— Да, именно так. По легенде балериты разделили этот камень. Сделали кольцо из своего куска, которое осталось в Балейре — кольцо Янтарной королевы. А остальные раздали вашим фрэйям. И те поехали в другие части света, чтобы везде нести эту живую силу леса. Не знаю, что из этого правда, но Оракул сказал, что такой камень может возродить наш Источник. Что однажды такое было и что это снова повторится — он видел это в каких-то видениях. Только нужен самый большой кусок, тот, который называется «Зелёная звезда». Он — сердце того камня, что подарил балеритам Рогатый Бог. И окрылённый надеждой, я взял с собой отряд, проехал всю Тавирру, сел на корабль и поплыл в Коринтию в поисках этого камня. И я его нашёл.
Джералд вернулся и сел в кресло. Он молчал, глядя перед собой, а за его спиной огонь разгорался, пожирая дрова. Эрика смотрела на искры, исчезающие где-то в ненасытной пасти камина, и думала, что как бы ей ни было страшно раньше, это не идёт ни в какое сравнение с тем, что она испытывает сейчас, находясь во власти этого страшного человека.
— Я нашёл деревню, в которой жили веды — так называются в Коринтии потомки балеритов. Среди них были такие же фрэйи, как и ты. И их Хранительница древа была совсем молодой, чем-то даже похожей на тебя… Она выслушала мою историю, но помочь отказалась. Сказала, что не тот день, что нет знаков, и ещё что-то про любовь и прочую чушь. Но я понял одно — она просто не хотела расставаться с камнем. И вот так же, как с твоего пальца я не могу снять это кольцо, вот так и с шеи их упрямой Хранительницы древа я не смог снять эту «Зелёную звезду». Не помогли ни уговоры, ни деньги, ни угрозы. Но мне было всё равно, я хотел спасти свой род, а для этого были все средства хороши. Я пошёл бы на что угодно…
Джералд выдернул кинжал из столешницы и принялся вертеть его в руках.
— Как ты думаешь, что было дальше? — спросил он, глядя поверх лезвия кинжала на Эрику.
— Вы… убили её? — тихо спросила Эрика.
— Убил? Неет, — Джералд усмехнулся. — Она была очень красивой и она мне понравилась. И я лишь потом это понял, фрэйи умеют кружить голову мужчинам, когда им это нужно. Она соблазняла меня и своего добилась. Я поступил проще — убил одним выстрелом двух зайцев. Оракул говорил, что для того, чтобы оживить Источник, нужна фрэйя, камень и любовь. Он был старый и шепелявый, я тогда вообще с трудом понял, что он говорит. Но эти три вещи я запомнил хорошо. Я пробрался к ней ночью со своими людьми, выкрал эту веду вместе с камнем, и к утру следующего дня мы оказались уже очень далеко от их деревни. Я был на полпути к своей цели. У меня были фрэйя и камень, а с любовью я думал справиться, когда вернусь домой.
Он опять усмехнулся кривой усмешкой, и поддел кончиком кинжала кольцо, лежащее на столе. Оно съехало и повисло где-то на середине лезвия.
— Знаешь, что делают некоторые птицы, желая увести лису от своего гнезда? Они прикидываются ранеными, волочат крыло и ведут за собой прочь. И лиса в этот момент не видит ничего, кроме очень близкой цели, а тем самым лишь удаляется от неё. А потом птичка вспорхнёт и лиса останется ни с чем, — Джералд перевернул кинжал, и кольцо соскользнуло ему в ладонь. — Эти подлые веды поступили точно так же — Хранительница пожертвовала собой, чтобы увести меня от своего гнезда. Звезда оказалась ненастоящей, совсем, как вот это кольцо, — Джералд сжал кольцо в кулак.
Эрика сидела не шевелясь.
В этих словах она услышала всё то, чего ещё не сказал Джералд Адемар. Ему по-прежнему нужны фрэйя и камень. Настоящий камень. И, к несчастью, в этот раз ему повезло.
— Но поначалу я всего этого не знал. Я предложил ей лишь оживить Источник, а потом обещал отпустить её. И она согласилась. Она согласилась слишком быстро, и мне следовало догадаться, о том, что это подвох, но когда смотришь в зелёные глаза фрэйи, думаешь совсем не головой. Она долго дурачила меня, говоря о том, что нужен определённый день, потом знам
Он усмехнулся, глядя на Эрику с прищуром, махнул служанкам рукой, велев выйти, а сам потянулся за графином и налил вина.
— Ты что-то не пьёшь. Не по нраву моя история?