Читаем Начало. Дневник помощника прокурора полностью

По туалетному грабежу с золотыми часами возбудил дело по ст. 145 ч.1 УК. Под давлением Игоря Яковлевича написал малолитражную тележку на Ломинкина (29 о/м) за сокрытие.

Стажёрку забрали, говорят, что временно. Так что сам ездил в ИВС. Практически зря. Там все старые задержанные. Потом, правда, прямо в контору привезли одного БОМЖа, я его успешно и допросил.

После обеда сидел в 92 о/м, раскладывал карточки на пьяниц. Нашёл несколько неучтённых и неработающих.

К 18-00 прибежал в контору, т.к. должна была состояться учёба. Однако семь человек отсутствовали по неизвестным причинам, в т.ч. и сам прокурор. Поэтому, занятия не состоялись.

Весь этот час Игорь Яковлевич трепал мне нервы с ещё одной квартирной склокой. Убеждал в необходимости возбуждения уголовные дела. Однако письменных указаний не давал.

Удалось раскидать несколько жалоб. Одно наше дело, возбуждённое из м/хулиганства, дознание 92 о/м прекратило по ст. 5 п. 2 УПК. Надо отменить и вернуть негодяям.

Наша сборная выиграла дома у чехов (2 : 0). Теперь ей надо в двух матчах с Уэльсом и ЧССР (в гостях) набрать одно очко. Мне кажется, что Уэльс мы обдерём. По крайней мере, вничью сыграем. Это уж точно. Потом проигрываем чехам. И они вместе с нами выходят в финал. Уэльс за бортом. Все остальные тоже.


29.10.1981


Пошёл с жалобами в 46 о/м. Там ремонт – грязища жуткая. На удивление быстро разобрался с жалобами. Отыскал все материалы и время до обеда провёл праздно – в рассуждениях о работе, в конкретизации ненужных деталей и пр. Вроде, отдохнул.

Потом вернулся, поговорил о том - о сём с Игорем Яковлевичем и отбыл в 92 о/м. Но там профилактика на замке. Воронков – нападающий сборной РУВД по футболу. У него с утра был матч, и к 15-00 он обещал быть. Однако наши умудрились выиграть какой-то кубок и их целый день куда-то возили, чествовали.

Так и ушёл, не солоно хлебавши. На работу не стал возвращаться. Пришёл пораньше домой.


30.10.1981


Отпечатал постановление о возбуждении уголовного дела (ст. 122 УК). Это по материалу, что нашёл вчера в 46 о/м. Отдал на подпись Игорю Яковлевичу. Через несколько минут вызывает: - Почему потерпевшую не допросил?

- Это и следователь сделает, - отвечаю.

- Моё мнение, - говорит Игорь Яковлевич, - надо перед возбуждением дела ВСЕХ потерпевших допрашивать.

- Даже по алиментам? – спрашиваю.

- Даже по алиментам! – отвечает.

Что-то этот ответ меня обозлил зело: - Ну, так зачем я буду себе работу искать? – говорю, - лежал себе этот материал в списанных жалобах, ну, и на здоровье! В следующий раз пролистну подобный и скажу «не заметил». Нехай там и остаётся.

Должен сказать, что перед тем, как постановление отстучать, я с потерпевшей два раза по телефону беседовал, что и указал в справке. Видя, что я уж очень сильно разволновался, Игорь Яковлевич тоже в волнение пришёл.

- Не кипятись, - говорит. И постановление подписал.

По второму заявлению прокурор самолично, правда, в устной форме, велел возбуждать дело по ст. 207 УК. Я долго то заявление с разных сторон рассматривал, но угрозы убийством, на первый взгляд, не обнаружил.

А дело в том, что жена не давала мужу развода (он любил её бездетную подругу). Тогда мужичок хитит у жены документы (паспорт, в/билет, свидетельство о браке и др.), пишет от её имени заявление о выписке и сдаёт всё это в 46 о/м. Те эту тётку с детишками в одночасье выписывают в г. Вологду. Когда баба свой паспорт увидела – рот раскрыла, побежала в прокуратуру.

Чтобы дело по ст. 207 УК не развалилось, я натянул ст. 196 УК (подделка заявления, т.е. использование документа, порождающего юридический факт). Тоже хлипко, потому, как заявление о выписке под понятие документа подвести сложно.  Это постановление о возбуждении уголовного дела Игорь Яковлевич пока не подписал – изучает.

После обеда позванивал в 46 о/м. Профилактика молчала.

Адвокатша из нашей конторы привела студенточку ВЮЗИ, слёзно просила отметить той двухнедельную практику. Я нацарапал, Игорь Яковлевич вздохнул, но подписал. Девицы пытались всучить бутылку коньяку, еле отбрыкался.


02.11.1981


Из Ленинграда вернулась Лина Михайловна. Полна новых впечатлений. Марина Львовна получила осложнения после гриппа. Видимо, её положат в больницу.

На оперативке всех нацеливали на выполнение планов. Однако стажёрку забрали в суд (дня на два, не меньше). В СО РУВД Игорь Яковлевич пойдёт сам, будет лично вместо Марины Львовны делать проверки.

В ИВС трое. Два БОМЖа и один вор, который не колется.

Выдали зарплату 102 руб. 75 коп. Пока меня не было, Галька взяла из неё 55 рублей и заплатила за пайки. Из двух магазинов. Чтобы не обожраться, один паёк пришлось продать. Во втором – на 9 руб. финской колбасы; курица - 3 руб. 60 коп.; финский плавленый сыр - 1 руб. 80 коп.; банка огурцов; банка помидоров; банка лосося; банка манго; банка зелёного горошка; икра красная. Итого: около 25 руб., да , ещё банка лечо.

Читал отказные материалы. Очень интересно.


03.11.1981


Профилактика в 92 о/м на замке. Что хочешь, то и делай.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой , Николай Дмитриевич Толстой-Милославский

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное