Читаем Жизнь Петра Великого полностью

Петр Великий, видя, сколь благосклонна к нему была до той поры фортуна, но понимая, сколь она непостоянна и как легко она может обратиться на сторону короля Карла, военные достоинства которого уважал, решил выдвинуть ряд выгодных предложений, долженствовавших побудить Карла к заключению мира, которого мудрые государи ищут даже тогда, когда могут рассчитывать на победу в войне: Pacem volunt etiam qui vincere hostem possunt[829][830]. Поэтому он отправил к Карлу посольство с предложением мира на условиях возвращения шведам всех земель в Ингрии и Ливонии, за исключением двух городов, Петербурга и Шлиссельбурга, которые желал сохранить для развития торговли своей страны[831]. Сколь бы умеренными ни были эти требования, король Швеции высокомерно их отверг, ответив переговорщикам, что «примет капитуляцию царя в Москве и заставит московитов выплатить тридцать тысяч рублей в качестве компенсации за расходы, понесенные шведами в этой войне», которые в действительности понесли несчастные саксонцы и поляки[832]. Тогда только царь, нахлобучив поглубже шляпу, сказал: «Хорошо же: брат мой Карл во всем хочет быть Александром, но надеюсь, во мне он не найдет Дария[833]»[834].

От армии Карла оставалось немногим более двадцати тысяч человек, когда он приказал генералу Розену захватить Полтаву. Чтобы отразить натиск шведов на город, князь Меншиков с крупными силами кавалерии и пехоты выступил им навстречу. Так как у шведов почти не было артиллерии, им пришлось атаковать городские форты со шпагами в руках. Им удалось захватить три из этих фортов, но это им стоило почти трех тысяч солдат[835]. Несмотря на это, они так храбро рвались вперед, что Меншиков начал опасаться за положение города, однако, собравшись с духом, он позаботился о том, чтобы доставить в город необходимые подкрепления. И здесь он оказал своему царю и благодетелю, пожалуй, самую важную из множества прежде уже оказанных им услуг. Он отрядил два подразделения из состоявших под его командованием войск: одно из них он отправил к верхней части города, другое к нижней, приказав обоим в установленное время открыть сильный огонь, под прикрытием которого подкрепление смогло бы по мосту проникнуть в город. Этот приказ был исполнен в ночное время. Было ни зги не видно, а огонь, ведшийся московитами, учинил немалый переполох в рядах шведов. Карл, уверенный в том, что его войска подверглись атаке, поспешил прийти на помощь полку своей гвардии, дислоцированному в нижней части города, и одновременно послал войска на помощь солдатам, державшим оборону в верхней. Между тем российские подкрепления, несшие с собой фашины, навели понтонный мост и, войдя в город, подготовили там артиллерию для защиты моста и соединений с основными силами армии[836].

Перейти на страницу:

Все книги серии Историческое наследие

Жизнь Петра Великого
Жизнь Петра Великого

«Жизнь Петра Великого», выходящая в новом русском переводе, — одна из самых первых в европейской культуре и самых популярных биографий монарха-реформатора.Автор книги, опубликованной в Венеции на итальянском языке в 1736 году, — итало-греческий просветитель Антонио Катифоро (1685–1763), православный священник и гражданин Венецианской республики. В 1715 году он был приглашен в Россию А. Д. Меншиковым, но корабль, на котором он плыл, потерпел крушение у берегов Голландии, и Катифоро в итоге вернулся в Венецию.Ученый литератор, сохранивший доброжелательный интерес к России, в середине 1730-х годов, в начале очередной русско-турецкой войны, принялся за фундаментальное жизнеописание Петра I. Для этого он творчески переработал вышедшие на Западе тексты, включая периодику, облекая их в изящную литературную форму. В результате перед читателем предстала не только биография императора, но и монументальная фреска истории России в момент ее формирования как сверхдержавы. Для Катифоро был важен также образ страны как потенциальной освободительницы греков и других балканских народов от турецких завоевателей.Книга была сразу переведена на ряд языков, в том числе на русский — уже в 1743 году. Опубликованная по-русски только в 1772 году, она тем не менее ходила в рукописных списках, получив широкую известность еще до печати и серьезно повлияв на отечественную историографию, — ею пользовался и Пушкин, когда собирал материал для своей истории Петра.Новый перевод, произведенный с расширенного издания «Жизни Петра Великого» (1748), возвращает современному читателю редкий и ценный текст, при этом комментаторы тщательно выверили всю информацию, излагаемую венецианским биографом. Для своего времени Катифоро оказался удивительно точен, а легендарные сведения в любом случае представляют ценность для понимания мифопоэтики петровского образа.

Антонио Катифоро

Биографии и Мемуары
Люди и учреждения Петровской эпохи. Сборник статей, приуроченный к 350-летнему юбилею со дня рождения Петра I
Люди и учреждения Петровской эпохи. Сборник статей, приуроченный к 350-летнему юбилею со дня рождения Петра I

Личность Петра I и порожденная им эпоха преобразований — отправная точка для большинства споров об исторической судьбе России. В общественную дискуссию о том, как именно изменил страну ее первый император, особый вклад вносят работы профессиональных исследователей, посвятивших свою карьеру изучению петровского правления.Таким специалистом был Дмитрий Олегович Серов (1963–2019) — один из лучших знатоков этого периода, работавший на стыке исторической науки и истории права. Прекрасно осведомленный о специфике работы петровских учреждений, ученый был в то же время и мастером исторической биографии: совокупность его работ позволяет увидеть эпоху во всей ее многоликости, глубже понять ее особенности и значение.Сборник статей Д. О. Серова, приуроченный к 350-летию со дня рождения Петра I, знакомит читателя с работами исследователя, посвященными законотворчеству, институциям и людям того времени. Эти статьи, дополненные воспоминаниями об авторе его друзей и коллег, отражают основные направления его научного творчества.

Дмитрий Олегович Серов , Евгений Викторович Анисимов , Евгений Владимирович Акельев

Биографии и Мемуары

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Георгий Фёдорович Коваленко , Коллектив авторов , Мария Терентьевна Майстровская , Протоиерей Николай Чернокрак , Сергей Николаевич Федунов , Татьяна Леонидовна Астраханцева , Юрий Ростиславович Савельев

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Афганистан. Честь имею!
Афганистан. Честь имею!

Новая книга доктора технических и кандидата военных наук полковника С.В.Баленко посвящена судьбам легендарных воинов — героев спецназа ГРУ.Одной из важных вех в истории спецназа ГРУ стала Афганская война, которая унесла жизни многих тысяч советских солдат. Отряды спецназовцев самоотверженно действовали в тылу врага, осуществляли разведку, в случае необходимости уничтожали командные пункты, ракетные установки, нарушали связь и энергоснабжение, разрушали транспортные коммуникации противника — выполняли самые сложные и опасные задания советского командования. Вначале это были отдельные отряды, а ближе к концу войны их объединили в две бригады, которые для конспирации назывались отдельными мотострелковыми батальонами.В этой книге рассказано о героях‑спецназовцах, которым не суждено было живыми вернуться на Родину. Но на ее страницах они предстают перед нами как живые. Мы можем всмотреться в их лица, прочесть письма, которые они писали родным, узнать о беспримерных подвигах, которые они совершили во имя своего воинского долга перед Родиной…

Сергей Викторович Баленко

Биографии и Мемуары