Читаем Священные камни и языческие храмы славян. Опыт эпиграфического исследования полностью

Это — самые общие установки, но даже сузив нашу тематику лишь до церковной архитектуры, невольно хочется воскликнуть: а как же те два десятка языческих храмов, которые я только что рассмотрел? Выход из этого только один: первая процитированная выше фраза Н.В. Покровского является ошибочной . Отметив этот факт, пойдем дальше: Что касается русских построек, предшествовавших христианству, то о них дотаточно сказать несколько слов. Самый факт существования в России строительного искусства в эпоху, предшествовавшую появлению христианства, не может подлежать сомнению . — Вот-те на! Только что сказано, что история русского искусства до христианизации Руси отсутствовала, а теперь речь идет о несомненном существовании строительного искусства . Чему же верить? Или строительное искусство — вовсе не искусство? Или храмы, построенные для отправления религиозных потребностей христиан — это искусство, а для отправления религиозных потребностей язычников — вовсе не искусство? Но ведь только что мы видели, что одни и те же стены могли называться то храмом Макоши-Живы, то храмом Марии! Или в момент переименования неискусство тотчас становилось искусством? Словом, я понимаю, что в душе Н.В. Покровского боролись два одинаково сильных начала: христианство и патриотизм. Как христианин он порицал все дохристианское, как патриот любил все отечественное, даже дохристианское. Итак, вторая фраза историка христианской архитектуры мне представляется вполне справедливой, и именно потому она находится в вопиющем противоречии с первой. Кроме того, я тоже попытлся сказать о постройках, то есть о крытых храмах, всего несколько слов, ибо от камней прешел к святилищам (разумеется, открытым) лишь для того, чтобы понять какие-то детали этих святилищ и получше описать камни; но было неудобно ничего не сказать о крытых святилищах, и я привел вначале пример храма Арконы просто как хрестоматийный. А дальше материал, что называется, “пошел”, и я не уложился не только в несколько слов, но и в несколько страниц. И сам удивился тому обилию материала, который удалось взять просто из общедоступной, а не узкоспециальной литературы. А начинать раздел о церковной архитектуры Руси с простого умения русов строить мне кажется умалением их культурного достоинства. Это все равно как сказать: надо же! Наши предки, оказывается, умели читать, писать, ходить в церковь и даже молиться. Совсем как люди!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Еврейский мир
Еврейский мир

Эта книга по праву стала одной из наиболее популярных еврейских книг на русском языке как доступный источник основных сведений о вере и жизни евреев, который может быть использован и как учебник, и как справочное издание, и позволяет составить целостное впечатление о еврейском мире. Ее отличают, прежде всего, энциклопедичность, сжатая форма и популярность изложения.Это своего рода энциклопедия, которая содержит систематизированный свод основных знаний о еврейской религии, истории и общественной жизни с древнейших времен и до начала 1990-х гг. Она состоит из 350 статей-эссе, объединенных в 15 тематических частей, расположенных в исторической последовательности. Мир еврейской религиозной традиции представлен главами, посвященными Библии, Талмуду и другим наиболее важным источникам, этике и основам веры, еврейскому календарю, ритуалам жизненного цикла, связанным с синагогой и домом, молитвам. В издании также приводится краткое описание основных событий в истории еврейского народа от Авраама до конца XX столетия, с отдельными главами, посвященными государству Израиль, Катастрофе, жизни американских и советских евреев.Этот обширный труд принадлежит перу авторитетного в США и во всем мире ортодоксального раввина, профессора Yeshiva University Йосефа Телушкина. Хотя книга создавалась изначально как пособие для ассимилированных американских евреев, она оказалась незаменимым пособием на постсоветском пространстве, в России и странах СНГ.

Джозеф Телушкин

Культурология / Религиоведение / Образование и наука
100 запрещенных книг: цензурная история мировой литературы. Книга 2
100 запрещенных книг: цензурная история мировой литературы. Книга 2

«Архипелаг ГУЛАГ», Библия, «Тысяча и одна ночь», «Над пропастью во ржи», «Горе от ума», «Конек-Горбунок»… На первый взгляд, эти книги ничто не объединяет. Однако у них общая судьба — быть под запретом. История мировой литературы знает множество примеров табуированных произведений, признанных по тем или иным причинам «опасными для общества». Печально, что даже в 21 веке эта проблема не перестает быть актуальной. «Сатанинские стихи» Салмана Рушди, приговоренного в 1989 году к смертной казни духовным лидером Ирана, до сих пор не печатаются в большинстве стран, а автор вынужден скрываться от преследования в Британии. Пока существует нетерпимость к свободному выражению мыслей, цензура будет и дальше уничтожать шедевры литературного искусства.Этот сборник содержит истории о 100 книгах, запрещенных или подвергшихся цензуре по политическим, религиозным, сексуальным или социальным мотивам. Судьба каждой такой книги поистине трагична. Их не разрешали печатать, сокращали, проклинали в церквях, сжигали, убирали с библиотечных полок и магазинных прилавков. На авторов подавали в суд, высылали из страны, их оскорбляли, унижали, притесняли. Многие из них были казнены.В разное время запрету подвергались величайшие литературные произведения. Среди них: «Страдания юного Вертера» Гете, «Доктор Живаго» Пастернака, «Цветы зла» Бодлера, «Улисс» Джойса, «Госпожа Бовари» Флобера, «Демон» Лермонтова и другие. Известно, что русская литература пострадала, главным образом, от политической цензуры, которая успешно действовала как во времена царской России, так и во времена Советского Союза.Истории запрещенных книг ясно показывают, что свобода слова существует пока только на бумаге, а не в умах, и человеку еще долго предстоит учиться уважать мнение и мысли других людей.Во второй части вам предлагается обзор книг преследовавшихся по сексуальным и социальным мотивам

Алексей Евстратов , Дон Б. Соува , Маргарет Балд , Николай Дж Каролидес , Николай Дж. Каролидес

Культурология / История / Литературоведение / Образование и наука