Читаем Итальянский язык с Итало Кальвино. Марковальдо, или времена года в городе / Italo Calvino. Marcovaldo ovvero Le stagioni in citt`a полностью

La governante aperse una porta a vetri (открыла стеклянную дверь). Entrarono in una sala dal soffitto alto alto (вошли в зал с очень высоким потолком), tanto che ci stava dentro un grande abete (таким, что внутри него стояла большая ель). Era un albero di Natale illuminato da bolle di vetro di tutti i colori (это была рождественская елка, освещенная стеклянными шарами всех цветов), e ai suoi rami erano appesi regali e dolci di tutte le fogge (на ее ветви были подвешены подарки и сладости разной формы). Al soffitto erano pesanti lampadari di cristallo (на потолке были тяжелые хрустальные люстры), e i rami pi`u alti dell'abete s'impigliavano nei pendagli scintillanti (и самые верхние ветви ели запутывались в блестящих подвесках). Sopra un gran tavolo (на большом столе) erano disposte cristallerie (был расставлен хрусталь), argenterie (серебро), scatole di canditi e cassette di bottiglie (коробки с засахаренными фруктами и коробки с бутылками). I giocattoli, sparsi su di un grande tappeto (игрушек, разбросанных на большом ковре; spargere — рассыпать, разбрасывать; рассеивать), erano tanti come in un negozio di giocattoli (было так много, как в магазине игрушек), soprattutto complicati congegni elettronici e modelli di astronavi (особенно сложные электронные механизмы и модели космических кораблей). Su quel tappeto, in un angolo sgombro (на этом ковре, в пустом/свободном углу), c'era un bambino, sdraiato bocconi (лежащий на животе), di circa nove anni (приблизительно девяти лет), con un'aria imbronciata e annoiata (сердитого и скучающего вида). Sfogliava un libro illustrato (листал книгу с картинками), come se tutto quel che era l`i intorno non lo riguardasse (как будто все, что было вокруг, его не касалось).


La governante aperse una porta a vetri. Entrarono in una sala dal soffitto alto alto, tanto che ci stava dentro un grande abete. Era un albero di Natale illuminato da bolle di vetro di tutti i colori, e ai suoi rami erano appesi regali e dolci di tutte le fogge. Al soffitto erano pesanti lampadari di cristallo, e i rami pi`u alti dell'abete s'impigliavano nei pendagli scintillanti. Sopra un gran tavolo erano disposte cristallerie, argenterie, scatole di canditi e cassette di bottiglie. I giocattoli, sparsi su di un grande tappeto, erano tanti come in un negozio di giocattoli, soprattutto complicati congegni elettronici e modelli di astronavi. Su quel tappeto, in un angolo sgombro, c'era un bambino, sdraiato bocconi, di circa nove anni, con un'aria imbronciata e annoiata. Sfogliava un libro illustrato, come se tutto quel che era l`i intorno non lo riguardasse.


— Gianfranco, su (ну-ка), Gianfranco, — disse la governante, — hai visto che `e tornato Babbo Natale con un altro regalo (видел, что вернулся Дед Мороз с другим подарком)?

— Trecentododici (312), — sospir`o il bambino (вздохнул ребенок), senz'alzare gli occhi dal libro (не поднимая глаз от книги). — Metta l`i (положи туда).

— `E il trecentododicesimo regalo che arriva (это 312 подарок), — disse la governante. — Gianfranco `e cos`i bravo, tiene il conto (такой молодец, ведет счет), non ne perde uno, la sua gran passione `e contare (не пропустил ни одного, его страсть — счет).

In punta di piedi (на цыпочках) Marcovaldo e Michelino lasciarono la casa (вышли из дома).

— Papa, quel bambino `e un bambino povero (тот ребенок — бедный ребенок)? — chiese Michelino.

Marcovaldo era intento a riordinare il carico del furgoncino e non rispose subito (был занят тем, чтобы привести в порядок груз в фургончике и не ответил сразу). Ma dopo un momento (но через некоторое время), s'affrett`o a protestare (поторопился возразить): — Povero? Che dici (что говоришь)? Sai chi `e suo padre (знаешь, кто его отец)? `E il presidente dell'Unione Incremento Vendite Natalizie (президент Союза увеличения объема рождественских продаж)! Il commendator (человек, удостоенный высоких правительственных наград)…

S'interruppe, perch'e non vedeva Michelino(прервался, потому что не видел Микелино). — Michelino, Michelino! Dove sei (где ты)? — Era sparito (он исчез).

«Sta' a vedere che ha visto passare un altro Babbo Natale (наверняка увидел, как мимо идет другой Дед Мороз), l'ha scambiato per me e gli `e andato dietro (принял его за меня и пошел за ним)…» Marcovaldo continu`o il suo giro (продолжил свой обход), ma era un po' in pensiero e non vedeva l'ora di tornare a casa (но был немного обеспокоен: «был немного в мысли» и не мог дождаться часа возвращения домой).


— Gianfranco, su, Gianfranco, — disse la governante, — hai visto che `e tornato Babbo Natale con un altro regalo?

— Trecentododici, — sospir`o il bambino, senz'alzare gli occhi dal libro. — Metta l`i.

— `E il trecentododicesimo regalo che arriva, — disse la governante. — Gianfranco `e cos`i bravo, tiene il conto, non ne perde uno, la sua gran passione `e contare.

In punta di piedi Marcovaldo e Michelino lasciarono la casa.

— Papa, quel bambino `e un bambino povero? — chiese Michelino.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Тайны выцветших строк
Тайны выцветших строк

В своей увлекательной книге автор рассказывает о поиске древних рукописей и исчезнувших библиотек, о поиске, который велся среди архивных стеллажей и в потайных подземных хранилищах.Расшифровывая выцветшие строки, Роман Пересветов знакомил нас с прихотями царей, интригами бояр, послов и перебежчиков, с мятежами, набегами и казнями, которыми богата история государства Российского.Самое главное достоинство книги Пересветова — при всей своей увлекательности, она написана профессионалом. Все, что пишется в «Тайнах выцветших строк» — настоящее. Все это было на самом деле, а не сочинено для красоты, будь то таинственный узник Соловецкого монастыря, доживший до 120 лет и выводимый из темницы раз в году, или таинственная зашифрованная фраза на последней странице книги духовного содержания «Порог»: «Мацъ щы томащсь нменсышви нугипу ромьлтую катохе н инледь топгашвн тъпичу лню арипъ».

Роман Пересветов , Роман Тимофеевич Пересветов

История / Языкознание, иностранные языки / Языкознание / Образование и наука
Стежки-дорожки
Стежки-дорожки

Автор этой книги после окончания в начале 60-х годов прошлого века филологического факультета МГУ работал в Государственном комитете Совета Министров СССР по кинематографии, в журналах «Семья и школа», «Кругозор» и «РТ-программы». В 1967 году он был приглашен в отдел русской литературы «Литературной газеты», где проработал 27 лет. В этой книге, где автор запечатлел вехи своей биографии почти за сорок лет, читатель встретит немало знаменитых и известных в литературном мире людей, почувствует дух не только застойного или перестроечного времени, но и нынешнего: хотя под повествованием стоит совершенно определенная дата, автор в сносках комментирует события, произошедшие после.Обращенная к массовому читателю, книга рассчитана прежде всего на любителей чтения мемуарной литературы, в данном случае обрисовывающей литературный быт эпохи.

Геннадий Григорьевич Красухин , Сергей Федорович Иванов

Биографии и Мемуары / Литературоведение / Поэзия / Языкознание / Cтихи, поэзия / Стихи и поэзия / Образование и наука / Документальное