– Но, как я понимаю, это больше не так? – Селена вздернула брови. – Все потому, что ты предпочел сторону своего совершенно нерационального папочки. Они с Нериной разрушат королевство до основания, Деймон. Настало время таким людям, как мы с тобой, возвыситься и отвоевать свой статус в этом обществе.
– Я уверен, что королеве будет что сказать по этому поводу, Селена. Когда она наконец-то избавится от твоих надоедливых чар.
Селена улыбнулась. Свет отразился на ее зубах.
– Полагаю, это зависит от того, сможешь ли ты вернуть корону. Потому что таков был твой план с самого начала: увенчать Нерину реликвией Аканты и разрушить мои чары. Признаюсь, твое упорство меня удивило. Но к несчастью для тебя… корона теперь моя.
Она подняла корону, как будто собиралась водрузить ее на голову.
Эвадна почувствовала, как Деймон крепче сжимает ее руку, услышала его сбившееся дыхание. Она знала, что, если Селена коронует себя, они будут обречены. Селена сможет заглянуть в их прошлое и настоящее. И будущее, если пожелает увидеть исход этой битвы.
Селена замерла, прежде чем корона коснулась ее волос. Жесткая улыбка вернулась, и смех сорвался с ее уст.
– Думаешь, я еще не надевала корону, Деймон? Думаешь, я не увидела, что из этого выйдет? – Селена снова опустила реликвию. – Отбрось свою гордость и прислушайся ко мне. Тебе не победить. Но ты все еще можешь сменить сторону. – Она сделала паузу, с нежностью взглянув на него. Эвадна видела, что когда-то давным-давно Селена любила Деймона.
Деймон молчал. Эвадна ощущала его дрожь. Испугалась, что он вот-вот согласится, откажется от своих планов.
Деймон перевел взгляд на Эвадну, как будто услышал ее мысли. Он смотрел на нее, и в его глазах плескались печаль, желание. Страх.
Она покачала головой.
– Ну же, – давила Селена. – Давай оставим в прошлом эту дуэль и все беды, к которым она может привести. Давай исправим наши отношения.
Деймон, решившись, снова взглянул на свою тетю.
– Я не перейду на твою сторону, Селена. Отдай нам с Эвадной корону или ответь на вызов, что я тебе бросил.
Лицо Селены закаменело.
– Тогда знай: то, что постигнет тебя, будет делом твоих рук, Деймон из Митры. – Она подняла руку, и ее серебряное кольцо предупреждающе сверкнуло, набираясь магии.
Селена вобрала в себя каждую грань, каждую частицу тени и света. И начала петь.
33. Хальцион
Хальцион присела за выступом скалы, ее глаза устремились на отдаленный от них город Митра. Рядом с ней сидели Ясон и Нарцисса, и каждый из них ждал сигнала Деймона. Поле между ними и городскими вратами нагрелось от солнечных лучей. Жар волнами поднимался вверх. Трава словно пожухла, жужжание саранчи раздавалось по округе. Пот стекал по телу Хальцион, пропитывая тунику под кирасой. Но она едва ли замечала. Ее глаза были устремлены на город, на едва различимую крышу Дестри.
Хальцион подумала о словах Фелиса, сказанных ей по секрету незадолго до того, как Эвадна и Деймон ушли.
Хальцион спросила почему, но Фелис так и не ответил.
И потому сейчас она только и делала, что гадала и беспокоилась о своей сестре.
– Вот, – нетерпеливо выдохнул Ясон. – Деймон подал сигнал.
Хальцион, прищурившись, увидела соловья. Он был маленьким пятнышком в дымке, но оно становилось все четче, пока птица, сделав круг, не подлетела ближе. Соловей спустился к командору, – подтверждение того, что Деймон начал маневр по отвлечению Селены.
– Идем, – сказала Нарцисса.
Они втроем повернулись к Митре спиной и спустились с холма к ожидавшему их легиону. Лошадей давно оставили позади, потому что Ланеус владел Золотым Поясом, которым он, без сомнения, воспользуется во время битвы. А поскольку с его помощью можно управлять животными, Стратон и капитаны спешились с меринов и отправились пешком. Но это не значило, что на бой не призовутся другие животные.
Эта мысль заставила желудок Хальцион сжаться. Пока гоплиты готовились к битве, напряжение внутри ее все нарастало, как и волнение в воздухе, достаточно густое, чтобы его можно было разрезать клинком. Отряд Нарциссы был готов. Хальцион и Ясон смешались с толпой своих братьев и сестер, в то время как Нарцисса стояла среди них в ожидании, когда Стратон отдаст приказ наступать.
Командор выступил перед своим легионом, пристально осматривая каждого из них – мгновение, казалось, тянулось не просто долго, а бесконечно долго. Затем он надел на голову шлем, с черно-белым развевающимся на ветру конским волосом, и его воины издали клич, от которого задрожала земля, а солнце спряталось за облаком.
Стратон повел их через холм в поле, простиравшееся до самой Митры.