Пробудившаяся к концу XIX века «тяга к знанию» смирила родителей со школьным обучением детей, но на отлучение детей от власти родителей ушло значительное время. При отправке в школу крестьянские мать или бабушка проделывали магические процедуры, должные обеспечить благополучное возвращение ребенка под родительский кров. «В карельской семье ребенка провожали в школу, как и вообще за пределы дома, с молитвой, благословением. В Южной Карелии известен и языческий обряд, применявшийся при отправке ребенка в школу. Мать, бабушка или кто-то другой из старших женщин становилась на порог – границу “своего” и “чужого” мира, а ребенок должен был проползти между ее ног. При этом женщина произносила слова: “Как мой стыд нельзя сглазить, так и моего ребенка пусть никто не сглазит”. Этот обряд относится к числу переходных, то есть связанных с изменением статуса, сменой пространства, среды обитания, а также выполняет функцию оберега. Девочка-подросток, впервые отправлявшаяся погостить в другую деревню, или мальчик, уходивший на охоту, также проходили этот обряд».[180]
В описаниях отправки и благословения крестьянских детей в школу в волостной или уездный/районный центр, относящихся к началу 20-х – 50-м годам XX века, центральной является тема дистанционной родительской ответственности за ребенка. Власть, она же ответственность, была эксплицирована (проявляла себя) в магических действиях старших женщин: зашивании в одежду оберега с духовным стихом «Сон Богородицы», а также вверению ребенка «доброходушке» (духу-защитнику) или ангелу-хранителю. Такого рода власть не теряла своей силы и в школьном здании.
В этом смысле отправка чада в школу походила на отправку в лес (на охоту, на сбор грибов или ягод) или на пастбище и отличалась от проводов новобранца на военную службу. В последнем случае крестьянская мать причитала по рекруту как по покойному. Фольклорное причитание – жанр, который призван оформить обряд перехода. Причитание отделяет оплакиваемого (рекрута, невесту, покойного) от его прежнего состояния и от его социального окружения – семьи. Ритуалы отправки ребенка на обучение не разрывали властной вертикали ребенок – родители, а создавали своеобразный анклав опеки.
На формирование родительского страха перед институтом школы у советского государства ушло некоторое время. Наверное, знаковым жестом устрашения стало распространение такого типа наказания, как «вызов родителей в школу», при котором наказание распространялось и на родителей: те испытывали страх опоздания на работу (и последующих жестоких кар), партсобрания с обсуждением их семейных дел (по месту работы или проживания) и выговора. За неприлежного ребенка карался работающий на советское государство родитель.
Духовный стих «Сон Богородицы», переписанный мальчиком из тетрадки бабушки перед отправкой в училище из деревни. Листок был сложен и зашит бабушкой под подкладку пиджака внука. То, что листок оказался среди бабушкиных тетрадей, —кажется, драматический момент истории семьи. 1960-е годы. Фото И. Веселовой. Июль 2004 г. Деревня Харбово Вашкинского района Вологодской области
При нынешнем состоянии государственной системы образования родители боятся школьной системы, подчиняясь усвоенным с детства схемам поведения/внутреннему габитусу. Желание слыть хорошим родителем (чаще – хорошей матерью) – мощный двигатель организации и существования школьной системы.