Читаем Исторические записки. Т. VI. Наследственные дома полностью

Когда в эдиктах указывалось «прими эту землю», это означало, что чжухоу и ваны, получая пожалования, должны были принимать землю на жертвеннике Сына Неба, а затем в своем владении поставить жертвенник своего княжества, на котором в соответствии с временем года приносить жертвы.

В Чунь-цю да-чжуань[1226] говорилось: «В государстве Сына Неба имеется Великий жертвенник. На его восточной стороне насыпана зеленая земля, на южной — красная, на западной — белая, на северной — черная, а сверху уложен слой желтой земли. Когда жаловали владение на востоке, вручали [князю] зеленую землю; когда жаловали на юге, вручали красную; когда жаловали на западе, то вручали белую; когда жаловали на севере, вручали черную, а когда жаловали территорию в центре, то использовали желтую землю. В каждом случае брали [землю] нужного цвета и завертывали горсть ее в белый камыш для того, чтобы во владении был заложен жертвенник. Это и было началом принятия пожалования от Сына Неба[1227]. Это и являлось актом, закрепляющим владение землей. Вступление во владение землей сопровождалось созданием жертвенника [в княжестве] и принесением жертв на нем».

«Мы унаследовали [власть] от наших предков — цзу-као, где цзу означает „наши предки», а као — «отец». Выражение вэй цзи гу означает: «в соответствии с [законами] древности».

На землях Ци было много беспорядка, люди там не были наставлены в духе исполнения обрядов и долга, поэтому мы, предостерегая [сына], говорили: «С почтением выполняй наши повеления, помни, что доверие Неба не бесконечно. Пусть добродетели людей светят тебе ярко. Если же их замыслы отклонятся от справедливости, а совершенномудрые мужи станут ленивыми, тогда соберись с силами, оставайся верен беспристрастному пути, и Небо всегда поддержит тебя. Если же будут у тебя какие-либо отклонения и неудачи, то беда коснется твоего владения и падет на тебя лично». В княжестве циского вана его помощники-сановники смогли поддержать ритуал и справедливость. К несчастью, князь безвременно погиб в расцвете лет. Но за свою жизнь он, действуя в духе повеления императора, не совершил ошибок.

В Чжуань говорится[1228]: «Вот синяя краска, ее получают [276] из листьев индиго, но на самом деле ее синий цвет более густой, чем цвет листьев». Так же происходит и с поучениями[1229]. О, как дальновиден мудрый правитель! Он все ясно видит. [Государь] предупреждал циского вана быть предельно серьезным во внутренних делах, а яньского вана — не поддаваться злобе, не нарушать добродетелей. Предостерегал Гуанлин-вана быть внимательным к внешним делам, чтобы тот не гнался за властью и богатством. Ведь Гуанлин находился среди земель У и Юэ, его народ был чистосердечен и простодушен. Поэтому, предостерегая вана, [государь] говорил: «В районе реки Янцзы и озер люди простодушны. Там в Янчжоу поддерживают силу. Еще в период трех древних эпох [население] земель было принуждено следовать обычаям и манере одеваться [населения] центральных княжеств, хотя до него еще не дошли основы управления и наставления центра. Мы лишь стремились вести их за собой. Не следует предаваться безделью и сближаться с мелкими людишками, соблюдай законы и установления. Не следует долгое время пребывать в праздности, увлекаться музыкой, охотой, вести распутную жизнь и сближаться с мелкими людишками. Надо постоянно думать о соблюдении законов, и тогда избежишь позора и стыда».

Район Трехречья и Пяти озер пользуется выгодами от наличия рыбы и соли, богатствами гор Туншань. Поднебесная с завистью взирает на все это[1230]. Поэтому государь, предостерегая сына, говорил: «Подданному не надо гнаться за богатством, не надо транжирить накопленное, не будь [слишком] щедр в награждениях и дарах с целью завоевать себе известность и имя, стремясь к тому, чтобы население всех четырех сторон покорилось тебе». Еще [государь] говорил: «Подданному не надо гнаться за властью», — и означало это, что нельзя идти по легкому пути и нарушать свой долг.

В это время скончался Сяо У-ди (87 г.), и на престол взошел Сяо Чжао-ди. Ранее других к нему прибыл представиться Гуанлин-ван по имени Сюй. Он был щедро награжден золотом и драгоценностями, единовременно получил более трехсот тысяч монет, владение его расширено на сто ли с селениями в десятки тысяч семей.

Когда скончался Чжао-ди, на престол взошел Сюань-ди (73 г.). Он следовал милосердию и осуществлял справедливость. На начальном году девиза бэнь-ши он стал делить ханьские земли, пожаловав владения всем четырем сыновьям Гуанлин-вана Сюя. Одному сыну пожаловал титул Чаоян-хоу, другому — титул Пинцюй-хоу, третьему — титул Наньли-хоу. Самого любимого младшего сына — Хуна — поставил у власти с титулом Гаоми-ван.

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники письменности Востока

Самгук саги Т.1. Летописи Силла
Самгук саги Т.1. Летописи Силла

Настоящий том содержит первую часть научного комментированного перевода на русский язык самого раннего из сохранившихся корейских памятников — летописного свода «Исторические записи трех государств» («Самкук саги» / «Самгук саги», 1145 г.), созданного основоположником корейской историографии Ким Бусиком. Памятник охватывает почти тысячелетний период истории Кореи (с I в. до н.э. до IX в.). В первом томе русского издания опубликованы «Летописи Силла» (12 книг), «Послание Ким Бусика вану при подношении Исторических записей трех государств», статья М. Н. Пака «Летописи Силла и вопросы социально-экономической истории Кореи», комментарии, приложения и факсимиле текста на ханмуне, ныне хранящегося в Рукописном отделе Санкт-Петербургского филиала Института востоковедения РАН (М, 1959). Второй том, в который включены «Летописи Когурё», «Летописи Пэкче» и «Хронологические таблицы», был издан в 1995 г. Готовится к печати завершающий том («Описания» и «Биографии»).Публикацией этого тома в 1959 г. открылась научная серия «Памятники литературы народов Востока», впоследствии известная в востоковедческом мире как «Памятники письменности Востока».(Файл без таблиц и оригинального текста)

Ким Бусик

Древневосточная литература
Самгук саги Т.2. Летописи Когурё. Летописи Пэкче
Самгук саги Т.2. Летописи Когурё. Летописи Пэкче

Предлагаемая читателю работа является продолжением публикации самого раннего из сохранившихся памятников корейской историографии — Самгук саги (Самкук саги, «Исторические записи трех государств»), составленного и изданного в 1145 г. придворным историографом государства Коре Ким Бусиком. После выхода в свет в 1959 г. первого тома русского издания этого памятника в серии «Памятники литературы народов Востока» прошло уже тридцать лет — период, который был отмечен значительным ростом научных исследований советских ученых в области корееведения вообще и истории Кореи раннего периода в особенности. Появились не только такие обобщающие труды, как двухтомная коллективная «История Кореи», но и специальные монографии и исследования, посвященные важным проблемам ранней истории Кореи — вопросам этногенеза и этнической истории корейского народа (Р.Ш. Джарылгасиновой и Ю.В. Ионовой), роли археологических источников для понимания древнейшей и древней истории Кореи (академика А.П. Окладникова, Ю.М. Бутина, М.В. Воробьева и др.), проблемам мифологии и духовной культуры ранней Кореи (Л.Р. Концевича, М.И. Никитиной и А.Ф. Троцевич), а также истории искусства (О.Н. Глухаревой) и т.д. Хотелось бы думать, что начало публикации на русском языке основного письменного источника по ранней истории Кореи — Самгук саги Ким Бусика — в какой-то степени способствовало возникновению интереса и внимания к проблемам истории Кореи этого периода.(Файл без таблиц и оригинального текста)

Ким Бусик

Древневосточная литература

Похожие книги

Сказание о Юэ Фэе. Том 2
Сказание о Юэ Фэе. Том 2

Роман о национальном герое Китая эпохи Сун (X–XIII вв.) Юэ Фэе. Автор произведения — Цянь Цай, живший в конце XVII — начале XVIII века, проанализировал все предшествующие сказания о полководце-патриоте и объединил их в одно повествование. Юэ Фэй родился в бедной семье, но судьба сложилась так, что благодаря своим талантам он сумел получить воинское образование и возглавить освободительную армию, а благодаря душевным качествам — благородству, верности, любви к людям — стать героем, известным и уважаемым в народе. Враги говорили о нем: «Легко отодвинуть гору, трудно отодвинуть войско Юэ Фэя». Образ полководца-освободителя навеки запечатлелся в сердцах китайского народа, став символом честности и мужества. Произведение Цянь Цая дополнило золотую серию китайского классического романа, достойно встав в один ряд с такими шедеврами как «Речные заводи», «Троецарствие», «Путешествие на Запад».

Цай Цянь , Цянь Цай

Древневосточная литература / Древние книги
Тысяча и одна ночь. Сказки Шахерезады. Самая полная версия
Тысяча и одна ночь. Сказки Шахерезады. Самая полная версия

Среди памятников мировой литературы очень мало таких, которые могли бы сравниться по популярности со сказками "Тысячи и одной ночи", завоевавшими любовь читателей не только на Востоке, но и на Западе. Трогательные повести о романтических влюбленных, увлекательные рассказы о героических путешествиях, забавные повествования о хитростях коварных жен и мести обманутых мужей, сказки о джиннах, коврах-самолетах, волшебных светильниках, сказки, зачастую лишенные налета скромности, порой, поражающие своей откровенностью и жестокостью, служат для развлечения не одного поколения взрослых. Настоящее издание – самый полный перевод английского издания XIX века, в котором максимально ярко и эффектно были описаны безумные, шокирующие, но восхитительные нравы востока. Издание иллюстрировано картинами и гравюрами XIX века.

Автор Неизвестен -- Народные сказки

Древневосточная литература