августина Блаженного. Сочинение Орозия, явившееся откликом на захват и разграбление готами Рима в 410 г., оказалось этапным произведением раннесредневековой западноевропейской историографии, в котором собраны основные исторические знания христианина V столетия. Именно с Орозия жанр мировой хроники приобретет преобладающее значение в исторической литературе западного средневековья. Перевод первых трех книг `Истории против язычников` сопровожден вступительной статьей, подробнейшим историческим и историографическим комментарием, а также указателем.

Павел Орозий

История / Европейская старинная литература / Образование и наука / Древние книги