В период с 1989 по 1992 г. многие, включая Усаму бен Ладена, вернулись домой в Саудовскую Аравию. Другие предпочли остаться или не могли вернуться, не рискуя быть арестованными или того хуже. Они продолжали действовать из лагерей на востоке Афганистана, поддерживая Хекматияра, Сайяфа и Джалалуддина Хаккани. И именно здесь в мае 1996 года их нашел вернувшийся в Афганистан из Хартума Усама.
Первоначально США предполагали, что если Советский Союз оккупирует какую-либо территорию, он никогда ее не покинет. Аналитики цитируют слова из автобиографии эмира Абдуррахман-хана, сказанные на эту тему:
Российская политика агрессии медленная и неторопливая, но твердая и неизменная… обычай русских двигаться вперед напоминает привычку слона, который тщательно осматривает место, прежде чем поставить на него ногу, и когда он однажды перенес на нее свой вес, пути назад уже нет, и он не торопится сделать еще один шаг, пока не перенесет весь свой вес на первую ногу и не раздавит все, что под ней лежит[4]
.Также было распространено предполагаемое прощальное послание эмира Абдуррахман-хана: «Мои последние слова тебе, мой сын и преемник: никогда не доверяй русским».
Поэтому американская поддержка моджахедов не преследовала цели разгрома советских войск, свержения коммунистического правительства или создания нового режима. Она была направлена на сдерживание дальнейшего советского экспансионизма путем навязывания Москве высокой цены за ее афганскую авантюру. Общими терминами для этой стратегии были «обескровливание Советов» и «борьба до последнего афганца». Учитывая эту цель, имело смысл вооружать любую афганскую группировку, причинившую Советам максимальную боль, вместо того чтобы пытаться помочь сопротивлению трансформироваться в сплоченную силу, которая могла бы представить политическую альтернативу режиму Кабула и стабилизировать будущий Афганистан.
Генерал Зия тоже ставил перед собой такую цель, как сдерживание советского наступления, наиболее очевидную в Пакистане, но он имел дело и с другими проблемами. Он не хотел, чтобы миллионы афганских беженцев на пакистанской земле приняли национализм в качестве своего знамени и вступили в союз с пакистанскими пуштунами или белуджийскими националистами, требуя самоопределения для Северо-Западной пограничной провинции, ФАТА и Белуджистана. Вместо этого Зия распространил свою внутреннюю политику исламизации на Афганистан, где Пакистан поддерживал только исламские партии. Пакистан надеялся, что эта политика позволит отвести гнев пуштунов подальше от Исламабада и сосредоточить его на Кабуле и на Москве. Исламские партии также должны были стать проводниками пакистанского влияния в Афганистане и в конечном счете в Центральной Азии.
К 1985 году стало очевидно, что, хотя силы сопротивления могли продолжать сражаться, война обошлась афганцам и пакистанцам дорого без достижения стратегических результатов на местах. Режим в Кабуле при советской помощи продолжал строить свои институты, и полное господство советской авиации в воздушном пространстве лишало моджахедов каких-либо шансов укрепить контроль над занимаемыми ими территориями.
После горячих дебатов в Вашингтоне администрация Рейгана решила изменить свою прежнюю цель (навязывание Советам непомерных расходов на поддержку марионеточного правительства) на новую – достижение моджахедами победы. Для этого партизанам требовалось лишить противника господства в воздухе. После экспериментов со швейцарской зенитной системой в попытке сохранить видимость непричастности к этой операции США решили (несмотря на сильные внутренние возражения) поставить моджахедам зенитные ракеты «Стингер» американского производства с наплечным управлением, батарейным питанием и лазерным наведением. Это был первый случай, когда данное оружие оказалось развернуто за пределами НАТО, и многие были обеспокоены тем, что его поставка афганцам даст возможность его приобретения террористами и вражескими режимами, такими как Иран. ЦРУ, ISI и моджахеды успешно испытали «Стингеры» в провинции Пактия на юго-востоке Афганистана в сентябре 1986 г. Поставка других видов оружия также ускорилась.
Поскольку поставка «Стингеров» требовала особых мер безопасности и четко определяла роль США, Вашингтон настаивал на передаче ракет непосредственно командирам, которые будут их использовать, а не ISI и семи существующим партиям. Это была первая попытка ЦРУ разобраться с моджахедами независимо от ISI.