Читаем Жизнь на нашей планете. Мое предупреждение миру на грани катастрофы полностью

Какими бы привлекательными ни казались нам покатые холмы бескрайних полей, бесконечные сады и виноградники – все это стерильная среда по сравнению с природной, на месте которой они появились. Суть в том, что мы не можем надеяться на прекращение сокращения биоразнообразия и продолжение устойчивого развития на Земле до тех пор, пока не прекратится экспансия промышленного сельского хозяйства. Если мы хотим дать природе возможность начать восстанавливаться, мы должны начать активно сокращать пропорции занимаемой нами поверхности суши, чтобы вернуть пространство природе. Как можно на это надеяться? Нам всем нужно есть, население планеты растет, стандарты жизни повышаются, значит, количество необходимой нам пищи будет только возрастать. Как мы увидим позже, безусловную помощь окажет пристальное внимание к огромному количеству пищи, которое идет в отходы, но даже при этом специалисты пищевой промышленности вычислили, что в ближайшие четыре десятилетия мы должны будем произвести больше продуктов питания, чем произвели все фермеры за всю эпоху голоцена. Требуется найти ответ на важнейший вопрос: как получить больше продуктов с меньшей площади?

Вдохновляющие ответы могут дать некоторые нидерландские фермеры, которые уже лучше многих изучили этот вопрос. Нидерланды – одна из наиболее густонаселенных стран мира. Ее скромных размеров территория занята фермерскими хозяйствами, которые и так уже значительно меньше по площади, чем во многих других индустриально развитых странах. Дальше расширяться им некуда. В результате голландские фермеры стали экспертами в извлечении максимума пользы с каждого гектара. Это удалось за счет больших затрат на экологию, но теперь некоторые фермерские семейства имеют право поведать такие истории изменений, произошедших у них за последние восемьдесят лет, что они могут служить источником вдохновения для земледельцев по всему миру.

В 1950-е годы в результате травм, нанесенных Второй мировой войной, нидерландские семьи испытывали сильное стремление к независимости и желание иметь достаточно земли, чтобы обеспечивать себя собственной продукцией. На скромных фермах они обычно держали несколько животных, выращивали немного злаковых культур и немного овощей. Следующее поколение, унаследовавшее фермы в 1970-е, занялось резкой индустриализацией производства, воспользовавшись большой доступностью продукции, необходимой для ведения хозяйства, – удобрениями, пестицидами, гербицидами, техникой, теплицами. Каждое хозяйство стало специализироваться на одном-двух видах культур, и семьи стали получать максимально возможные урожаи. Но продуктивность обеспечивалась дизельным топливом и химикатами, и пока это картина, характерная для сельского хозяйства всего мира. Стали заметно ухудшаться биоразнообразие, качество воды и экологические условия. Но затем, ближе к концу тысячелетия, за дело взялись дети тех, кто работал в семидесятые, и многие из них поставили перед собой новые амбициозные задачи – продолжать повышать урожайность, при этом сокращая воздействие на окружающую среду. Они стали возводить ветровые турбины или пробивать глубокие скважины к геотермальным источникам, чтобы обогревать теплицы с помощью возобновляемой энергии. Они установили системы климат-контроля, чтобы поддерживать оптимальную температуру в теплицах, сокращая при этом потери воды и тепла. Они начали собирать с крыш теплиц всю необходимую для хозяйства дождевую воду. Они стали выращивать культуры не в почве, а в желобах, заполненных богатой питательными веществами водой, чтобы минимизировать расходы и потери. Вместо пестицидов у них «работает» рассчитанное количество естественных хищников, поэтому колонии домашних пчел получили возможность спокойно заниматься опылением растений. При работе на открытых полях они просчитывают количество необходимой воды и питательных веществ на каждый квадратный метр, чтобы поддерживать влажность и качество почвы в максимально хорошем состоянии. Они научились сами изготавливать удобрения и даже упаковку для продукции из стеблей и листьев, остающихся после сбора урожая.

Такое инновационное, ориентированное на устойчивое развитие фермерство сейчас одно из самых высокоурожайных и мало воздействующих на окружающую среду производств продовольствия в мире. Если бы все нидерландские фермеры, если бы фермеры всего остального мира переняли традиции новаторов-первопроходцев, мы смогли бы производить гораздо больше продовольствия на гораздо меньших площадях[59].

Такой высокотехнологичный подход весьма затратен для исполнения, и он может стать привлекателен для крупных компаний-производителей продовольствия, которым принадлежит бо́льшая часть обрабатываемых земель сельскохозяйственного назначения, однако для мелких земледельцев, ведущих натуральное хозяйство, предпочтительнее не требующие высоких технологий методы, доказавшие, тем не менее, возможность повышения урожаев и сокращения влияния на окружающую среду в различных ситуациях по всему миру.

Перейти на страницу:

Все книги серии Большая наука

Похожие книги

Опасная идея Дарвина: Эволюция и смысл жизни
Опасная идея Дарвина: Эволюция и смысл жизни

Теория эволюции посредством естественного отбора знакома нам со школьной скамьи и, казалось бы, может быть интересна лишь тем, кто увлекается или профессионально занимается биологией. Но, помимо очевидных успехов в объяснении разнообразия живых организмов, у этой теории есть и иные, менее очевидные, но не менее важные следствия. Один из самых известных современных философов, профессор Университета Тафтс (США) Дэниел Деннет показывает, как теория Дарвина меняет наши представления об устройстве мира и о самих себе. Принцип эволюции посредством естественного отбора позволяет объяснить все существующее, не прибегая к высшим целям и мистическим силам. Он демонстрирует рождение порядка из хаоса, смысла из бессмысленности и морали из животных инстинктов. Принцип эволюции – это новый способ мышления, позволяющий понять, как самые возвышенные феномены культуры возникли и развились исключительно в силу биологических способностей. «Опасная» идея Дарвина разрушает представление о человеческой исключительности, но взамен дает людям возможность по-настоящему познать самих себя. Книгу перевела М. Семиколенных, кандидат культурологии, научный сотрудник РХГА.

Дэниел К. Деннетт

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Зарубежная образовательная литература / Образование и наука
Нейрогастрономия. Почему мозг создает вкус еды и как этим управлять
Нейрогастрономия. Почему мозг создает вкус еды и как этим управлять

Про еду нам важно знать все: какого она цвета, какова она на запах и вкус, приятны ли ее текстура и температура. Ведь на основе этих знаний мы принимаем решение о том, стоит или не стоит это есть, удовлетворит ли данное блюдо наши физиологические потребности. На восприятие вкуса влияют практически все ощущения, которые мы испытываем, прошлый опыт и с кем мы ели то или иное блюдо.Нейрогастрономия (наука о вкусовых ощущениях) не пытается «насильно» заменить еду на более полезную, она направлена на то, как человек воспринимает ее вкус. Профессор Гордон Шеперд считает, что мы можем не только привыкнуть к более здоровой пище, но и не ощущать себя при этом так, будто постоянно чем-то жертвуем. Чтобы этого добиться, придется ввести в заблуждение мозг и заставить его думать, например, что вареное вкуснее жареного. А как это сделать – расскажет автор книги.Внимание! Информация, содержащаяся в книге, не может служить заменой консультации врача. Перед совершением любых рекомендуемых действий необходимо проконсультироваться со специалистом.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Гордон Шеперд

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Медицина и здоровье / Дом и досуг
Неразумная обезьяна. Почему мы верим в дезинформацию, теории заговора и пропаганду
Неразумная обезьяна. Почему мы верим в дезинформацию, теории заговора и пропаганду

Дэвид Роберт Граймс – ирландский физик, получивший образование в Дублине и Оксфорде. Его профессиональная деятельность в основном связана с медицинской физикой, в частности – с исследованиями рака. Однако известность Граймсу принесла его борьба с лженаукой: в своих полемических статьях на страницах The Irish Times, The Guardian и других изданий он разоблачает шарлатанов, которые пользуются беспомощностью больных людей, чтобы, суля выздоровление, выкачивать из них деньги. В "Неразумной обезьяне" автор собрал воедино свои многочисленные аргументированные возражения, которые могут пригодиться в спорах с адептами гомеопатии, сторонниками теории "плоской Земли", теми, кто верит, что микроволновки и мобильники убивают мозг, и прочими сторонниками всемирных заговоров.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Дэвид Роберт Граймс

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература