– Я каждый день жду, что меня придёт навестить одна женщина… – лицо випа стало очень романтичным и он, казалось, уже не Кошкину рассказывал, а сам с собой говорил. – Но она никогда не придёт. Её зовут Наташа, ей тридцать два года. У неё золотистые волосы, огромные зелёные глаза и курносый носик. И такой изящный, что когда смотришь на неё в профиль, то хочется невидимым карандашом очертить ее лоб, нос, губы. Она работает в консалтинговой фирме, которую я нанял проводить тренинги моих сотрудников.
– А почему она не придёт?
– Потому что не знает, что я ее люблю!
– А если бы знала?
– Наверное, всё равно бы не пришла!
– Почему?
– Потому что она порядочная женщина. Она замужем.
– Тогда почему вы ей об этом не скажете?
– Потому что я говорю об этом своей жене. А говорить двум женщинам одновременно – душевная подлость.
– Как, как?
– Душевная подлость.
– Зачем же тогда ждёте?
– А как же иначе?!
Кошкин попал в палату только под утро и проспал завтрак.
На следующий день Кошкина неожиданно выписали. Понадобилось место для какого-то тяжёлого больного. Он быстро собрался и попрощался со своими соседями.
Максим чувствовал себя почти здоровым и каким-то обновленным. Он прочитал в той брошюре, что болезнь дается Богом кому-то в наказание, кому-то для возможности переоценить прошлое, поразмыслить над своей человеческой немощью и укрепиться. Только это понять нужно!
Также Кошкина не покидало радостное чувство от того, что Вероника пригласила его к себе в гости.
И ещё он подумал, что обязательно снова придет в ту красивую церковь, и поставит свечку за родителей, за Веронику, за сына, за бывшую жену, и, конечно, за Костика!
Рассказы. Сказка
Бомж Алёша
– В жизни много пластов, которые мы не замечаем, – задумчиво, с оттенком доброй нравоучительности и нескрываемой радостью от приезда внуков заметил Семён Ефимович, крепкий ещё старик с крупной седой головой.
– Ой, дед, всегда ты непонятно скажешь! Расскажи лучше что-нибудь интересненькое! – внучка Даша в предвкушении устроилась в кресле напротив печки, которую дед собирался растапливать.
– Интересненькое, интересненькое… – Семён Ефимович закладывал в подтопок берёзовые поленья, от которых шёл изумительный, натуральный запах.
– Да, что-нибудь этакое, прикольное! – поддержал старшую сестру пятнадцатилетний Артём. Он очень любил приезжать к деду в деревню, особенно осенью, как сейчас. Они ходили в лес, удили рыбу. А когда к вечеру собирались всей семьёй в протопленной горнице, то он даже забывал про игры на мобильном телефоне.
– А что значит «прикольное»? – спросил Семён Ефимович, разливая чай по большим фарфоровым кружкам. Пока томится в русской печи картошка с говядиной, можно и чайку попить. А дочка его, Полина, с мужем Костей прогуляться пошли. Пусть немного передохнут от городской суеты. А он пока с внуками пообщается.
– Ну вот, например, собралась Дашка в кино с подружкой своей Викулей. Разоделись, духами французскими надушились. А как же?! Там же Витька и …
– Давай без лишних подробностей, братик! – погрозила ему пальцем Даша.
– Ну вот, значит, спускаются по лестнице, а около входной двери бомжара лежит.
– Фу, Артем, – поморщилась Даша, – охота тебе! Как вспомню, так выворачивает…
– Лежит, значит, грязный, вонючий и прямо поперёк прохода. Дашка как заорёт! Не перешагнуть ей, не перепрыгнуть. Меня зовёт. А я что?! Перчатки одноразовые хозяйственные взял, шарфом обмотался и бомжа оттащил. А он бормочет что-то, не сопротивляется. Я его на улицу выволок, около подъезда и оставил. Бомж этот потом долго в наших краях жил. Рыжий, бородатый. В глаза не глядит. Дашка как его на улице встретит, так у неё стресс!
– Да, история, – задумчиво произнёс Семён Ефимович. – Расскажу и я вам на эту тему.
– Дедушка, давай о чём-нибудь другом, – попросила Даша, – вот церковь у вас красивую построили, хоть о ней!
– О церкви, так о церкви! Как вы знаете, когда я восемь лет назад купил здесь дом и стал жить в деревне постоянно, то вместо церкви были развалины старого, дореволюционной постройки храма.
– Да, мы там ещё в прятки играли!