Читаем Максим Горький. Биография писателя полностью

В «Детях солнца» резко противопоставлены народ и оторвавшаяся от него часть интеллигенции. Московский Художественный театр понял пьесу как рассказ о скорбной доле всей интеллигенции, не уловив в ней осуждения Протасова автором. Это осуждение героя пьесы увидел другой передовой театр того времени — театр В. Ф. Комиссаржевской.

Если Протасов был «сыном солнца», если он нес людям (пусть неумело, в очень далекой перспективе) солнечный свет культуры и науки, то герои другой горьковской пьесы тех лет — «Варвары» — несут совсем другое.

В глухой уездный город приезжают строить железную дорогу инженеры Цыганов и Черкун. Кажется, они должны пробудить город к жизни, к культуре, но они — варвары, несут с собой только разрушение и опустошение, беспощадное, бездушное отношение к людям. Черкун кажется героем наивной и трогательной Надежде Монаховой, которая любит романы, где «все описывается лучше правды». В Надежде сквозь обывательские, мещанские представления видна большая, по-настоящему возвышенная и благородная душа. Она безвкусна, банальна, необразованна, малокультурна, но обладает большой душевной силой, непосредственна; ее непреодолимо влечет к другой — прекрасной и возвышенной жизни. Однако Черкун, которым увлеклась Надежда, отнюдь не герой, а опустошенный и циничный человек.

Разрушая варварство патриархальное, сонную одурь и застой мысли, Черкун и Цыганов несут с собой варварство капиталистическое. «Дороги строят, а идти человеку некуда», — так резюмирует итоги их деятельности один из героев пьесы. В «Варварах», следом за Чеховым (Лопахин в «Вишневом саде»), Горький утверждает: не буржуазии дано пробудить творческие силы страны.

3

Дача Горького в Куоккале становится местом партийных явок. Писатель выступает на вечерах, сборы от которых идут на нужды партии большевиков. Во второй половине 1905 года, а возможно, и раньше, он становится членом партии.

«С 903 года я считаю себя большевиком, т. е. искренним другом пролетариата… — писал Горький, — с большевиками я с 1903 г. и немного раньше…» Он чувствует себя «рядовым солдатом непобедимой армии тех людей, которые отдают свой ум и свое сердце на борьбу за свободу, истину, красоту и за уважение к человеку».

Облик Горького-борца, напряженную духовную жизнь, деятельную натуру, революционный порыв писателя хорошо передал известный художник В. Серов в портрете Горького, написанном осенью 1905 года в Москве.

Революционные события в стране все нарастают и нарастают. Число бастующих в 1905 году достигло трех миллионов. В октябре 1905 года разразилась политическая стачка, охватившая всю страну. Не работали фабрики и заводы, на домах появились красные флаги, на улицах возникали баррикады. Напуганный царь издал 17 октября манифест, обещавший неприкосновенность личности, свободу слова и собраний, созыв Государственной думы.

Но был не только манифест, была и жестокая расправа с недовольными. Генерал Трепов издал знаменитый приказ: «Патронов не жалеть, холостых залпов не давать». И патронов не жалели. За неделю с 18 октября в ста городах было убито три тысячи человек и свыше десяти тысяч ранено. Настал кровавый разгул «черной сотни», состоявшей из реакционных помещиков, попов, купцов, босяков и уголовных элементов. Черносотенцы избивали и убивали революционеров, разгоняли митинги и демонстрации, устраивали еврейские погромы… Их жертвой пал Николай Бауман.

Двести тысяч человек шло в Москве за гробом революционера-ленинца Н. Баумана, среди них Горький. На одном из венков, возложенных на могилу, было написано: «От М. Горького и М. Андреевой — товарищу, погибшему на боевом посту».

В Петербурге Горький активно участвует в работе легальной большевистской газеты «Новая жизнь» (первый номер вышел 27 октября; последний — 3 декабря). Газета подвергалась постоянным репрессиям: пятнадцать ее номеров было конфисковано и уничтожено, а последний — 28 номер — вышел нелегально после того, как «Новая жизнь» была закрыта властями. Тираж газеты достигал 80 тысяч экземпляров. В газете сотрудничали Красин, Луначарский, Воровский, Вересаев, Гарин-Михайловский. Издателем была М. Ф. Андреева, фактическим редактором скоро стал вернувшийся из-за границы В. И. Ленин. 27 ноября 1905 года и произошла его первая встреча с писателем. Ленин и до этой встречи знал о Горьком не только как о писателе, но и как о человеке, помогавшем партии[19].

Что же касается первой встречи Горького с Лениным, то писатель вспоминает: «…я приехал с высокой температурой и, вследствие этого, настолько смутно помню происходившее, что даже не решился рассказать об этом в моих воспоминаниях о Владимире Ильиче».

Перейти на страницу:

Все книги серии Биография писателя

Похожие книги

Третий звонок
Третий звонок

В этой книге Михаил Козаков рассказывает о крутом повороте судьбы – своем переезде в Тель-Авив, о работе и жизни там, о возвращении в Россию…Израиль подарил незабываемый творческий опыт – играть на сцене и ставить спектакли на иврите. Там же актер преподавал в театральной студии Нисона Натива, создал «Русскую антрепризу Михаила Козакова» и, конечно, вел дневники.«Работа – это лекарство от всех бед. Я отдыхать не очень умею, не знаю, как это делается, но я сам выбрал себе такой путь». Когда он вернулся на родину, сбылись мечты сыграть шекспировских Шейлока и Лира, снять новые телефильмы, поставить театральные и музыкально-поэтические спектакли.Книга «Третий звонок» не подведение итогов: «После третьего звонка для меня начинается момент истины: я выхожу на сцену…»В 2011 году Михаила Козакова не стало. Но его размышления и воспоминания всегда будут жить на страницах автобиографической книги.

Карина Саркисьянц , Михаил Михайлович Козаков

Биографии и Мемуары / Театр / Психология / Образование и наука / Документальное
Клуб банкиров
Клуб банкиров

Дэвид Рокфеллер — один из крупнейших политических и финансовых деятелей XX века, известный американский банкир, глава дома Рокфеллеров. Внук нефтяного магната и первого в истории миллиардера Джона Д. Рокфеллера, основателя Стандарт Ойл.Рокфеллер известен как один из первых и наиболее влиятельных идеологов глобализации и неоконсерватизма, основатель знаменитого Бильдербергского клуба. На одном из заседаний Бильдербергского клуба он сказал: «В наше время мир готов шагать в сторону мирового правительства. Наднациональный суверенитет интеллектуальной элиты и мировых банкиров, несомненно, предпочтительнее национального самоопределения, практиковавшегося в былые столетия».В своей книге Д. Рокфеллер рассказывает, как создавался этот «суверенитет интеллектуальной элиты и мировых банкиров», как распространялось влияние финансовой олигархии в мире: в Европе, в Азии, в Африке и Латинской Америке. Особое внимание уделяется проникновению мировых банков в Россию, которое началось еще в брежневскую эпоху; приводятся тексты секретных переговоров Д. Рокфеллера с Брежневым, Косыгиным и другими советскими лидерами.

Дэвид Рокфеллер

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное