Читаем Начало. Дневник помощника прокурора полностью

С утра таскался в ИВС. Там сидела одна баба, БОМЖ, задержанная в воскресенье. Напуганные репрессиями, дознаватели выписали ей ст.122 УПК только вчера вечером, естественно, задним числом.

Ходил в суд. Дело не пошло. Цыганкова (суд) ушла в отпуск. Её замещает Станислав Семёнович. В беседе выяснилось, что свою дочь (20 лет, третий курс ВЮЗИ) он хочет отдать в милицию (например, в ИДН 46 о/м) – там 45 лет, и пенсия. Огиренко достаточно соображает, чтобы решиться на такое просто так.

Возбудил дело по квартирной краже (сокрытие по 92 о/м).

Игорь Яковлевич пообщался с ОБХСС и возбуднул четыре уголовных дела. Один обман покупателей, одну недостачу (ст. 172 УК) и два укрытия товаров от продажи (ст. 170 ч.1 УК). В первом случае на 20 000 руб. укрытие фруктовых консервов в секции «Вино-фрукты» магазина на Семёновской набережной. Во втором – укрытие охотничьих карабинов, лески из ГДР и удилищ (на 80 000 руб.) в магазине «Охотник», что на ул. Кирова.

С утра в райкоме было закрытое партсобрание. Читали письмо ЦК – засуха, неурожай, гонка вооружений.

Отписал три жалобы.


26.08.1981


В ИВС два человека. Одна - тунеядка, вторая – нарушительница правил о валютных операциях. В туалете ресторана «Арбат» скупила у неустановленной следствием гражданки 180 финляндских марок и 200 шведских крон за 200 руб. На приобретённую инвалюту покупала в «Берёзке» книги.

Возбудил уголовное дело по ст. 206 ч. 2 УК.

Валерий Павлович уходит на недельку в отпуск. За него Игорь Яковлевич. «История о том, как Беляев И.Я. стал Беляевым и.о.».

В 29 о/м разбирался с мелким хулиганом. Костюченков (29 о/м) не решился наложить на него административное  взыскание, т.к. тот жаловался, что его избили в вытрезвителе,  отобрали деньги (70 руб.) и бутылку водки. А вытрезвитель в отместку составил на него материал по мелкому хулиганству.

Мужик плёл что-то несуразное. Под конец заявил, что претензий ни к кому не имеет. Я его отпустил, а материал вернул Шкарупину (92 о/м) для дополнительной проверки.

Отписал жалобу.


27.08.1981


Вели с Мариной Львовной приём (за Игоря Яковлевича). Потом я ушёл в суд. Дело, однако, не пошло. Не явились потерпевшие и свидетели (ст. 191-1 ч. 2 УК).

После обеда отправился в 92 о/м и до вечера читал жалобы и заявления за шесть месяцев.

Младшая наша стажёрка Маргарита Михайловна ездила на 13-ую Парковую получать акты экспертизы. Заодно ей выдали вещдоки. По дороге она заглянула в 29 о/м, потом зашла на Бауманский рынок. У остановки трамвая обнаружила, что нож по убийству испанки исчез. Приехала Лина Михайловна, обшарила все урны и весь рынок. Опросила всю милицию, но результатов это не дало. Нож, причём, узбекский, с полумесяцем и звёздами. Такой фиг кто вернёт.

У нас дома есть похожий, пусть хоть сфотографируют его (для опознания пригодится). Я бы его отдал, но не мой.


28.08.1981


В ИВС трое. Один толи вор, толи самоуправщик, один хулиган и одна воровка.

Целый день проторчал в суде (некая Сорокина – ст. 147 ч. 2 УК, ст. 92 ч. 2 УК, ст. 175 УК). Статьи страшные, но, на самом деле, взяла у двоих сослуживцев на работе 250 руб. на приобретение ондатровых шапок. Потом, выдавая зарплату, расписалась за шесть человек, которые не пришли, а их деньги (около 400 руб.) растратила. Общими усилиями перешли на ст. 147 ч. 2 УК.

В прениях попросил: ст. 147 ч. 2 – 1 год л/свободы (ст. 24-2 УК); ст. 92 ч. 2 УК – 3 года л/свободы (ст. 24-2 УК) и ст. 175 УК – 6 мес. л/свободы (ст. 24-2 УК). Итого – 3 года л/свободы (ст. 24-2 УК), иски удовлетворить, арестованное имущество (телевизор и радиолу) пустить на продажу в счёт удовлетворения имущественных требований дорогих истцов.

Негодяй адвокат заявил, что впервые в его практике он полностью согласен с требованиями прокурора.

В общем-то, всё правильно, но эпизод с деньгами на шапки следовало разбить на два раза. Первый – ст. 147 ч. 1 УК. Следующий – по признаку повторности - ст. 147 ч. 2 УК.

В понедельник партсобрание.


31.08.1981


На собрании решались мелкие организационные вопросы. О письме ЦК речи не было. С оперативки я ушёл.

В ИВС два человека. Одна воровка. И один ворюга-БОМЖ.

Игорь Яковлевич, в кои то веки вёл приём. Не сумел отвертеться.

Отписал четыре жалобы. От одной сумел уклониться. Игорь Яковлевич согласился. Отказал в возбуждении уголовного дела ещё по одной жалобе. Отдал Игорю Яковлевичу, нехай мучается (наверняка не знает, соглашаться или нет).

Пришла, наконец, моя долгожданная татарка, с помощью которой Игорь Яковлевич надеялся в дополнение к ст. 206 ч. 1 УК навесить на 29 о/м ещё и ст. 145 УК. Я её допросил – максимум ст. 206 ч. 1 УК. Отдал Игорю Яковлевичу. А вторая бабка, на которую он надеялся, родилась в 1998 г. и допросить её нет никакой возможности.

Завтра, по слухам, появится новый шеф.


01.09.1981


Сбацал месячный отчёт. Показатели приличные. Зря съездил в 29 о/м. Секретарши не было, а она мне была зело нужна.

После обеда ждали шефа. Валерий Павлович велел прибраться в кабинетах. Но Морозов не приехал.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой , Николай Дмитриевич Толстой-Милославский

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное