Читаем Итальянский язык с Итало Кальвино. Марковальдо, или времена года в городе / Italo Calvino. Marcovaldo ovvero Le stagioni in citt`a полностью

L'indomani (на следующий день), presentandosi in ditta (явившись на фирму), sentiva addensarsi la tempesta (почувствовал, что собирается: «сгущается» гроза; denso — густой; плотный). Si rivest`i da Babbo Natale, in fretta in fretta (быстро переоделся в Деда Мороза), caric`o sul furgoncino i pacchi da consegnare (погрузил в свой фургончик пакеты, которые нужно было доставить), gi`a meravigliato che nessuno gli avesse ancora detto niente (уже удивленный, что никто ему еще ничего не сказал), quando vide venire verso di lui tre capiufficio (когда увидел, как к нему идут три руководителя), quello delle Relazioni Pubbliche (руководитель Отдела внешних сношений), quello della Pubblicit`a (рекламы) e quello dell'Ufficio Commerciale (и коммерческого отдела).

— Alt! (стой) — gli dissero (сказали ему), — scaricare tutto, subito (быстро все разгрузи)!

«Ci siamo (ну вот /приехали/: «мы здесь»)!» si disse Marcovaldo (сказал себе Марковальдо) e gi`a si vedeva licenziato (и уже видел себя уволенным).

— Presto (быстро)! Bisogna sostituire i pacchi (необходимо заменить пакеты)! — dissero i capiufficio. — L'Unione Incremento Vendite Natalizie ha aperto una campagna per il lancio del Regalo Distruttivo (Союз увеличения объема рождественских продаж начал компанию по введению в моду разрушительного подарка)!

— Cos`i tutt'a un tratto (так, неожиданно)… — comment`o uno di loro (прокомментировал один из них).

— Avrebbero potuto pensarci prima (могли бы подумать раньше)…

— `E stata una scoperta improvvisa del presidente (это было неожиданное открытие президента), — spieg`o un altro (объяснил другой). — Pare che il suo bambino abbia ricevuto degli articoli-regalo modernissimi (кажется, его ребенок получил ультрасовременные подарки), credo giapponesi (наверное, японские), e per la prima volta lo si `e visto divertirsi (первый раз он видел, как он развлекается)…

— Quel che pi`u conta (что самое важное; contare — считать; значить, иметь значение), — aggiunse il terzo (добавил третий; aggiungere — добавлять, прибавлять), — `e che il Regalo Distruttivo serve a distruggere articoli d'ogni genere (это то, что разрушительный подарок уничтожает товары любого рода): quel che ci vuole per accelerare il ritmo dei consumi e ridare vivacit`a al mercato (то, что нужно для ускорения ритма продаж и оживления рынка: «для возвращения/придания оживления рынку»; ridare — снова давать; отдавать обратно, возвращать)… Tutto in un tempo brevissimo e alla portata d'un bambino (все в кратчайший срок и чтобы было доступно ребенку;portata, f — дальность/радиус действия; доступность /пониманию/)… Il presidente dell'Unione ha visto aprirsi un nuovo orizzonte (увидел, что открываются новые горизонты), `e ai sette cieli dell'entusiasmo (он на седьмом небе от восторга)…

— Ma questo bambino, — chiese Marcovaldo con un filo di voce (еле слышным голосом), — ha distrutto veramente molta roba (действительно разрушил много вещей; distruggere — разрушать)?

— Fare un calcolo, sia pur approssimativo, `e difficile (подсчитать, даже чисто приблизительно, трудно), dato che la casa `e incendiata (с учетом того, что дом был подожжен/горел; incendiare — зажигать; поджигать, совершать поджог)…

Marcovaldo torn`o nella via illuminata come fosse notte (вернулся на освещенную улицу, словно была ночь), affollata di mamme e bambini e zii e nonni e pacchi (заполненную мамами с детьми, дядями, дедушками/стариками, пакетами) e palloni e cavalli a dondolo (мячами, лошадками-качалками; dondolare — качать; раскачивать), e alberi di Natale e Babbi Natale e polli e tacchini (и курицами, и индюками) e panettoni (и панеттоне /миланский рождественский кулич/) e bottiglie e zampognari (и бутылками, и волынщиками) e spazzacamini e venditrici di caldarroste (и трубочистами, и продавцами печеных каштанов) che facevano saltare padellate di castagne sul tondo fornello nero ardente (которые подбрасывали: «заставляли прыгать» сковороды каштанов на круглой черной пылающей печи).


L'indomani, presentandosi in ditta, sentiva addensarsi la tempesta. Si rivest`i da Babbo Natale, in fretta in fretta, caric`o sul furgoncino i pacchi da consegnare, gi`a meravigliato che nessuno gli avesse ancora detto niente, quando vide venire verso di lui tre capiufficio, quello delle Relazioni Pubbliche, quello della Pubblicit`a e quello dell'Ufficio Commerciale.

— Alt! — gli dissero, — scaricare tutto, subito!

«Ci siamo!» si disse Marcovaldo e gi`a si vedeva licenziato.

— Presto! Bisogna sostituire i pacchi! — dissero i capiufficio. — L'Unione Incremento Vendite Natalizie ha aperto una campagna per il lancio del Regalo Distruttivo!

— Cos`i tutt'a un tratto… — comment`o uno di loro.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Тайны выцветших строк
Тайны выцветших строк

В своей увлекательной книге автор рассказывает о поиске древних рукописей и исчезнувших библиотек, о поиске, который велся среди архивных стеллажей и в потайных подземных хранилищах.Расшифровывая выцветшие строки, Роман Пересветов знакомил нас с прихотями царей, интригами бояр, послов и перебежчиков, с мятежами, набегами и казнями, которыми богата история государства Российского.Самое главное достоинство книги Пересветова — при всей своей увлекательности, она написана профессионалом. Все, что пишется в «Тайнах выцветших строк» — настоящее. Все это было на самом деле, а не сочинено для красоты, будь то таинственный узник Соловецкого монастыря, доживший до 120 лет и выводимый из темницы раз в году, или таинственная зашифрованная фраза на последней странице книги духовного содержания «Порог»: «Мацъ щы томащсь нменсышви нугипу ромьлтую катохе н инледь топгашвн тъпичу лню арипъ».

Роман Пересветов , Роман Тимофеевич Пересветов

История / Языкознание, иностранные языки / Языкознание / Образование и наука
Стежки-дорожки
Стежки-дорожки

Автор этой книги после окончания в начале 60-х годов прошлого века филологического факультета МГУ работал в Государственном комитете Совета Министров СССР по кинематографии, в журналах «Семья и школа», «Кругозор» и «РТ-программы». В 1967 году он был приглашен в отдел русской литературы «Литературной газеты», где проработал 27 лет. В этой книге, где автор запечатлел вехи своей биографии почти за сорок лет, читатель встретит немало знаменитых и известных в литературном мире людей, почувствует дух не только застойного или перестроечного времени, но и нынешнего: хотя под повествованием стоит совершенно определенная дата, автор в сносках комментирует события, произошедшие после.Обращенная к массовому читателю, книга рассчитана прежде всего на любителей чтения мемуарной литературы, в данном случае обрисовывающей литературный быт эпохи.

Геннадий Григорьевич Красухин , Сергей Федорович Иванов

Биографии и Мемуары / Литературоведение / Поэзия / Языкознание / Cтихи, поэзия / Стихи и поэзия / Образование и наука / Документальное