Когда гном пришёл в себя, помощник заявил, что только золото сможет вернуть старику свободу.
– А если ваша милость станет упрямиться, мы можем подпалить вам бороду, и засунуть в такой пыточный механизм, который вытянет ваши руки и ноги до размеров человека. Но ходить-то вы после этого точно не будете.
– Для такого негодяя не монеты нужны, – гордо и важно заявил старый гном, – а веревка покрепче.
– Жаль, ваша милость, что вы не хотите себе помочь, – вздохнул притворно помощник и обратился к стражникам: – Кликните-ка мастеров пыточных механизмов.
Один из них выбежал и скоро вернулся с двумя здоровенными детинами, которые схватили старика и утащили с собой.
– Одно не пойму, – усмехнулся помощник, глядя на седого всадника, – что мне с тобой-то делать?
– Так и не поймёшь, – тоже усмехнулся Седой. – Денег у меня тебе заплатить нет. А у тебя, вижу, нет денег заплатить мне.
Помощник даже привстал на стуле от удивления.
– О каких деньгах ты говоришь? – недоумённо воскликнул он. – Ты должен думать, как мне угодить, чтобы целым отсюда выйти.
– Так и ты должен так же думать, – ответил Седой. – Мага вы не схватили, а он-то постарается во всём разобраться. А уж в кого он потом тебя превратит, я даже думать не буду.
При упоминании о маге помощник сразу в лице переменился, и самодовольство его исчезло.
– Подожди, поймаем мы и мага, – заявил он, но наглости и уверенности в его словах уже не было.
– Не поймаете вы его, – усмехнулся Седой. – Вы и знать не знаете, где ловить его и как.
– А ты знаешь? – заинтересованно спросил помощник.
– Так кому, как не мне, и знать? – даже удивился Седой. – Где фургон, там и маг. А я всегда при фургоне был, потому его и на дне реки найду.
– А помоги, как мне, братец, его найти, я тебя и отпущу, – пообещал помощник.
– И куда я пойду? – вздохнул Седой. – У господина мага я всегда был и сыт, и с крышей над головой, и при звонкой монете. Он человек был почтенный, слово своё держал. А ты, может быть, ещё обманешь. Я тебе помогу, а ты мне мешок на голову, да и бросишь в лесу, свалив всё на разбойников. Нет уж, лучше я полежу, посмотрю, в какого зверя тебя обратят.
Помощник поёжился и заискивающе сказал:
– Так ведь я же не задаром тебя прошу мне помочь. Я и заплачу хорошо. А то и переходи ко мне на службу. Вижу, ты человек бывалый и толк во всём понимаешь.
– Так кто не понимает, до седой головы не доживает, – самодовольно усмехнулся Седой.
Помощнику он нравился всё больше и больше, а обещание посодействовать в поисках мага радовало и успокаивало.
– Послушай, братец, – обратился он к Седому. – А не поможешь ли ты мне пока в одном деле? Завтра поутру я должен буду показать начальнику городской стражи допросные листки. Вот ты и напишешь, как эти маги и чародеи злоумышляли что-то против нашего славного города.
– Э, нет, – отказался Седой, – писать я не мастак. Вот где что мечом или кинжалом, это я могу.
– Не волнуйся, братец, – успокоил его помощник, – сочиню я всё сам, а ты пока мне на пустых листах закорючку какую поставь. И завтра поклянись перед Начальником, что всё написанное – сущая правда. А я тебе заплачу одну большую имперскую монету сейчас и одну завтра. А как мы и с магом дело обделаем, то в обиде не будешь, и службу тебе найду с хорошей оплатой. Мне смышленые бывалые люди нужны.
Помощник приказал развязать Седого. Освободившись, тот направился к столу, потирая освобождённые руки и жадно поглядывая на кошелёк помощника, из которого тот вынимал монету. Прыгун возмущённо замычал, и помощник, к которому опять вернулась самодовольная улыбка, привстал на стуле и крикнул связанному пленнику:
– Смотри, глупый великан, как можно и деньги заработать, и свободу, и хорошую службу получить. Вместо этого сидеть тебе в этом каменном мешке, пока только косточки от тебя не останутся. А ведь был бы ты поумнее и помог поймать этого пройдоху мага, сейчас тоже получил бы и звонкую монету, и свободу.
Только на минутку помощник начальника городской стражи отвлёкся на Прыгуна, но именно этой минуткой и воспользовался Седой. Он схватил стул, и через мгновенье помощник полетел в беспамятстве с разбитой головой на пол. Монеты из раскрытого кошелька раскатились со звоном по каменным плитам каземата. Охрана кинулась было к дверям, но Седой грозно скомандовал:
– Всем стоять, если голова на плечах дорога!
Он вновь был тем самым командиром всадников пограничного барона, приказ которого безоговорочно выполнял каждый воин.
– Один из вас быстро и осторожно освобождает пленника, – строго скомандовал он, – а другой ведёт меня в пыточную.
И, не дав городским стражам опомниться, он схватил одного из них за шиворот и выскочил за дверь. Второй стражник тут же кинулся к Прыгуну и осторожно разрезал на нём толстые верёвки. Гоблин вскочил и, покачиваясь с непривычки, подошёл к лежащему без чувств помощнику. Нагнувшись, он снял с его пояса связку ключей и крикнул стражу:
– Какой ключ от комнаты девочки и где вы её держите?
– Её принесли спящую, поэтому мы заперли её в соседнем каземате, – дрожащим голосом ответил страж.