Читаем Альманах «Российский колокол» №3 2017 полностью

Сколько ещё нужно слёз, чтобы ценить наш смех?Сколько ещё нужно правд, чтобы понять, где ложь?Эти вопросы, брат, есть тут почти у всех.Да и ответ один – сразу на все похож.Сколько ещё нужно дней, чтобы постичь века?Сколько нужно веков, чтобы их не считать?Это сурово, брат, из тины – да в облака.Незачем говорить, незачем вспоминать.Сколько ещё нужно тьмы, чтобы увидеть свет?Сколько ещё нужно нас, чтобы понять, кто мы?Эта планета, брат, секретов сплошных букет.Эти секреты, брат, многим ломают умы.Сколько ещё нужно снов, чтобы понять, где явь?Сколько ещё нужно слов, чтобы понять их суть?Это риторика, брат, так что ты не лукавь.Просто представь ответ. И сразу забей. Забудь.Сколько бы ни было фраз – все не вместить в рассказ.Сразу ко всем дверям не подобрать ключа.Снова идём сквозь время. Время идёт сквозь нас.Доброй дороги, брат. Встретимся. Не скучай.

Часть 1. Система сложения

Так сложилось – одно к одному.Так сложилось – и весь разговор.Очень сложно понять, почемучеловечество – самоповтор.Пролетают и дни, и века.Много в них испытать довелось.Человечество – это тоскапо тому, что уже не сбылось.Год за век – за уроком урок:новый стиль, новый флаг, новый храм.Человечество – это клубокпарадоксов, комедий и драм.Человечество – это ресурс.Человечество – это резерв.Новый пульс, новый вкус, новый курс.Вечный смех, вечный гнев, вечный нерв.Вечной истины вечный момент.Так сложилось и так решено.Человечество – эксперимент.Человечество – это звено.Просто вновь по спирали виток.После страшных падений – взлетать.Этот путь и суров, и жесток,куда выведет – не угадать.Тайно действует тот механизм,но финал расписали давно.Это будет иной организм.Это будет иное кино.Это будет иной карнавал —в нём иной вариант микросхем.Человечество – потенциалдля создания новых систем.Так всё сложится, но не теперь.Потерпи – и узнаешь сюжет.Подожди – и откроется дверь,и вопрос превратится в ответ.Там исчезнут спирали, витки,завершится весь сумрачный спор.Так сложилось в финале строки.Так сложилось – и весь разговор.

Часть 2. Система вычитания

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза
Адриан Моул и оружие массового поражения
Адриан Моул и оружие массового поражения

Адриан Моул возвращается! Фаны знаменитого недотепы по всему миру ликуют – Сью Таунсенд решилась-таки написать еще одну книгу "Дневников Адриана Моула".Адриану уже 34, он вполне взрослый и солидный человек, отец двух детей и владелец пентхауса в модном районе на берегу канала. Но жизнь его по-прежнему полна невыносимых мук. Новенький пентхаус не радует, поскольку в карманах Адриана зияет огромная брешь, пробитая кредитом. За дверью квартиры подкарауливает семейство лебедей с явным намерением откусить Адриану руку. А по городу рыскает кошмарное создание по имени Маргаритка с одной-единственной целью – надеть на палец Адриана обручальное кольцо. Не радует Адриана и общественная жизнь. Его кумир Тони Блэр на пару с приятелем Бушем развязал войну в Ираке, а Адриан так хотел понежиться на ласковом ближневосточном солнышке. Адриан и в новой книге – все тот же романтик, тоскующий по лучшему, совершенному миру, а Сью Таунсенд остается самым душевным и ироничным писателем в современной английской литературе. Можно с абсолютной уверенностью говорить, что Адриан Моул – самый успешный комический герой последней четверти века, и что самое поразительное – свой пьедестал он не собирается никому уступать.

Сьюзан Таунсенд , Сью Таунсенд

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее / Современная проза
Север и Юг
Север и Юг

Выросшая в зажиточной семье Маргарет вела комфортную жизнь привилегированного класса. Но когда ее отец перевез семью на север, ей пришлось приспосабливаться к жизни в Милтоне — городе, переживающем промышленную революцию.Маргарет ненавидит новых «хозяев жизни», а владелец хлопковой фабрики Джон Торнтон становится для нее настоящим олицетворением зла. Маргарет дает понять этому «вульгарному выскочке», что ему лучше держаться от нее на расстоянии. Джона же неудержимо влечет к Маргарет, да и она со временем чувствует все возрастающую симпатию к нему…Роман официально в России никогда не переводился и не издавался. Этот перевод выполнен переводчиком Валентиной Григорьевой, редакторами Helmi Saari (Елена Первушина) и mieleом и представлен на сайте A'propos… (http://www.apropospage.ru/).

Софья Валерьевна Ролдугина , Элизабет Гаскелл

Драматургия / Проза / Классическая проза / Славянское фэнтези / Зарубежная драматургия