Вставъ со стула, я пошелъ къ сундуку и нашелъ тамъ табакъ. Я не зналъ, какъ употреблять его, и будетъ ли онъ полезенъ въ моей болзни или вреденъ. Прежде я взялъ небольшую часть табачнаго листа и, положивъ ее себ въ ротъ, жевалъ. Табакъ былъ зеленъ и крпокъ, и такъ какъ я не привыкъ къ нему, то чувствовалъ сильное головокруженіе. Потомъ, я положилъ листъ табаку въ ромъ, чтобы принять этотъ настой черезъ часъ или два, когда буду ложиться спать. Кром этого я клалъ табакъ на горячіе уголья и дымъ его втягивалъ въ себя и ртомъ, и носомъ. Наконецъ, ложась спать, я выпилъ ромъ, въ которомъ былъ настоенъ табакъ. Настой этотъ былъ такъ крпокъ, что я едва могъ проглотить его. Этотъ пріемъ одурманилъ мн голову и я заснулъ такимъ глубокихъ сномъ, что, когда я проснулся, то было уже далеко за полдень.
По моемъ пробужденіи, я чувствовалъ себя лучше, бодре, желудокъ мой поправился и аппетитъ возбудился, однимъ словомъ, я былъ почти совершенно здоровъ. Посл сего мн день ото дня становилось все легче и легче.
30 числа іюня мсяца я отправился съ ружьемъ на охоту, но по слабости недалеко отходилъ отъ дома. Въ это-то день я убилъ пару морскихъ птицъ, которыя были довольно похожи на дикихъ гусей, принесъ ихъ домой, но не имлъ охоты ихъ сть, и удовольствовался нсколькими яйцами черепахи. Вечеромъ я прибгпулъ опять къ тому лекарству, т. е. къ настою рома съ табакомъ. На этотъ разъ пріемъ былъ гораздо мене прежняго. Продолжая такимъ образомъ свое леченіе, я достигъ наконецъ, что 3-го іюля лихорадка меня оставила навсегда, поправился же я совершенно спустя нсколько недль.
ГЛАВА X
Путешествіе Робинзона по острову для изслдованія его. Плодородіе острова. Робинзонъ находитъ разные плоды. Приготовленіе ихъ впрокъ. Робинзонъ строитъ себ второе жилище — дачу
До половины іюля мсяца мои главнйшія занятія состояли въ прогулк съ ружьемъ; но я не отходилъ далеко отъ дома, потому что все еще былъ нсколько слабъ. Эти частыя прогулки были мн полезны въ томъ отношеніи, что во время ихъ я узналъ, что нтъ ничего хуже, какъ выходить на воздухъ во время дождливой погоды, особливо когда дождь сопровождался бурею или ураганомъ. Такъ какъ дождь, случавшійся иногда въ сухую погоду, всегда сопровождался грозою, то я считалъ его гораздо опаснйшимъ дождя сентябрскаго или октябрскаго.
Было уже около десяти мсяцевъ, прожитыхъ мною въ печальномъ, уединенномъ мст. Жилище мое было, по моему мннію, довольно хорошо укрплено и въ пищ я также не имлъ большаго недостатка; но мн хотлось узнать подробно мой островъ и найти на немъ какія-нибудь полезныя для меня произведенія. Для этого я вознамрился исходить весь островъ. Прежде всего пошелъ я къ тому небольшому заливу, къ которому приставалъ въ прежнее время съ моимъ плотомъ: когда перевозилъ съ корабля разные запасы. Направляя путь отъ залива къ востоку, я прошелъ около двухъ миль и нашелъ мсто, на которомъ приливъ морской недалеко проходилъ на берегъ. Тамъ протекалъ ручеекъ, вода котораго была прсная, чистая и пріятная для питья. По обимъ сторонамъ ручья были прекрасные луга, покрытые свжею роскошною зеленью. На этихъ возвышенныхъ мстахъ, въ которые повидимому никогда не заливалась вода, росло нсколько зеленаго табаку съ чрезмрно высокими стеблями. Тамъ было много и другихъ растеній, но я не зналъ какъ они называются и на что пригодны.
Я боле всего искалъ кассавы, корень которой употребляется американцами вмсто хлба, но не могъ найти этого растенія. Алойныя деревья, сабуръ (трава) и дикій сахарный тростникъ росли въ большомъ количеств, но, не имя ухода за собой, были не такъ-то хороши. Мн пришло на мысль, какимъ образомъ и для какой пользы употреблять найденныя мною растенія; но ничего не могъ придумать, потому что, признаюсь, — я, во время моего пребыванія въ Бразиліи, мало обращалъ вниманія на полезныя растенія, почти не зналъ названій ихъ и свойствъ, а если и имлъ поверхностное понятіе о нкоторыхъ изъ нихъ, то оно не могло принести мн пользы въ моемъ плачевномъ положеніи.
Въ другой разъ я пошелъ по той же дорог, но гораздо дале, и замтилъ, что ручей и луга простирались не очень далеко, а за ними начинались мста лсистыя. Здсь нашелъ я много разныхъ плодовъ, особливо дынь, которыми была покрыта земля. Зеленыя первосортныя кисти и тамъ и сямъ висли на своихъ стебляхъ, обвившихся вокругъ деревьевъ, и были совершенно зрлыя. Это открытіе столько же меня порадовало, сколько и удивило.