В разговоре с братом и сестрой два часа вроде бы выглядели и не такими долгими, чтобы устать или заскучать. Но глубоко внутри Том подозревал: несмотря на видимый комфорт, провести это время одному в маленькой темной комнате будет страшновато. Поэтому он выдохнул, сделал глоток воды и, глубоко забравшись с ногами в кресло, принялся шпионить, считая каждую прошедшую минуту.
Тем временем в спальне близнецов Стефания не на шутку разнервничалась из-за брата. Она представляла себе разные картины и гадала: стоит или не стоит звонить ему самой? Крайне предусмотрительная в обычных условиях, Стефи забыла напомнить брату обязательно поставить на беззвучный режим мобильный телефон. Теперь, если она ему позвонит, а в тайной комнате заиграет громкая веселая мелодия, их могут рассекретить! Но ведь и не звонить – тоже не выход, девочке не терпелось узнать, как там у него дела.
После недолгих колебаний Стефания все-таки набрала номер Тома, поставила звонок на громкую связь, и они с Ронни стали ждать ответа. Абонент недоступен! Они подождали еще минут пять и набрали Тома еще раз. Снова нет ответа! Стефания от волнения не находила себе места, в ответ на что Ронни, как старший брат, решил взять ситуацию в свои руки:
– Стефи, иди спать. Я поговорю с Томом по коробке, как и было условлено. У него, наверное, просто нет связи в тайной комнате! Ты же знаешь, что в замке сотовая связь работает очень плохо.
Стефания минуту сомневалась, но потом подумала: не может же она контролировать каждого, кто будет дежурить! Ей тоже нужно отдыхать, а с Томом она разберется, когда он вернется с дежурства.
– Хорошо, спокойной ночи, Ронни. Удачного дежурства, Тому от меня привет!
Как только Стефания скрылась за дверью, Ронни лег на кровать, укрылся одеялом и стал ждать. Он разрешил себе прикрыть глаза только на минутку, перед тем как на связи появится брат. Но сон сыграл с ним злую шутку, и не успела Стефания дойти до своей комнаты, как ее брат уже сладко посапывал в объятиях Морфея.
Тем временем сидящему в темной маленькой комнате Тому последние полчаса показались настоящей вечностью. В секретной комнате ночью было гораздо страшнее, чем днем: Тома окружала кромешная тьма, и ни один лучик света не просачивался сквозь толстые каменные стены. Ближе к концу дежурства Тому начало казаться, будто кто-то ползает у него под ногами. Что это? Крысы, мыши? А может быть… пауки? Да-да, огромные, злобные, колючие пауки, с лапками, усеянными острыми волосинками, на кончике каждой из которых – яд. Том побелел от страха, но шорох под ногами пропал так же быстро, как и появился.
«Мне это показалось! Показалось!» – уверял себя Том, но на лбу у него все равно выступила испарина. Как же ему сейчас хотелось услышать голос брата. Родной, близкий сердцу голос Ронни, который был рядом, начиная с самого рождения. Только сейчас, сидя в одиночестве в этой страшной и темной комнате, окруженный настоящими или выдуманными (но от этого не менее страшными) чудовищами, Том понимал, как сильно привязан к брату. Да, они часто ссорились, даже дрались, бывало, по пустякам, но сейчас ему ужасно хотелось видеть Ронни, как никого другого. Однако мужская гордость пересилила желание Тома признаться в собственной трусости, и он решил, что во время контакта через слуховой канал непременно будет вести себя как герой, которому все нипочем…
Послушно прождав 30 минут, как и велела Стефания, Том набрал в легкие побольше воздуха, чтобы показаться при разговоре с Ронни как можно более храбрым и бесстрашным. Но вот воздух уже кончился, а Ронни его не окликал. Том набрал воздуха еще раз и предпочел не зацикливаться на небольшой задержке, чтобы не разнервничаться. Опять тишина. Том заволновался и задышал часто и глубоко. Пауки под ногами, кажется, снова начали копошиться.
Полчаса, которые последовали дальше, были еще мучительнее предыдущих. Сердце Тома колотилось, холодный пот струйками стекал за шиворот. Светлые волосы прилипли к коже, на полу все сильнее чудилось движение. Том все еще не мог ответить себе на вопрос: это плод его воображения или реально существующие ночные твари? В любом случае они представлялись юному сыщику крайне злобными и, наверно, как раз в этот момент выискивали на его детском тельце незащищенное мягкое место, чтобы крепко впиться в него своими ядовитыми зубками.
Казалось бы, этот момент уже и так был максимально жутким и ничего не могло усилить растущее в Томе чувство панического страха. Но внезапно снаружи, из зала, послышался низкий, глубокий звук.
Бом… Бом… Бом…
К счастью, Том быстро сообразил, что это всего лишь каминные часы пробили полночь. Это стало последней каплей.
«Все, хватит», – решил Том и, выждав на спинке кресла, когда часы уймутся, медленно спустил ногу на пол. Включив фонарик на телефоне, он обследовал все помещение. Никаких следов паукообразных обнаружено не было, и мальчик, взяв рюкзак и отодвинув потайную стенку, бесшумно вылез наружу.