Читаем Заметки старого кавказца. Генерал Засс полностью

Действительно, осенью того же года, горцы соединились в огромное сборище, предположив взять станицу Усть-Лабинскую, или Воронежскую. Лазутчики известили об этом тотчас после решения старшин. Генерал Засс, сделав немедленно распоряжение стянуть войска в Усть-Лабе, прибыл и сам туда для дальнейших распоряжений. Он оставил резерв в станице Ладовской, так как туда через ночь могла достигнуть партия; в Усть-Лабе поместил большую часть кавалерии и роту пехоты; другая часть кавалерии и рота пехоты была поставлена в станице Воронежской. Между тем внимательно следил через своих лазутчиков за движением неприятельского сборища. Так продолжалось несколько дней; наконец раз, поздно вечером, лазутчик дал знать, что партия горцев, видя, что мы готовы их встретить, решилась напасть с рассветом на Васюринскую станицу Черноморского Войска. Не доверяя вполне этому известию, генерал Засс послал все-таки нарочного предуведомить генерал-лейтенанта Заводовского, стоявшего с отрядом у Екатеринодара; сам же передвинул часть своих войск в станицу Воронежскую, а часть к посту находящемуся вблизи границы Черноморского Войска. Е1а рассвете горцы действительно напали на станицу Васюринскую. Когда был подан сигнал, генерал Засс с кавалерией немедленно двинулся на защиту атакованных, приказав находящимся в Усть-Лабе казакам переправиться через реку и скакать наперерез неприятеля за реку Белую, вслушиваясь, где будут выстрелы.

Прискакав к станице Васюринской, мы застали только самую небольшую часть партии, которую тут же уничтожили, не допустив даже до Кубани, а посланные с дороги прямо по Кубани три сотни успели захватить на льду еще многочисленные толпы горцев. Завязалась перестрелка; в это время подоспели остальные войска из станицы. Горцы, видя невозможность удерживаться долее на Кубани, быстро стали отступать; но казаки уже сидели на их хвосте как пиявки и, таким образом, задерживали шаг за шагом отступление. Между тем, передовые абадзехи, увидя, что усть-лабинские казаки, проскакав болотистые места, неслись к ним наперерез, закричали благим матом: «Отступайте скорее, казаки впереди нас!» Вот тут-то нужно было видеть панический страх горцев: они бросились всею массою по замерзшим, но едва державшим всадников болотам к лесистому берегу реки Белой; многие лошади, провалившись, вязли, и горцы должны были бежать пешком, скрываясь в лес. Более мы не могли их преследовать по причине сильной усталости лошадей. Взятый в станице скот и несколько пленных были отбиты обратно; неприятель в этот день потерял более ста человек убитыми и до полутораста лошадей.

Генерал Засс, сознавая необходимость выдвинуть вперед Кубанскую кордонную линию на реку Лабу, еще в 1837 году представил на Высочайшее воззрение, через корпусного командира барона Розена, проект заселения казачьими станицами всего пространства от Тамовского аула до впадения Лабы в Кубань. Этим способом мы подвигались в неприятельские земли на сто верст и, кроме того, отнималась у покорных аулов, лежавших между Кубанью и Лабою, возможность беспрестанных сношений, а нередко и общих набегов на нас вместе с непокорными горцами.

Проект удостоился Высочайшего утверждения в конце 1839 года, а с 1840 года начали поселяться станицы и устраиваться Лабинская линия. Для этого прибыла на Лабу одна бригада 14-й дивизии, под начальством генерал-майора Паскина – Житомирский и Подольский полки. В это время набеги барона Засса повторялись реже. Он занялся устройством станиц и успел поселить станицы: Урупскую, Вознесенскую, Чамлыкскую, Лабинскую и укрепление Темиргоевское, связав линию укрепленными постами; но так как просимых средств для быстрого заселения станицами Лабинской линии не получалось, то линия после генерал-лейтенанта Засса населялась весьма медленно.

1842 год был последним годом пребывания барона Засса начальником правого фланга кавказской линии: в конце этого года, он сдал должность генерал-майору Безобразову и уехал в годовой отпуск.

Георгий Атарщиков

Текст воспроизведен по изданию: Заметки старого кавказца. О боевой и административной деятельности на Кавказе генерал-лейтенанта барона Григория Христофоровича Засса. Военный сборник, № 8. 1870

Несколько слов о генерале Зассе

(С Кубани)


Недавно я посетил старого кавказского ветерана, генерал-лейтенанта барона Григория Христофоровича Засса в имении его Шеден, находящемся близ Фрадебурга, в Курляндской губернии.


Имение Шеден (ныне – Шкеде) Современный вид.


Перейти на страницу:

Все книги серии Войны Российской империи. Кавказская война

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Георгий Фёдорович Коваленко , Коллектив авторов , Мария Терентьевна Майстровская , Протоиерей Николай Чернокрак , Сергей Николаевич Федунов , Татьяна Леонидовна Астраханцева , Юрий Ростиславович Савельев

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
100 Великих Феноменов
100 Великих Феноменов

На свете есть немало людей, сильно отличающихся от нас. Чаще всего они обладают даром целительства, реже — предвидения, иногда — теми способностями, объяснить которые наука пока не может, хотя и не отказывается от их изучения. Особая категория людей-феноменов демонстрирует свои сверхъестественные дарования на эстрадных подмостках, цирковых аренах, а теперь и в телемостах, вызывая у публики восторг, восхищение и удивление. Рядовые зрители готовы объявить увиденное волшебством. Отзывы учёных более чем сдержанны — им всё нужно проверить в своих лабораториях.Эта книга повествует о наиболее значительных людях-феноменах, оставивших заметный след в истории сверхъестественного. Тайны их уникальных способностей и возможностей не раскрыты и по сей день.

Николай Николаевич Непомнящий

Биографии и Мемуары