В ноябре 1944 года танковый батальон гауптмана Штиглера был переброшен на Западный фронт. В Арденнах готовилось крупномасштабное немецкое наступление. На острие удара стягивались самые боеспособные соединения, в том числе танковые. Хоть им и не удалось укомплектоваться до штатной численности, было получено большое количество новеньких «пантер». Однако качество техники, которую выпускала германская промышленность на завершающем этапе войны, оставляло желать много лучшего. Сказывалась катастрофическая нехватка необходимых производству материалов. Еще до начала операции, по итогам оборонительных боев, неприятной неожиданностью стала ломкость брони последних сходивших с конвейера танков – вражеские снаряды почти при каждом попадании буквально проламывали их борта, оставляя на броневых плитах далеко идущие зигзагообразные трещины. Не хватало горючего. Были серьезные проблемы с подвозом снарядов и продовольствия. Вся транспортная и тыловая логистика сильно страдала от безоговорочного господства в небе авиации союзников. Но хуже всего обстояло дело с подготовкой личного состава. Старые, опытные экипажи были наперечет. Командовали танками, сидели за рычагами и стреляли из орудий мальчишки, прошедшие ускоренную подготовку, которой даже с точки зрения теории было явно недостаточно. Об их практических навыках не приходилось и говорить. Еще год назад их никто не подпустил бы к танку на фронте и на пушечный выстрел. Сейчас выбора не было. Конечно, они старались как могли. Перед Штиглером стояли навытяжку командиры танков – желторотые пацаны, лейтенанты, а то и просто унтер-офицеры. Они прилежно выслушивали задачи, наносили пометки на свои карты, щелкали каблуками и отважно бросались в бой. И, как правило, сразу делали все не так, погибая в первой же схватке. Те немногие, кто выживал в первом бою, приобретали бесценный фронтовой опыт. Но их было слишком мало, чтобы переломить ситуацию.