Без одобрения Сталина Мао развернул собственную пропаганду за рубежом. На Западе пошли разговоры, что китайский вожак может предложить миру большее, чем товарищ Сталин, что Мао Цзэдун преобразовал марксизм из европейского в азиатский. Еще находясь в Яньане, Мао стал называть свои вооруженные силы «Отряд Азия». Сталину не нравились все возрастающие амбиции Мао Цзэдуна. Москва ограничила братскому Китаю поставки оружия и денег, и положение поправилось — при каждом удобном случае китаец начал присягать вождю всех времен и народов, угождать, хвалить. Мао Цзэдун шлет в Кремль телеграмму за телеграммой, величая Сталина «Хозяин», называет «учителем китайского народа и всего человечества», умоляет, чтобы «Главный Хозяин» дал мудрые указания, настойчиво просится на аудиенцию, хочет лично доложить о важнейших делах и планах.
Гражданская война в Китае завершалась. 9 января 1949 года генералиссимус Чан Кайши бежал на Тайвань, и Мао Цзэдун, наконец, получил власть над Поднебесной, а соответственно, власть над одной четвертой населения планеты. Мао Цзэдун не просто стал во главе огромного государства, он решил превратить Китай в сверхдержаву, но без помощи Советского Союза это было маловероятно. Председатель был согласен на все, чтобы угодить Сталину, требуя взамен политическую поддержку и кредиты. Китаю были необходимы тяжелые танки, зенитные орудия, авиация. Для реорганизации армии требовались военные специалисты. Мао Цзэдун рассчитывал на помощь в строительстве заводов по производству самолетов, танков, другого вооружения, ведь кроме заводов стрелкового оружия в Китае ничего не было. В глубине души Мао мечтал о разделе мира со Сталиным.
Америка и Англия объявили Красному Китаю бойкот, соглашаясь на переговоры только при условии смены существующего режима. Советский Союз оставался единственным союзником и партнером. Жажда абсолютной власти стала основной причиной, по которой Председатель Мао решил дистанцироваться от Запада, одновременно это демонстрировало, что он безгранично предан коммунизму.
Хотя Мао Цзэдун взобрался на самый верх пирамиды, у него оставались причины для беспокойства. Влияние Запада в стране было велико. Многие представители интеллигенции получили образование в Америке, Англии, Германии и Японии. Почти все современные образовательные заведения были либо основаны иностранцами, либо находились под их влиянием. «Кроме газет, журналов и новостных агентств, — летом 1949 года писал Сталину Лю Шаоци, — только Америка и Англия имеют в Китае 31 университет, 32 религиозных образовательных учреждения, 29 библиотек, 2688 школ, 3822 религиозные миссии и 147 больниц».
Мао беспокоила привлекательность Запада в глазах членов его партии. Народная армия любила американское оружие: его собственные телохранители считали, что американские карабины гораздо лучше русских автоматов. Американские машины внушали благоговение.
«Мы были бы рады, если бы все посольства капиталистических стран убрались из Китая навсегда!» — сказал Мао представителю Советского правительства и действительно убрал из Пекина иностранные посольства за исключением стран народной демократии. Мао Цзэдун стремился задушить в зародыше возможность влияния Запада на своих партийцев в любой области, особенно в сфере потребления. По этим соображениям новый китайский режим не спешил возобновлять дипломатические отношения с Америкой и большинством западных стран. Но амбиции не давали вождю покоя. 16 ноября 1949 года в Пекине открылась международная профсоюзная конференция, где второй человек в КПК, Лю Шаоци, выступил с докладом, в котором ни разу не упомянул имя Сталина, а многократно повторял о «Пути Мао Цзэдуна» — вооруженном освобождении порабощенных народов от колониальной зависимости.
Раздосадованный Сталин послал в Китай Микояна, проверить лояльность Председателя КПК. Мао поселил кремлевского посланника рядом с собой. Анастас Иванович каждый день слышал здравицы в честь вождя всех времен и народов. Каждое утро Председатель громко повторял: «Пусть Сталин живет десять тысяч лет!» Мао Цзэдун добился своего, Москва опять стала к нему снисходительна.