Читаем Заметки из хижины «Великое в малом» полностью

«В доме у одного человека в пустой комнате поселилась лиса. Она часто беседовала с хозяином дома, обменивалась с ним подарками, как это водится между ближайшими соседями.

Однажды лиса сказала хозяину дома:

— Во втором дворе, господин, в пустом помещении уже много лет живет дух повесившейся женщины. Если вы снесете это помещение, то духу негде будет жить и он начнет ссориться со мной из-за жилья, будет являться вам в своем страшном виде и пугать детей. Мне бы этого не хотелось. Или же напустит наваждение, это будет уж совсем нестерпимо. Почему бы вам, господин, с помощью какого-нибудь даосского монаха, который мог бы пожаловаться на этого духа, не избавиться от этой беды?

Хозяин послушался совета лисы и, получив от монаха амулет, сжег его во втором дворе. Внезапно поднялся сильный ветер, послышался треск, подобный раскатам грома. В страшном испуге хозяин услышал, как на крыше стала трещать черепица, словно десятки людей топтали ее на бегу.

— Мой план оказался никуда не годным, — раздался сверху голос лисы, — раскаянию моему нет предела! Вызванный вами дух сейчас перейдет в атаку, чтобы изгнать и меня, и духа повесившейся. Так что я должна с вами расстаться, господин!

И прозорливая лиса кинулась опрометью прочь, не ожидая неминуемого поражения.»

А еще рассказывал достопочтенный Люй, мой двоюродный брат:

«Один человек, страдавший от лисьего наваждения, пригласил колдуна, чтобы тот прочитал заклятия и изгнал лису.

Но этот колдун стал без конца заниматься вымогательством, часто насылал [всякую нечисть] вроде бумажных тигров и деревянных человечков, причинявших сильное беспокойство этой семье. Хозяин дома давал ему деньги, чтобы он прекратил это, но дней через десять все начиналось сначала, и это наваждение было похуже, чем лисье.

Кончилось тем, что хозяину пришлось перевезти свою семью в столицу. Только тогда удалось избавиться от этого колдуна.»

Вот еще доказательство того, что когда обращаешься за помощью к ничтожеству, то наталкиваешься на предательство.

[1002. Попытка человека стрелять в испугавшего его горного духа кончается ничем.

1003. Смелая девушка прогоняет бесов, не посмевших ее обидеть.

1004. Умная певичка обманывает богача, чтобы спасти от голода семью.

1005. Лиса-оборотень не подчиняется магу, который хочет прогнать ее из дома любимого человека по навету его жены.

1006. Наказания в Царстве мертвых соответствуют проступкам: склочник — нем, любитель сплетен — глух.

1007. Студент сожительствует с красавицей, которая оказывается бесом, не пожелавшим причинить ему вреда.

1008. Женщина идет на бесчестье, чтобы спасти от смерти мужа, на которого был сделан ложный донос.

1009. Бесы убивают людей, чтобы с помощью их жизненной энергии продлить свою жизнь, а лисы-оборотни для этой же цели сходятся с мужчинами.]

(1010.) Ли Цин-цзы рассказывал:

«Студент Чжу Ли-юань в год синь-ю[596] должен был ехать на север, чтобы сдавать экзамены в Шуньтяне. Вечером он проезжал к северу от Янлю, и, так как пришлось объезжать грязь, в конце концов он сбился с дороги и не нашел постоялого двора, где мог бы отдохнуть. Вдали, за лесом, он увидел человеческое жилье и решил попроситься на ночлег. Подойдя ближе, он разглядел земляную хижину с черепичной крышей на шести-семи подпорках. На стук дверь открыл мальчик-слуга. Чжу объяснил, как попал сюда, и попросил разрешения переночевать. Хозяин дома, старик в простой, но изящной одежде и головном уборе, провел гостя в комнату, велел принести лампу, но та светила тусклым светом.

— Год был неурожайный, — сказал старик, — и масло плохое, вам, верно, будет здесь скучно.

И еще он сказал:

— Сейчас ночь, и я не могу устроить вам подобающего приема, есть только деревенское вино, если вы не побрезгуете им.

Старик был очень любезен и гостеприимен.

Чжу спросил:

— С кем вы живете здесь?

— Я живу в одиночестве и бедности, — ответил старик, — со мной только моя старая жена и мальчик-слуга.

Спросив у Чжу, куда он едет, и узнав, что путь его лежит на север, старик сказал:

— У меня есть письмо и маленький пакет, которые мне надо отправить в столицу, но в нашем захолустье нет почты, так что мне очень повезло, что мы встретились с вами.

— Вокруг вас нет никаких соседей, не страшно вам жить в таком одиночестве? — опросил Чжу.

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники письменности Востока

Самгук саги Т.1. Летописи Силла
Самгук саги Т.1. Летописи Силла

Настоящий том содержит первую часть научного комментированного перевода на русский язык самого раннего из сохранившихся корейских памятников — летописного свода «Исторические записи трех государств» («Самкук саги» / «Самгук саги», 1145 г.), созданного основоположником корейской историографии Ким Бусиком. Памятник охватывает почти тысячелетний период истории Кореи (с I в. до н.э. до IX в.). В первом томе русского издания опубликованы «Летописи Силла» (12 книг), «Послание Ким Бусика вану при подношении Исторических записей трех государств», статья М. Н. Пака «Летописи Силла и вопросы социально-экономической истории Кореи», комментарии, приложения и факсимиле текста на ханмуне, ныне хранящегося в Рукописном отделе Санкт-Петербургского филиала Института востоковедения РАН (М, 1959). Второй том, в который включены «Летописи Когурё», «Летописи Пэкче» и «Хронологические таблицы», был издан в 1995 г. Готовится к печати завершающий том («Описания» и «Биографии»).Публикацией этого тома в 1959 г. открылась научная серия «Памятники литературы народов Востока», впоследствии известная в востоковедческом мире как «Памятники письменности Востока».(Файл без таблиц и оригинального текста)

Ким Бусик

Древневосточная литература
Самгук саги Т.2. Летописи Когурё. Летописи Пэкче
Самгук саги Т.2. Летописи Когурё. Летописи Пэкче

Предлагаемая читателю работа является продолжением публикации самого раннего из сохранившихся памятников корейской историографии — Самгук саги (Самкук саги, «Исторические записи трех государств»), составленного и изданного в 1145 г. придворным историографом государства Коре Ким Бусиком. После выхода в свет в 1959 г. первого тома русского издания этого памятника в серии «Памятники литературы народов Востока» прошло уже тридцать лет — период, который был отмечен значительным ростом научных исследований советских ученых в области корееведения вообще и истории Кореи раннего периода в особенности. Появились не только такие обобщающие труды, как двухтомная коллективная «История Кореи», но и специальные монографии и исследования, посвященные важным проблемам ранней истории Кореи — вопросам этногенеза и этнической истории корейского народа (Р.Ш. Джарылгасиновой и Ю.В. Ионовой), роли археологических источников для понимания древнейшей и древней истории Кореи (академика А.П. Окладникова, Ю.М. Бутина, М.В. Воробьева и др.), проблемам мифологии и духовной культуры ранней Кореи (Л.Р. Концевича, М.И. Никитиной и А.Ф. Троцевич), а также истории искусства (О.Н. Глухаревой) и т.д. Хотелось бы думать, что начало публикации на русском языке основного письменного источника по ранней истории Кореи — Самгук саги Ким Бусика — в какой-то степени способствовало возникновению интереса и внимания к проблемам истории Кореи этого периода.(Файл без таблиц и оригинального текста)

Ким Бусик

Древневосточная литература

Похожие книги