Читаем Древняя Греция полностью

Накопление и расширение круга знаний, отличавшее интеллектуальную жизнь эпохи эллинизма, находит параллель и в растущем разнообразии религиозных практик греков. Традиционные культы греческой религии оставались очень популярны, но новые культы, в частности обожествление царей, отвечали новым политическим и социальным условиям. Ранее существовавшие культы местного значения, такие как культ греческого бога врачевания Асклепия или мистический культ египетской богини Исиды, распространялись по всему эллинистическому миру. Нередко греческие культы и местные культы Восточного Средиземноморья воспринимались как одни и те же, а ритуальные практики смешивались в ходе взаимного влияния. Причина этого смешения традиций заключалась в том, что в изначально разных культах обнаруживались общие идеи по отношению к постигающим людей несчастьям. В других случаях местные и греческие культы просто сосуществовали бок о бок. Обитатели фаюмских деревень в Египте, например, продолжали поклоняться своему традиционному крокодилоподобному божеству и мумифицировать умерших, почитая одновременно греческих богов. В соответствии с традициями политеистических религий одни и те же люди могли исповедовать старые и новые культы.

Общая проблема, объединявшая различные новые культы эпохи эллинизма, была до некоторой степени близка главной теме эллинистической философии – отношениям между человеком и, казалось бы, подавляющей и непредсказуемой силой Удачи или Случая. Греческая религия всегда в какой-то мере касалась этой проблемы, но хаотичный ход греческой истории после Пелопоннесской войны сделал непредсказуемые аспекты человеческого существования как никогда важными и пугающими. Однако успехи астрономии открыли, что небесная сфера устроена с математической точностью. Религиозный опыт отныне мог взывать к явному разрыву между наблюдаемым небесным порядком и вроде бы бесформенной хаотичностью земной жизни. Все более популярным способом преодолеть эту пропасть стало обращение к астрологии за советом, основанным на движении звезд и планет, которые воспринимались как божества.

Защиту от жестоких игр Случая и Удачи сулили верующим и боги популярных эллинистических культов, обещавших разного рода спасение. Одной из форм гарантии была безопасность, которую ожидали от могущественных правителей в их божественном статусе, в рамках культа, именуемого ныне культом царей. Эти формы почитания устанавливались в знак признания великих благодеяний. Так, в 307 г. до н. э. афиняне признали живого македонского царя Антигона и его сына Деметрия богами-спасителями после того, как те одарили город великолепными дарами и восстановили демократию (которая была уничтожена за 15 лет до этого другим македонским полководцем). Как в большинстве культов правителей, в нем соединились спонтанная благодарность и желание польстить правителю в надежде на дополнительные благодеяния. Уважая древние македонские обычаи, Антигониды не вводили божественный культ в свою честь у себя на родине, но многие города в царствах Птолемеев и Селевкидов установили культы своих царей и цариц. (Царь и царица в государстве Птолемеев почитались как боги также и в соответствии с традициями древнеегипетской религии.) Надпись, сделанная египетским жрецом в 238 г. до н. э., ясно перечисляет качества божественных царя и царицы: «Царь Птолемей III и царица Береника, его сестра и жена, Благодетельные Боги… обеспечили доброе правление… и [после засухи] пожертвовали значительную часть своего дохода на спасение народа, и, ввозя зерно… они спасли обитателей Египта»[152].

Еще одну форму защиты давали пребывающим в тревоге людям боги-целители. Греческая медицина отказалась от представления о сверхъестественных причинах и средствах лечения болезней с тех пор, как в конце V в. до н. э. Гиппократ основал свою медицинскую школу на острове Кос. Тем не менее в эпоху эллинизма все большую популярность обретает культ Асклепия, сына Аполлона, в многочисленных храмах которого предлагалось исцеление от болезней и травм. Там жаждущие помощи спали в специальных опочивальнях в ожидании ниспосланных богом снов с рецептом исцеления. В рекомендации в основном входила диета и физические упражнения. Но многочисленные надписи, оставленные благодарными пациентами, говорят и о чудесных исцелениях, и об операциях, проведенных богом, пока пациент спал. Вот типичный пример: «Амброзия из Афин была слепа на один глаз… Она смеялась над предписаниями [записанными на стенах святилища], находя их невероятными и невозможными… Но, когда она заснула, ей было видение, что бог стоит с нею рядом… Он раскрыл больной глаз и влил лекарство. Когда настал день, она ушла исцеленной»[153].

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
100 дней в кровавом аду. Будапешт — «дунайский Сталинград»?
100 дней в кровавом аду. Будапешт — «дунайский Сталинград»?

Зимой 1944/45 г. Красной Армии впервые в своей истории пришлось штурмовать крупный европейский город с миллионным населением — Будапешт.Этот штурм стал одним из самых продолжительных и кровопролитных сражений Второй мировой войны. Битва за венгерскую столицу, в результате которой из войны был выбит последний союзник Гитлера, длилась почти столько же, сколько бои в Сталинграде, а потери Красной Армии под Будапештом сопоставимы с потерями в Берлинской операции.С момента появления наших танков на окраинах венгерской столицы до завершения уличных боев прошло 102 дня. Для сравнения — Берлин был взят за две недели, а Вена — всего за шесть суток.Ожесточение боев и потери сторон при штурме Будапешта были так велики, что западные историки называют эту операцию «Сталинградом на берегах Дуная».Новая книга Андрея Васильченко — подробная хроника сражения, глубокий анализ соотношения сил и хода боевых действий. Впервые в отечественной литературе кровавый ад Будапешта, ставшего ареной беспощадной битвы на уничтожение, показан не только с советской стороны, но и со стороны противника.

Андрей Вячеславович Васильченко

История / Образование и наука