– Чем могу быть полезна? – она постаралась, чтобы ее голос звучал ровно, хотя сердце вот-вот готово было выскочить из груди.
Мужчина пошарил в нагрудном кармане и извлек оттуда удостоверение в коричневой корочке.
– Меня зовут Фергас Бирк. Я представляю городской департамент магического дела.
У Фиби закружилась голова. Невероятным усилием воли она заставила себя изобразить недоумение.
– Вы, вероятно, пришли к моей бабушке, Текле Морган. Увы, она скончалась пять лет тому назад.
– Я знаю. Мне известна каждая ведьма, проживавшая когда-либо в Гленбахате. И я пришел не к ней, а вам, госпожа
Ну, все, ей конец. Девушка в душе уже попрощалась с Горацием и Дейзи. Она и представить не могла, что ее так быстро раскроют.
– Вы, вероятно, ошиблись. Я не имею никакого отношения к магическому делу.
– Возможно, – он кивнул. – А возможно, нет.
– Однозначно нет, – настаивала девушка, но голос ее дрожал, а ладошки вмиг стали влажными. – Когда-то я училась в магической школе, но университет не оканчивала, потому не имею права колдовать, а соответственно вы пришли не по адресу.
– Однако мы имеем сведения о том, что вы практикуете магию на продажу без наличия лицензии.
Фиби глубоко вздохнула. Кто же ее сдал? Джустина, Гейб, Шолто? А, может, кто-то из недовольных клиентов?
Фергас Бирк порылся в другом кармане пиджака и извлек оттуда старый исписанный блокнот. Он пролистнул пару страниц, нашел нужную информацию и зачитал вслух:
– Сегодня к нам в департамент поступил звонок. Некто, назвавший себя "Анонимус" сообщил, что уже долгое время вы принимаете у себя различных людей с непонятными целями. Насколько нам стало известно, вы имеете начальное магическое образование, оттого можете оказывать этим людям колдовские услуги.
Фиби прикрыла глаза. Спасибо вам, госпожа Ля'Жук.
Девушка досчитала в уме до десяти, а потом ответила:
– Передайте, пожалуйста,
– О чем это вы? – не понял "вобла сушеная".
– О том, что наша домоправительница недавно отказалась заплатить мне три кондрика за мои услуги массажиста, а сегодня вы получили анонимный звонок по поводу меня.
– Так вы массажистка?
– Массажистка. А кто еще-то? А эти
Фергас Бирк задумался, а секунду спустя его лицо исказила кривая ухмылка. Он не поверил ей.
– Да, неужели? Может, и мне шейный отдел помассируете. А то с сидячей работой затекает, знаете ли.
Он помотал шеей в разные стороны, при этом не спуская глаз с Фиби. Мужчина внимательно следил за ней. У девушки не было возможности ошибиться.
– Я не принимаю бесплатно, – ровно ответила она. – То же самое я сказала и нашей домоправительнице.
Охотник усмехнулся.
– А лицензия-то у вас есть?
– А вот это уже не ваше дело, – процедила она сквозь зубы.
Улыбка Фергаса стала шире.
– Потрясающе, госпожа Морган. Вы неплохо держитесь. Но если бы не фамильяр за вашей спиной, возможно, я бы вам и поверил.
Они повернулись и вдвоем посмотрели на Горация. Тот замер и выпучил глаза. Фиби наигранно рассмеялась.
– Да вы что? Это же Гораций – мой пес.
– Серьезно? А я в нем вижу типичного фамильяра.
– Глупость, – настаивала девушка. – Он лает и хвостом виляет, как любая обычная собака.
– Но любые обычнее собаки не живут столько лет, а этот пес прислуживал еще молодой Текле Морган. Я же говорил, что слежу за каждым ведьмаков в этом городе.
–
– Это были другие собаки, – пояснила она охотнику. – Мы держим только пароду бассет-хаунд.
Фергас одарил ее непостижимым взглядом.
– Но тогда, может, ваш пес продемонстрирует, насколько он собака?
Фиби обмерла. Медленно обернувшись к бассету, она посмотрела на него умоляющим взглядом.
–
–
–
–
–
Пес оторопело уставился на нее. Прошло некоторое время, пока он боролся с собой, а затем, злобно зыркнув на охотника, задрал заднюю лапу вверх, наклонился и стал лизать свое хозяйство.
Фергас хмыкнул.
– Однако.
Фиби посмотрела на него так, словно говорила: «ну, что убедились?». Мужчина еще немного помялся на пороге, а затем, видимо, уверившись в правоте девушки, решил ретироваться.
– Хорошо, госпожа Морган. Прошу простить за неожиданный визит.
И козырнув, стал спускаться с лестницы. Фиби прикрыла дверь, навалилась на нее и сползла на пол. Она закрыла глаза руками и поблагодарила всех богов на свете.
– Его бы по-хорошему анафеме предать, – отплевываясь и гневаясь, шипел Гораций.