Когда я приехал, мы с Уорреном начали говорить о том, как газетный бизнес поменялся из-за появления розничных магазинов, которые стали давать меньше рекламы. Потом он начал спрашивать меня о IBM: «Если бы ты начал создавать IBM с нуля, выглядела бы компания по-другому? Какие сферы начали развиваться вместе с IBM? Что изменилось для них?»
Баффетт задавал хорошие вопросы и рассказывал увлекательные истории. Я больше всего на свете люблю учиться и никогда не встречал человека, который размышлял бы о бизнесе так ясно. В тот первый день он научил меня интересному аналитическому упражнению, которое сам часто практикует. Уоррен выбирал год – скажем, 1970-й – и анализировал десять компаний с самой высокой рыночной капитализацией на тот момент. Потом шел вперед, в 1990 год, и смотрел на то, как эти компании изменились. Его энтузиазм по поводу этого упражнения был заразным. Я остался на целый день, и прежде, чем он уехал со своими друзьями, даже согласился полететь в Небраску, чтобы посмотреть с ним футбол.
Когда встречаешься с Уорреном, сразу понимаешь, как сильно он любит свою работу. Эта любовь проявляется во многих направлениях. Когда он объясняет что-то, никогда это не звучит так: «Эй, я много про это знаю и хочу тебя впечатлить». Скорее так: «Это так интересно, но на самом деле очень просто. Я могу легко объяснить все, и ты поймешь, насколько долго я доходил до этой простой истины». И когда он делится знаниями, используя свое потрясающее чувство юмора, чтобы проиллюстрировать тот или иной концепт, все действительно кажется очень просто.
«Увеличение стоимости акций с 1981 года бьет все рекорды, которые только можно найти в истории».
Мы с Уорреном больше всего веселились, когда брали те же данные, которыми обладали все остальные, и придумывали новые способы пересматривать их. Эти способы часто были одновременно непривычными и в некотором роде очевидными. Каждый из нас пытается делать то же самое в наших уважаемых компаниях, и это в особенности доставляет наслаждение и стимул – обсуждать наши взгляды друг с другом.
Мы довольно откровенны и очень по-дружески настроены. Наши интересы в бизнесе не особо пересекаются, хотя его печатная энциклопедия World Book Encyclopedia конкурирует с моей электронной Microsoft Encarta. Уоррен держится подальше от технологических компаний потому, что предпочитает инвестиции, в которых может предсказать лидеров на десятилетие вперед, а это практически невозможно, когда речь идет о технологиях. К сожалению, для Уоррена, мир технологий не знает границ. С течением времени все бизнес-активы будут изменены благодаря широкому распространению технологий – хотя Gillette, Coca-Cola и See’s будут в безопасности.
Единственная область, в которой мы действительно соперничаем, – это математика. Однажды Уоррен показал мне четыре необычных кости, на каждой стороне которых написана уникальная комбинация номеров (от 0 до 12).
Он предложил, чтобы каждый из нас выбрал по одному кубику, мы уберем третий и четвертый и посчитаем, кто выкинет самое высокое число большее количество раз. Он благородно предложил мне выбрать первому. Потом сказал: «Ладно, раз уж ты выбрал первым, какие ставки ты сделаешь на меня?»
Я понял, что что-то тут не так. «Дай мне взглянуть на эти кости», – попросил я.
После изучения чисел на них я в какой-то момент сказал: «Это проигрышное предложение. Выбирай лучше ты первым».
Он выбрал кубик, и еще через пару минут я сообразил, какой из трех оставшихся стоит выбрать мне. Из-за тщательно подобранных чисел на каждом кубике они были нетранзитивными. Каждый из четырех кубиков можно было побить одним из остальных: кубик A выигрывал у В, В – обыграл бы С, а С обыгрывал D, а D, в свою очередь, А. Это значило, что нельзя было выиграть, если первым выбираешь кубик, только если выбираешь вторым. Это казалось нелогичным, как и многие вещи в мире бизнеса.
Уоррен прекрасно управляется с цифрами, и я тоже люблю математику. Но хорошо обращаться с цифрами не обязательно значит быть хорошим инвестором. Уоррен превосходит других инвесторов не потому, что лучше рассчитывает вероятности. Это вообще не важно. Уоррен никогда не инвестирует в компании, где разница между действием и бездействием зависит от второй цифры в подсчетах. Он не инвестирует, не замахивается битой до тех пор, пока не появляется невероятно хорошая возможность.