– Папа написал в своем журнале, что люди говорили: они ощущали присутствие зла в тех местах и чем дальше они заходили, тем сильнее становилось это чувство. Воду не видно из-за тумана, но папа записал, что снизу доносились странные всплески, как будто там плавали огромные чудища и пытались подпрыгнуть повыше, чтобы достать людей.
– То море битком набито чудищами, – согласился Итан.
Вернулся Шай и сел у огня рядом с Итаном. Двое волков явились с ним и улеглись, опустив головы на лапы.
– Насчет Черного Ледяного моста рассказывают множество страшных историй, всякие слухи ходят, – сказал Шай. – Говорят, он никуда не ведет. Что это дурное место. Папа говорит, что существуют земли настолько забытые, и проклятые, и запретные, что даже исследователям не нужно туда забредать.
– Но я собираюсь со временем пойти туда, – заявил Бини. – Собираюсь стать первым исследователем, кто доберется до другого конца Черного Ледяного моста.
Стелла, конечно, давно знала, что Бини надеется на это, но для других его заявление оказалось неожиданным. На мгновение наступило растерянное молчание.
– Я, вообще-то, не хочу тебя обидеть, – наконец заговорил Итан, – но… это как если бы мышь заявила, что собирается съесть моржа. Никто не возвращался живым с Черного Ледяного моста. Никто.
– А я вернусь. Я собираюсь закончить незавершенную экспедицию моего отца.
– Бини, это невозможно, – мягко произнес Шай. – Если ты и сам погибнешь на Черном Ледяном мосту, то это ведь не увековечит память твоего отца, так?
– Мне плевать, что говорят другие или кто попытается меня остановить, – абсолютно спокойно сказал Бини. – Я узнаю, что находится на другом конце этого моста.
Шай посмотрел на Стеллу, и она пожала плечами. Если честно, она не была уверена, в самом ли деле Бини должен или может попытаться пройти по мосту, но к чему разрушать его уверенность?
Но не успел хоть кто-нибудь сказать еще слово, как снаружи раздался низкий протяжный вой, заставивший всех подпрыгнуть.
– Что это? – спросил Бини.
Все четверо повернулись и всмотрелись в темноту. Стелла подумала, что звука печальнее и тоскливее ей слышать не приходилось. И хотя вой не походил на человеческий, он тем не менее слегка напоминал детский плач. По коже Стеллы пробежали мурашки.
– Холодные духи, – тихо сказал Шай.
– Откуда ты знаешь? – резковато спросил Итан.
– Волки сказали. Они давно уже их почуяли. Но все в порядке, они не могут нам навредить.
Стелла не поняла толком, к кому обращается Шай – к ним или к волкам, лежавшим рядом с ним.
– Это просто означает, что мы приближаемся к самой холодной части Исландии. Волки говорят, духи пришли оттуда.
– Но что они такое? – нахмурился Бини.
– Кто знает? – пожал плечами Шай. – Волки, похоже, думают, что это потерянные души всех тех, кто замерз во льдах.
Исследователи снова посмотрели на вход в пещеру. Там появилась Коа и замерла, глядя наружу, неподвижно застыла от носа до кончика хвоста. Но снаружи ничего не было видно, кроме снега и льда. Однако в том, что казалось лишенными смысла стонами, Стелле вдруг послышались голоса, шептавшие нечто…
«Пожалей замерзших, твое высочество… Пожалей замерзших…»
– С кем они разговаривают? – спросила Стелла Шая.
Тот бросил на нее странный взгляд:
– Я не слышу никаких слов.
– Я тоже, – подтвердил Бини.
– Итан?..
Конечно, если кто-то еще и мог услышать магические голоса, так это маг. Но Итан покачал головой:
– Стелла, это просто шум.
– Волки говорят, что холодные духи не смогут войти в пещеру, пока в ней горит огонь, – сообщил всем Шай.
Он посмотрел на волков, заволновавшихся, как только стоны зазвучали вновь.
Через несколько минут голоса затихли. Но исследователи всю ночь не позволяли огню погаснуть, просто на тот случай, если духи вернутся.
Глава девятнадцатая
Молодые исследователи провели в пещере беспокойную ночь и, когда настало раннее солнечное утро, были рады отправиться дальше. Сверившись с картой и компасом, Стелла рассчитала, что до самой холодной части Исландии им должно оставаться не больше двух дней пути.
– Мы ведь именно туда и собирались, да? – с волнением спросил Шай. – И мы туда доберемся.
– Да, и я надеюсь, мы окажемся там первыми, – сказал Итан. – Неплохое будет достижение. – Он посмотрел на Бини и добавил: – Может, это даже заставит твоего дядю замолчать ненадолго, как думаешь?
– Сомневаюсь, – ответил Бини. – Мама говорит, что дядя Бенедикт может заболтать насмерть задние лапы полярного медведя… Конечно, такое невозможно, и я полагаю, это просто означает, что он уж очень любит поговорить.
– Нет, я имел в виду, что он, пожалуй, согласится, что из тебя получится исследователь.
– А… Ну да, возможно. И почему ты сразу не сказал именно так?
– Идемте! – перебила их Стелла: она видела, что Итан быстро теряет терпение. – Мы не можем тратить время понапрасну, если хотим быть на месте первыми.