Читаем Воспоминания бабушки. Очерки культурной истории евреев России в XIX в. полностью

Матан бсейсер (ивр. матан бесетер) — «тайное подаяние», пушке (идиш) — «копилка» для цдаки (ивр. «милостыня», «благотворительность»); согласно иудаизму — одна из главнейших этических обязанностей человека. Каждый еврей обязан отделять на цдаку некоторую (от одной десятой до одной пятой) часть своего дохода. В Талмуде рассматриваются разные виды цдаки, из которых самым достойным является матан бесетер — анонимное даяние, при котором ни дающий, ни получающий ничего не знают друг о друге. Собранные деньги тратятся собственно на содержание синагоги, на поддержку беднейших членов общины и прочие богоугодные дела. С середины XIX в. в копилки-пушке в синагогах и частных домах собирали средства на содержание еврейских общин Земли Израиля.

Голем (ивр. «бесформенный») — искусственный человек, гомункул. Создание голема — одна из магических практик Каббалы, в идеале не преследующая никаких иных целей, кроме духовного усовершенствования адепта — породила множество народных легенд. Самая знаменитая из них — история о големе, созданном в XVI веке р. Ливой бен Бецалелем (Магаралем) из Праги, для того, чтобы остановить эпидемию чумы.


С. 73

Когда город Брест был разрушен и в 1836 году превращен в крепость, пришлось снести и синагогу — когда Николай I приказал в 1832 году построить в Бресте крепость, многие исторические здания еврейского квартала, а также старая синагога были разрушены.

… краеугольный камень, найденный при ее сносе — «…когда в 1838 г. была разрушена синагога, нашли мраморную доску с надписью: „Власть имущий Шауль, сын Соломона Иуды из Падуи, соорудил женскую синагогу в память Деборы, дочери …укера“» (Еврейская Энциклопедия Брокгауз-Ефрон. Т. V. Стб. 288–291)

Валь Саул (Шауль) Юдич (ок. 1541 — ок. 1617, возможно в начале 1620-х гг.) — крупный общественный деятель, штадлан (ходатай еврейской общины), «королевский слуга» Сигизмунда III и легендарный польский король. Согласно одной из легенд, когда после смерти короля Батория паны не могли в назначенный день придти к соглашению относительно выбора нового короля, чтобы не нарушить закон, они решили избрать Валя королем на одну ночь. Новый король сразу же велел занести в книги законов многочисленные льготы евреям.

Существуют и другие, более пространные версии этой легенды.

Швуэс — см. прим. к с. 56

Кущи (Сукос, ивр. Сукот) — осенний праздник, длящийся девять (в Земле Израиля — восемь) дней, с 15 по 23 тишрей (октябрь), и имеющий двойной смысл: это празднование окончания сборов урожая и одновременно напоминание о годах скитаний по пустыне после Исхода из Египта. Основные обычаи праздника — еда и сон не в доме, а в особого рода шалаше — суке, и благословение четырех видов растений. В седьмой день Сукот, называемый Хошана Рабба, обходя синагогу по кругу, произносят специальные молитвы о спасении; хлещут по камням ветвями ивы. Восьмой день Сукот — самостоятельный праздник Шмини Ацерет, а девятый — Симхат-Тора (в Земле Израиля Симхат Тора празднуется одновременно с Шмини Ацерет).

Шлошо йемей хагболе (ивр. шлоша йамей хагбала) — «три дня разграничения», дни подготовки к празднику Шавуот, когда отменяются ограничения периода счета Омера, но запрещены супружеские отношения (см. Исх. 19:10–15).

…в эти дни едят в основном молочноеШавуот — праздник дарования Торы, которая сравнивается с материнским молоком, дающим все необходимое для питания ребенка — еврейского народа. Молочная трапеза является одним из обязательных элементов и самого праздника Шавуот.


С. 74

Тикун-Швуэс (ивр. Тикун Шавуот) — «Исправление (ночи) Шавуот» — в первую ночь праздника Шавуот принято бодрствовать, изучая Писание, что символизирует ожидание евреями дарования Торы на горе Синай. Согласно каббалистической традиции за ночь прочитываются отрывки из всех разделов Пятикнижия, книг Танаха, трактатов Мишны, а также ряд фрагментов из книги «Зохар». В хасидизме бодрствованию в ночь Шавуота предается особенно большое значение.

Акдомус (арам. Акдамут) — «Начнем», гимн на арамейском языке из 90 строк, составленный в XII в. р. Меир-Ицхаком Шацем из Вормса, который произносится в ходе утреннего богослужения праздника Шавуот перед чтением Торы.

Лилиенталь Макс (Менахем) — см. примечание к с. 10

Перейти на страницу:

Все книги серии Прошлый век

И была любовь в гетто
И была любовь в гетто

Марек Эдельман (ум. 2009) — руководитель восстания в варшавском гетто в 1943 году — выпустил книгу «И была любовь в гетто». Она представляет собой его рассказ (записанный Паулой Савицкой в период с января до ноября 2008 года) о жизни в гетто, о том, что — как он сам говорит — «и там, в нечеловеческих условиях, люди переживали прекрасные минуты». Эдельман считает, что нужно, следуя ветхозаветным заповедям, учить (особенно молодежь) тому, что «зло — это зло, ненависть — зло, а любовь — обязанность». И его книга — такой урок, преподанный в яркой, безыскусной форме и оттого производящий на читателя необыкновенно сильное впечатление.В книгу включено предисловие известного польского писателя Яцека Бохенского, выступление Эдельмана на конференции «Польская память — еврейская память» в июне 1995 года и список упомянутых в книге людей с краткими сведениями о каждом. «Я — уже последний, кто знал этих людей по имени и фамилии, и никто больше, наверно, о них не вспомнит. Нужно, чтобы от них остался какой-то след».

Марек Эдельман

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Воспоминания. Из маленького Тель-Авива в Москву
Воспоминания. Из маленького Тель-Авива в Москву

У автора этих мемуаров, Леи Трахтман-Палхан, необычная судьба. В 1922 году, девятилетней девочкой родители привезли ее из украинского местечка Соколивка в «маленький Тель-Авив» подмандатной Палестины. А когда ей не исполнилось и восемнадцати, британцы выслали ее в СССР за подпольную коммунистическую деятельность. Только через сорок лет, в 1971 году, Лея с мужем и сыном вернулась, наконец, в Израиль.Воспоминания интересны, прежде всего, феноменальной памятью мемуаристки, сохранившей множество имен и событий, бытовых деталей, мелочей, через которые только и можно понять прошлую жизнь. Впервые мемуары были опубликованы на иврите двумя книжками: «От маленького Тель-Авива до Москвы» (1989) и «Сорок лет жизни израильтянки в Советском Союзе» (1996).

Лея Трахтман-Палхан

Биографии и Мемуары / Документальное

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Георгий Фёдорович Коваленко , Коллектив авторов , Мария Терентьевна Майстровская , Протоиерей Николай Чернокрак , Сергей Николаевич Федунов , Татьяна Леонидовна Астраханцева , Юрий Ростиславович Савельев

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Афганистан. Честь имею!
Афганистан. Честь имею!

Новая книга доктора технических и кандидата военных наук полковника С.В.Баленко посвящена судьбам легендарных воинов — героев спецназа ГРУ.Одной из важных вех в истории спецназа ГРУ стала Афганская война, которая унесла жизни многих тысяч советских солдат. Отряды спецназовцев самоотверженно действовали в тылу врага, осуществляли разведку, в случае необходимости уничтожали командные пункты, ракетные установки, нарушали связь и энергоснабжение, разрушали транспортные коммуникации противника — выполняли самые сложные и опасные задания советского командования. Вначале это были отдельные отряды, а ближе к концу войны их объединили в две бригады, которые для конспирации назывались отдельными мотострелковыми батальонами.В этой книге рассказано о героях‑спецназовцах, которым не суждено было живыми вернуться на Родину. Но на ее страницах они предстают перед нами как живые. Мы можем всмотреться в их лица, прочесть письма, которые они писали родным, узнать о беспримерных подвигах, которые они совершили во имя своего воинского долга перед Родиной…

Сергей Викторович Баленко

Биографии и Мемуары