Читаем ТРИПУРА РАХАСЬЯ полностью

92. Привидение: "С помощью каких средств может быть уничтожено невежество? Как обрести эти средства? Что ведёт к обретению таких средств?"

93. Царевич: "Исследование рубит корень невежества. Бесстрастие развивает исследование. Отвращение от удовольствий жизни порождает бесстрастие по отношению к ним".

94. Привидение: "Что такое исследование, бесстрастие или отвращение от удовольствий?"

95. Царевич: "Исследование - это анализ, проводимый внутри себя, это различение не-сущности от высшей Сущности, побуждаемое непреклонным, сильным и искренним желанием постичь и осознать высшую Сущность. Бесстрастие - это непривязанность к окружению. Оно появляется, если в уме имеет место постоянное памятование о том, что вслед за привязанностью наступает страдание".

96. Привидение: "Какова коренная причина для всех этих требований?"

97. Царевич: "Божественная Милость - коренная причина всего блага. Одной только преданностью Богу можно снискать Его Милость. Эта преданность порождается и развивается обществом мудреца. Это - изначальная причина всего".

98. Привидение: "Кто этот Бог? Что означает преданность Ему? Кто такие мудрецы?"

99. Царевич: "Бог - Владыка Космоса. Преданность - это непоколебимая любовь к Нему. Мудрец - это тот, кто пребывает во Всевышней Умиротворённости и полон любви ко всем".

100. Привидение: "Кто всегда находится во власти страха, кто - во власти страдания и нищеты, кто - во власти бедности?"

101. Царевич: "Страх удерживает в своих объятиях человека, обладающего огромным богатством; страдания и нищета там, где большое семейство; а бедность - это ненасытные желания".

102. Привидение: "Кто бесстрашен? Кто свободен от нищеты? Кто никогда ни в чём не нуждается?"

103. Царевич: "Человек без привязанностей свободен от страха; человек с обузданным умом свободен от страдания и нищеты; Самореализованный человек никогда не нуждается ни в чём".

104. Привидение: "Кто тот, кто выше понимания людей, и кто видим, хотя у него нет тела? Какова деятельность бездеятельного?"

105. Царевич: "Выше понимания людей человек, освобождённый при жизни; он видим, хотя он не отождествляет себя с телом; его деятельность бездеятельна".

106. Привидение: "Что реально? Что нереально? Что нецелесообразно? Ответь на эти вопросы, и ты освободишь своего брата".

107. Царевич: "Субъект, или реальность, (т.е. высшая Сущность) - то, что реально; объект (т.е. не-сущность) - то, что нереально; мирские дела нецелесообразны.

"Теперь я ответил на твои вопросы. Пожалуйста, немедленно освободи моего брата".

108. "Когда царевич произнёс это, привидение с удовольствием выпустило Рукмангаду, а само превратилось в брамина.

109. "Видя фигуру брамина, полного решимости и тапаса, два царевича спросили его о том, кто он такой.

110-112. "Когда-то я был брамином из Магадхи. Моё имя - Васуман. Моя учёность снискала мне славу, и я был известен как непобедимый спорщик. Я гордился собой и искал встречи с теми учёными пандитами, которые находились под царской опекой. Среди них был один великий святой, совершенный в мудрости и полностью поглощённый в высшей Сущности. Он был известен под именем Аштака. Я отправился к нему из-за любви к дебатам. Хотя я был простым логиком, я приводил доводы, противоречащие его утверждениям о Самореализации, просто давя на него силой своей полемики. Он подкреплял свои аргументы многочисленными цитатами из священных писаний. Поскольку я хотел заполучить лавры победителя любой ценой, я продолжал опровергать его утверждения. Обнаружив, что я неисправим, он прекратил говорить. Однако один из его учеников, потомок Кашьяпы, был разгневан моей дерзостью и проклял меня перед царём, сказав: "Ты, паршивая овца среди браминов! Как ты осмелился опровергать утверждения моего учителя, даже не попытавшись вначале понять их? Пусть же ты превратишься в привидение-вампира, и останешься таким на долгие времена!"

"Я затрясся от страха перед проклятием и стал искать убежища у стоп мудреца Аштаки. Будучи всегда погружённым в высшую Сущность, он сжалился надо мной, хотя только что я был его противником в споре; и он изменил проклятие своего ученика, произнеся его заключительную часть следующим образом: "Пусть же ты вернёшь свою прежнюю форму, как только мудрый человек даст надлежащие ответы на все вопросы, которые были заданы здесь тобой и на которые я ответил, но ты отверг мои ответы своей полемикой".

"О царевич! Теперь ты освободил меня от этого проклятия. И поэтому я считаю тебя лучшим среди людей, знающим всё, что относится к этой жизни и следующей".

"Царевичи пришли в изумление от этой истории его жизни.

123-124. "Брамин задал Хемангаде ещё несколько вопросов, и после этого он обрёл ещё большее просветление. Затем, попрощавшись с брамином, царевичи вернулись в свой град.

"Теперь Я рассказал тебе всё, о Бхаргава! "

Так заканчивается двадцать первая глава об эпизоде с привидением-вампиром в "Трипуре Рахасье".

ГЛАВА XXII.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Перейти на страницу:

Похожие книги

Манъёсю
Манъёсю

Манъёсю (яп. Манъё: сю:) — старейшая и наиболее почитаемая антология японской поэзии, составленная в период Нара. Другое название — «Собрание мириад листьев». Составителем антологии или, по крайней мере, автором последней серии песен считается Отомо-но Якамоти, стихи которого датируются 759 годом. «Манъёсю» также содержит стихи анонимных поэтов более ранних эпох, но большая часть сборника представляет период от 600 до 759 годов.Сборник поделён на 20 частей или книг, по примеру китайских поэтических сборников того времени. Однако в отличие от более поздних коллекций стихов, «Манъёсю» не разбита на темы, а стихи сборника не размещены в хронологическом порядке. Сборник содержит 265 тёка[1] («длинных песен-стихов») 4207 танка[2] («коротких песен-стихов»), одну танрэнга («короткую связующую песню-стих»), одну буссокусэкика (стихи на отпечатке ноги Будды в храме Якуси-дзи в Нара), 4 канси («китайские стихи») и 22 китайских прозаических пассажа. Также, в отличие от более поздних сборников, «Манъёсю» не содержит предисловия.«Манъёсю» является первым сборником в японском стиле. Это не означает, что песни и стихи сборника сильно отличаются от китайских аналогов, которые в то время были стандартами для поэтов и литераторов. Множество песен «Манъёсю» написаны на темы конфуцианства, даосизма, а позже даже буддизма. Тем не менее, основная тематика сборника связана со страной Ямато и синтоистскими ценностями, такими как искренность (макото) и храбрость (масураобури). Написан сборник не на классическом китайском вэньяне, а на так называемой манъёгане, ранней японской письменности, в которой японские слова записывались схожими по звучанию китайскими иероглифами.Стихи «Манъёсю» обычно подразделяют на четыре периода. Сочинения первого периода датируются отрезком исторического времени от правления императора Юряку (456–479) до переворота Тайка (645). Второй период представлен творчеством Какиномото-но Хитомаро, известного поэта VII столетия. Третий период датируется 700–730 годами и включает в себя стихи таких поэтов как Ямабэ-но Акахито, Отомо-но Табито и Яманоуэ-но Окура. Последний период — это стихи поэта Отомо-но Якамоти 730–760 годов, который не только сочинил последнюю серию стихов, но также отредактировал часть древних стихов сборника.Кроме литературных заслуг сборника, «Манъёсю» повлияла своим стилем и языком написания на формирование современных систем записи, состоящих из упрощенных форм (хирагана) и фрагментов (катакана) манъёганы.

Антология , Поэтическая антология

Древневосточная литература / Древние книги
Семь красавиц
Семь красавиц

"Семь красавиц" - четвертая поэма Низами из его бессмертной "Пятерицы" - значительно отличается от других поэм. В нее, наряду с описанием жизни и подвигов древнеиранского царя Бахрама, включены сказочные новеллы, рассказанные семью женами Бахрама -семью царевнами из семи стран света, живущими в семи дворцах, каждый из которых имеет свой цвет, соответствующий определенному дню недели. Символика и фантастические элементы новелл переплетаются с описаниями реальной действительности. Как и в других поэмах, Низами в "Семи красавицах" проповедует идеалы справедливости и добра.Поэма была заказана Низами правителем Мераги Аладдином Курпа-Арсланом (1174-1208). В поэме Низами возвращается к проблеме ответственности правителя за своих подданных. Быть носителем верховной власти, утверждает поэт, не означает проводить приятно время. Неограниченные права даны государю одновременно с его обязанностями по отношению к стране и подданным. Эта идея нашла художественное воплощение в описании жизни и подвигов Бахрама - Гура, его пиров и охот, во вставных новеллах.

Низами Гянджеви , Низами Гянджеви

Древневосточная литература / Мифы. Легенды. Эпос / Древние книги