Я восхищаюсь тем, что Уоррен старается освободить от встреч свое расписание. Он прекрасно умеет говорить «нет». Баффетт знает, чем любит заниматься, – и делает это невероятно. Он любит сидеть в своем офисе, читать и размышлять. Есть еще несколько вещей, которыми Баффетт занимается кроме этого, но их не так уж много. Один момент, который подмечает Ловенштейн, и это абсолютная правда, что Уоррен – человек привычек. Он вырос в Омахе и хочет оставаться в Омахе. Существует определенный круг людей, с кем он хочет проводить время. Он не ищет новых, экзотических ощущений. Уор-рен, которому только что исполнилось шестьдесят пять, все еще живет в Омахе, в доме, который купил, когда ему было двадцать пять лет. Его любовь к рутине распространяется в том числе и на инвестиционные решения. Уоррен придерживается компаний, с которыми ему комфортно. Он исключительно редко инвестирует за пределами США.
Есть несколько компаний, которые, по его мнению, являются отличными в плане долгосрочного инвестирования. И, несмотря на очевидную математику – ведь должна существовать сумма, которая полностью оценит ту работу, которую эти компании произведут в будущем, он просто не будет продавать эти акции, вне зависимости от цены. Думаю, его нежелание продавать – больше философия, чем оптимизация, но кто я, в конце концов, чтобы сомневаться в самом успешном инвесторе в мире? Нежелание Уоррена продавать соответствует и другим тенденциям, которым он следует.
Мы с Уорреном разделяем определенные ценности. Оба чувствуем себя счастливчиками из-за того, что родились в эру, когда наши способности помогли получить прибыль. Если бы мы родились в другое время, они могли бы и не иметь такой ценности. Так как мы оба не планируем тратить большую часть состояния, которое накопили, можем сделать так, что наше богатство принесет пользу обществу. В каком-то смысле мы оба работаем на благотворительность. В любом случае наши наследники получат только маленькую часть того, что заработали мы, потому что верим, что передача огромного богатства детям не служит ни их интересам, ни интересам общества.
Уоррен говорит, что хочет дать своим детям достаточно денег, чтобы они могли заниматься тем, чем хотят, но не столько, чтобы они могли не заниматься ничем.
Я размышлял об этом еще до того, как познакомился с Уорреном, и когда услышал эту фразу – она оказалась воплощением всех моих мыслей.
Ловенштейн великолепно собирает факты, и чувствуется, что книга Buffett: The Making of an American Capitalist написана очень компетентным человеком. Уоррен сказал мне, что книга во всех смыслах точна. Он говорит, что собирается написать однажды собственную книгу, но, учитывая, как он любит работать и насколько тяжело написать книгу (говорю, основываясь на личном опыте), думаю, пройдет еще не год и не два, прежде чем Баффетт все-таки сделает это. Когда книга выйдет, я уверен, это будет одна из самых ценных бизнес-книг за всю историю.
Можно сказать, что письма Уоррена акционерам в ежегодном отчете Berkshire Hathaway являются примерами великолепной бизнес-литературы. Многие выводы Ловенштейна возникли из этих писем, как и следовало ожидать. Если после прочтения книги вас заинтригует этот человек и его методы, я настойчиво рекомендую обратиться к ежегодным отчетам – даже 15-летней давности. Они доступны во многих библиотеках.
И другие книги были написаны об Уоррене Баффетте и его инвестиционных стратегиях, но, пока Уоррен пишет собственную книгу, именно ее и стоит читать.
Первоначальный заголовок: «Чему я научился у Уоррена Баффетта», автор Билл Гейтс. Все права принадлежат 1995 Microsoft Corp. Изначально опубликована в журнале Harvard Business Review (выпуск январь/февраль 1996). Напечатано здесь с разрешения Microsoft Corp.
Отрывок из статьи. «Беспорядки в деривативах»