Читаем Заметки из хижины «Великое в малом» полностью

— Благородные мужи спорят между собой — это житейский закон. Начетчик, который отказался бы от этого, — это уже не начетчик!

[953. Тигр-оборотень убивает человека.

954. Бессмертный разоблачает шарлатанов, рекламирующих секреты достижения бессмертия.]

(955.) В доме моего дяди Ван Хун-шэна была лиса, жившая в кладовой. Она не причиняла людям вреда, но когдадети играли около кладовой, швырялась в них черепицей.

Однажды под кухней поймали лисенка и хотели забить его насмерть, чтобы излить злобу на лису. Но Хун-шэн сказал:

— Это значит вызвать ссору. А разве люди смогут победить в борьбе с лисами?

И он положил лисенка на лежанку, накормил фруктами и блинами и сам отнес его к кладовой.

С тех пор, когда дети приходили к кладовой, лиса больше их не трогала. Без борьбы подчинилась человеку.

[956. Женщина спасает лису, которую преследуют другие лисы.

957. Гадание на бараньих костях сбывается.

958. Лисы спасают женщину, избиваемую мужем.

959. Лис наказывает своих сыновей, заманивших служанку на пьяную пирушку.

960. Человек спасает лису-оборотня, потом женится на ней.

961. Заметка о подвеске для пояса, сделанной из кораллов.

962. Заметка о прекрасной яшме, которую Цзи Юнь видел в Урумчи.

963. Заметка о художественном изделии из яшмы.

964. Заметка еще об одном изделии из яшмы.

965. Наставник спасает студента от злого беса.

966. Лиса-оборотень разоряет влюбленного в нее студента.]

(967.) Мой племянник Сю-шань рассказывал:

«Раб У Ши-цзюнь как-то подрался с одним человеком и потерпел поражение. В ярости он решил покончить с собой и стал искать уединенное место за пределами деревни.

Только он вышел за околицу, как его остановили два беса. Один сказал, что броситься в колодец — прекрасно, а другой уверял, что еще лучше — повеситься. Стали тянуть его в разные стороны, и он не знал, кого же из них слушать. В это время появился шедший с севера старый знакомый У Ши-цзюня — некий Вэнь Куй. Он кулаками разогнал бесов и повел У Ши-цзюня домой. Ши-цзюнь словно пробудился от сна, все мысли о самоубийстве покинули его.»

Вэнь Куй задолго до этого случая повесился. Он и Ши-цзюнь в свое время работали в доме моего дяди, достопочтенного Ли-фу. После смерти Вэнь Куя его мать тяжело заболела и не вставала с постели. Ши-цзюнь помог ей, дав пятьсот цяней, поэтому Вэнь Куй теперь отплатил ему добром.

Эта история, недавно происшедшая в нашем доме, очень похожа на случай с портным, который встретился с бесами и о котором рассказывал Юань Мэй[590], — случай, видимо, достоверный.

А то, что Вэнь Куй смог прийти и, отплатив за милость, удалился, особенно может побудить людей к добру.

[968. Четыре эпизода, повествующих о том, как люди и духи мертвых мстят хозяевам, жестоко обращавшимся со служанками.

969. Заметка о редкостных изделиях, которые доводилось видеть Цзи Юню.

970. Девушка, которую хотели выдать замуж за нелюбимого ею человека, принимает лекарство, вызывающее летаргический сон, и бежит с любимым.

971. Заметка о скульптурных изделиях из мрамора.

972. Описание трех картин неизвестных мастеров сунского времени.

973. О человеке, верном в дружбе.]

(974.) Чжу Цин-лэй рассказывал:

«Как-то я посетил храм Цзяошаньсы[591] и увидел, как туда вошла компания из нескольких человек, начавшая отбивать земные поклоны, но один из них кланялся только в пояс. Кто-то спросил его почему, и он ответил:

— Достопочтенный Ян[592] был начальником отделения, и я тоже начальник отделения, ранг у нас равный, и у меня нет причин оказывать ему особые почести.

Спрашивавший заметил:

— Достопочтенный Ян был преданным подданным.

Тот изумленно воскликнул:

— А я что, вероломный подданный?»

Юй Да-юй рассказывал так:

«Не Сун-янь ехал как-то верхом на осле и повстречал [каменщика], изготовлявшего мельничные жернова, который не уступил ему дорогу.

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники письменности Востока

Самгук саги Т.1. Летописи Силла
Самгук саги Т.1. Летописи Силла

Настоящий том содержит первую часть научного комментированного перевода на русский язык самого раннего из сохранившихся корейских памятников — летописного свода «Исторические записи трех государств» («Самкук саги» / «Самгук саги», 1145 г.), созданного основоположником корейской историографии Ким Бусиком. Памятник охватывает почти тысячелетний период истории Кореи (с I в. до н.э. до IX в.). В первом томе русского издания опубликованы «Летописи Силла» (12 книг), «Послание Ким Бусика вану при подношении Исторических записей трех государств», статья М. Н. Пака «Летописи Силла и вопросы социально-экономической истории Кореи», комментарии, приложения и факсимиле текста на ханмуне, ныне хранящегося в Рукописном отделе Санкт-Петербургского филиала Института востоковедения РАН (М, 1959). Второй том, в который включены «Летописи Когурё», «Летописи Пэкче» и «Хронологические таблицы», был издан в 1995 г. Готовится к печати завершающий том («Описания» и «Биографии»).Публикацией этого тома в 1959 г. открылась научная серия «Памятники литературы народов Востока», впоследствии известная в востоковедческом мире как «Памятники письменности Востока».(Файл без таблиц и оригинального текста)

Ким Бусик

Древневосточная литература
Самгук саги Т.2. Летописи Когурё. Летописи Пэкче
Самгук саги Т.2. Летописи Когурё. Летописи Пэкче

Предлагаемая читателю работа является продолжением публикации самого раннего из сохранившихся памятников корейской историографии — Самгук саги (Самкук саги, «Исторические записи трех государств»), составленного и изданного в 1145 г. придворным историографом государства Коре Ким Бусиком. После выхода в свет в 1959 г. первого тома русского издания этого памятника в серии «Памятники литературы народов Востока» прошло уже тридцать лет — период, который был отмечен значительным ростом научных исследований советских ученых в области корееведения вообще и истории Кореи раннего периода в особенности. Появились не только такие обобщающие труды, как двухтомная коллективная «История Кореи», но и специальные монографии и исследования, посвященные важным проблемам ранней истории Кореи — вопросам этногенеза и этнической истории корейского народа (Р.Ш. Джарылгасиновой и Ю.В. Ионовой), роли археологических источников для понимания древнейшей и древней истории Кореи (академика А.П. Окладникова, Ю.М. Бутина, М.В. Воробьева и др.), проблемам мифологии и духовной культуры ранней Кореи (Л.Р. Концевича, М.И. Никитиной и А.Ф. Троцевич), а также истории искусства (О.Н. Глухаревой) и т.д. Хотелось бы думать, что начало публикации на русском языке основного письменного источника по ранней истории Кореи — Самгук саги Ким Бусика — в какой-то степени способствовало возникновению интереса и внимания к проблемам истории Кореи этого периода.(Файл без таблиц и оригинального текста)

Ким Бусик

Древневосточная литература

Похожие книги