Примерно с 1979 или 1980 года начался, пожалуй, самый позорный период нашей жизни, нашей истории. Упования на обновление общественного уклада в связи с разоблачением культа личности были окончательно похоронены. Наши партийно-государственные лидеры были лишены элементарных интеллектуальных и деловых качеств. К концу жизни Брежнев двигался как манекен, с трудом выговаривал слова, и его прилюдно называли маразматиком. Гроза инакомыслящих Андропов, став генсеком, по слухам (обо всем приходилось узнавать по слухам), объявил войну коррупции, но тотчас очутился в больнице, даже не дав возродиться новым надеждам. А потом в вожди выбрали явно недееспособного, дышащего на ладан старика. Невольно возникали вопросы: какая же атмосфера царит на нашем Олимпе? И кто там все эти годы правит бал?
Почти все понимали, что жить так больше нельзя, но сделать ничего не могли. Тоталитаризм по-прежнему душил и карал. Протестующих упекали в психичку и за решетку. В печати свирепствовала цензура. Жизненная правда в произведения литературы и искусства пропускалась строго дозированными порциями и стала остродефицитным товаром, которым не гнушались торговать и спекулировать. Для полной правды появились «Самиздат» и «Тамиздат». Тлетворное давление зловещих сил порождало в народе душевное разложение: одни впадали в великое уныние, другие пропитывались черным безразличием и подлым цинизмом.
Этот период в истории нашей страны можно, пожалуй, назвать годами безвременья.
Стараясь следовать установленному самому себе ритму один фильм за два года,— Гайдай поставил за то время две новые комедии: «Спортлото-82» (1982; авторы сценария В. Бахнов и Л. Гайдай) и «Опасно для жизни» (1985; авторы сценария О. Колесников, Р. Фурман и Л. Гайдай).
В первой картине действие закручивается вокруг выигравшего билета спортлото. Не говоря уже о далеко не новой ситуации, здесь опять привычный Гайдаю круг персонажей — поборников нетрудовых доходов: стяжатели, спекулянты, искатели легкой наживы. Почти все, за исключением мелочей, вторично — не очень смелая и не зело оригинальная вариация виденного, известного. Во второй комедии на примере воплощенного на экране расхожего в то время плаката «Не проходите мимо!» режиссер пытался создать насквозь положительный, даже идеальный образ советского чиновника, сотрудника некой конторы Спартака Молодцова (Л. Куравлев). Здесь даже появились некоторые новые наблюдения и моменты. Обнаружив упавшую опору линии высоковольтной электропередачи, Молодцов, забыв о своих должностных обязанностях, организует около опоры дежурство, чтобы, не дай бог, авария не привела к жертвам, и добивается устранения опасности.
И хотя говорят, что незаменимых людей нет, Молодцов как раз оказался тем исключением, которое, как говорят, есть во всех правилах. В конторе без него остановились все дела, возникло немало недоразумений и нелепостей.
Можно ли было создать в этих тяжелых условиях что-либо непреходящее? Конечно, можно. Об этом свидетельствует немало достойных произведений литературы и искусства того времени. Но для этого надо было преодолевать не только сопротивление материала и выразительных средств, но и множество сопутствующих помех. Собственно, такое преодоление — неизбежный фактор в любом творчестве. Все значительное рождается в преодолении…
Насколько же удалось это Гайдаю?