Лорна покрутила свой бокал с “манхэттеном”, целясь вишенкой в сторону Темпл:
— Ну, примерно так. Некая предприимчивая личность — какой-нибудь отставной главный редактор издательства или даже дилетант вроде Честера Ройяла — начинает печатать книги определенного жанра. То есть, он находит авторов, редактирует их произведения, платит за дизайн обложек и представляет в издательский дом уже готовую продукцию. Издательский дом их печатает и распространяет. Если, как в случае с Ройялом, это медицинские триллеры и единственный соперник, который пасется на той же лужайке, это Робин Кук[56], да если издатель наберет перспективных авторов, считай, он на пути к успеху. Представим, что его книжки хорошо расходятся и приносят прибыль издательскому дому, который их купил. Когда их успех становится несомненным, издатель прививает эту ветку и ее основателя к корпоративному дереву. И тогда возникает “Рейнольдс, Чаптер, Деус и Пенниройял”.
— Короче, история Честера была историей успеха.
— Да, дочерние издательства образуются все чаще. Система позволяет маленькому человеку взять на себя все риски и доказать конкурентоспособность своего продукта. Он должен предоставить свои достижения в выборе авторов, чей уровень успеха предсказуем. Затем его маленькая, но многообещающая компания поглощается большой компанией, что позволяет увеличить его эффективность в бизнесе.
— Вот только этот бизнес — книги, то есть завязан на творческих личностях.
— И конкурентоспособность продукта меньше определяется среднестетистическими нуждами потребителя, а больше — аморфными факторами вроде тренда, удачи и интуиции.
— В таком случае, Вегас — самое лучшее место для ААК. Из того, что ты говоришь, вывод один: издательский бизнес — это разводка.
— Однако это классическая разводка, Темпл. Некоторые книжники передергиваются от мысли о том, что они должны проводить ярмарки ААК на такой грубой бизнес-арене, как ваш город. Это идет вразрез с манхэттенским снобизмом издателей. Тем не менее, им приходится это делать. Здешний конференц-центр — один из немногих в стране, способных вместить выставочные стенды и толпу такого размера.
— Так что же там с Честером Ройялом? Как ему удалость подпрыгнуть так высоко, чтобы быть замеченным?
— Он наткнулся на Мэвис Дэвис, это раз. До этого ей отказала целая куча разных издательств. Никто не хотел печатать ее первый роман. Но Ройял, со своим медицинским прошлым, что-то там углядел. Остальное ты знаешь.
— Медицинским прошлым?
— Он выучился на доктора, даже, кажется, какое-то время практиковал… несколько десятков лет назад. Так что у него было то, чего нет у других редакторов — инсайдерское знание лужайки, на которой он пасся. Очевидно, это магическая комбинация в создании медицинских триллеров.
— Насчет Мэвис Дэвис…
— У нее нервный срыв на почве смерти Честера. Я знаю.
— По-моему, она была просто прикована к нему как редактору. В его влиянии на нее есть что-то почти зловещее.
Лорна усмехнулась одними губами и сделала долгий глоток из своего бокала.
— Слушай. Многие из нас в “РЧиД— черточка-возможно-П” не одобряли методов Ройяла. Но с его прибылями не поспоришь. Его издательство имело необходимую независимость, однако “РЧиД” распространяло его книги и делило с ним профит. Он лично с этого имел достаточно, я тебя уверяю. Больше, чем старый падальщик заслуживал. Ройял успешно рулил своей вотчиной, но у него была мания держать авторов в ежовых рукавицах. Постоянной недоплатой и перегруженностью правками он вколачивал в них тупое послушание, и, если честно, именно поэтому его прибыли были столь велики. Это бизнес, Темпл, а не эксперимент по выявлению благородства в человеческой душе. Иногда самые прожженые мерзавцы стригут самые большие бабки.
— Оуэн Тарп, похоже, смотрел на все это вполне реалистично — и не без горечи. И все-таки продолжал работать с Ройялом.
— Некоторые авторы это могут. Большинство — нет.
— Но ведь недовольные могли уйти из издательства!
— Конечно. Они и уходили. Но Ройял все время вынимал из своей колоды новых шестерок. У его безумия была своя система: доказать, что краеугольным камнем успеха “Пенниройял Пресс” является не талант каких-то там отдельных авторов, а исключительно его мудрое руководство.
— И он это действительно доказывал?
— В смысле?
— Была ли у его доходов твердая основа? Как долго он мог разбрасываться несговорчивыми авторами? Сколько еще времени он мог выжимать из таких несчастных, как Мэвис Дэвис, все соки, чтобы они при этом сохраняли способность писать под его жутким давлением?
Лорна покачала головой с расстроенным видом:
— Темпл, это реальность. Люди здесь остаются без работы, книги в бумажных обложках теряют огромный процент прибавочной стоимости, издательские дома приходят в упадок.