Читаем Украинский национализм: только для людей полностью

Изучая лидеров украинского национализма, этих пропагандонов отечественного фашизма, не перестаешь удивляться тому, с какой легкостью их бредовые, противоречивые на грани, мистические, выдуманные идеи обретают новых сторонников. Что привлекает людей в этом наборе лжи и глупостей? Ответ на эти вопросы дал еще в начале XX века отец украинского национализма Николай Михновский: «Нині наші маси некультурні, але в самім факті нашої некультурности знаходимо ми найліпший, наймогутніший, найінтенсивніший аргумент і підставу до того, щоб політичне визволення нашої нації поставити своїм ідеалом![31]»

ДЕГУМАНИЗМ ДЕГУМАНОИДОВ или НАЦИОНАЛИСТЫ И МОРАЛЬ

Если ты равнодушен к страданиям других, ты не заслуживаешь названия человека

Саади

Народу много, а людей немного.

Диоген

Мораль, стоящая выше классовых противоположностей и всяких воспоминаний о них, действительно человеческая мораль, станет возможной лишь на такой ступени развития общества, когда противоположность классов будет не только преодолена, но и забыта в жизненной практике

Фридрих Энгельс

Иногда бывает так, мальчик хороший, но в школе учится плохо. Он и по дому помогает, и старших слушает, старается оценки исправить и подтянуть, но ничего не удается, ибо мальчик такой по жизни.

Мы уже убедились в том, что украинские националисты далеки от науки. Решение научной проблемы они заменяют лозунгом, от любого вопроса уходят метким броском

чернильницы, а если что-то не могут понять, то берут это на веру и т. д. Но может быть националисты все-таки добрые существа, ведь они защищают родную землю от детей в Одессе, от бабушек в Донецке?

Украинские националисты на словах великие моралисты. У них есть даже свои собственные десять заповедей.

Автором заповедей был Степан Ленкавский, он же Коваль, он же С. Залужный. С. Ленкавский однажды решил, что он дух, и так и обратился к молодым националистам[32]:

Я дух одвічної стихії, що зберіг Тебе від татарської потопи й поставив на грані двох світів творити нове життя:

1. Здобудеш Українську Державу або загинеш у боротьбі за Неї.

2. Не дозволиш нікому плямити слави, ні чести Твоєї Нації.

3. Пам'ятай про великі дні наших Визвольних змагань.

Первые три заповеди представляют собой категорические лозунги, из-за этого их нет смысла критиковать. Подобные вещи может продуцировать кто угодно, во имя самых разных идей и ценностей. Если ставят они государство и нацию превыше всего, то, что тут поделать? Пусть никто не жалуется, что маму какого-нибудь националиста оказательно расстреляют за недопонимание идей национализма.

4. Будь гордий з того, що ти є спадкоємцем боротьби за славу Володимирового Тризуба.

Здесь очень забавно. Что такое слава, наверное, слава может быть только у людей, здесь слава есть у княжеского герба, оказывается. Кроме того за славу денежного клейма и символа политической власти полководца викингов, которые остановились лагерем на Днепре оказывается долгое время боролись. Сами викинги называли себя «идущими в море за богатством и славой». Т. е. слава это последствие успешного совершения подвига. Совершил подвиг — обрел славу. В этой заповеди дух стихии, извините, Степан Ленкавский настаивает на том, что славу имеет и герб киевского князя Владимира Святославовича, за славу его герба шла ожесточенная борьба, а украинские националисты должны гордиться тем, что они наследники этой борьбы. С гигантским трудом представляем себе данную эстафету. Но для двуногих говорящих с духами это просто. Они устанавливают спиритическую связь с духом князя и получают необходимую информацию. Короче говоря, мало гордится тем, что ты украинец, для партийного националиста нужно придумать нечто совсем экзотическое, чем можно было бы гордиться. После бессмертного «Декалога» Степана все двуногие ходят гордыми.

5. Пімсти смерть Великих Лицарів.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

А Ф Кони , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
1968 (май 2008)
1968 (май 2008)

Содержание:НАСУЩНОЕ Драмы Лирика Анекдоты БЫЛОЕ Революция номер девять С места событий Ефим Зозуля - Сатириконцы Небесный ювелир ДУМЫ Мария Пахмутова, Василий Жарков - Год смерти Гагарина Михаил Харитонов - Не досталось им даже по пуле Борис Кагарлицкий - Два мира в зеркале 1968 года Дмитрий Ольшанский - Движуха Мариэтта Чудакова - Русским языком вам говорят! (Часть четвертая) ОБРАЗЫ Евгения Пищикова - Мы проиграли, сестра! Дмитрий Быков - Четыре урока оттепели Дмитрий Данилов - Кришна на окраине Аркадий Ипполитов - Гимн Свободе, ведущей народ ЛИЦА Олег Кашин - Хроника утекших событий ГРАЖДАНСТВО Евгения Долгинова - Гибель гидролиза Павел Пряников - В песок и опилки ВОИНСТВО Александр Храмчихин - Вторая индокитайская ХУДОЖЕСТВО Денис Горелов - Сползает по крыше старик Козлодоев Максим Семеляк - Лео, мой Лео ПАЛОМНИЧЕСТВО Карен Газарян - Где утомленному есть буйству уголок

авторов Коллектив , Журнал «Русская жизнь»

Публицистика / Документальное
Россия между революцией и контрреволюцией. Холодный восточный ветер 4
Россия между революцией и контрреволюцией. Холодный восточный ветер 4

Четвертое, расширенное и дополненное издание культовой книги выдающегося русского историка Андрея Фурсова — взгляд на Россию сквозь призму тех катаклизмов 2020–2021 годов, что происходит в мире, и, в то же время — русский взгляд на мир. «Холодный восточный ветер» — это символ здоровой силы, необходимой для уничтожения грязи и гнили, скопившейся, как в мире, так и в России и в мире за последние годы. Нет никаких сомнений, что этот ветер может придти только с Востока — больше ему взяться неоткуда.Нарастающие массовые протесты на постсоветском пространстве — от Хабаровска до Беларуси, обусловленные экономическими, социо-демографическими, культурно-психологическими и иными факторами, требуют серьёзной модификации алгоритма поведения властных элит. Новая эпоха потребует новую элиту — не факт, что она будет лучше; факт, однако, в том, что постсоветика своё отработала. Сможет ли она нырнуть в котёл исторических возможностей и вынырнуть «добрым молодцем» или произойдёт «бух в котёл, и там сварился» — вопрос открытый. Любой ответ на него принесёт всем нам много-много непокою. Ответ во многом зависит от нас, от того, насколько народ и власть будут едины и готовы в едином порыве рвануть вперёд, «гремя огнём, сверкая блеском стали».

Андрей Ильич Фурсов

Публицистика