С лазерной линейкой я только и могу, что работать все утро. Прикрепляю петли. Регулирую двери. Вешаю шкафы. Для своего пентхауса в верхнем Ист-Сайде с ультрасовременной кухней Вайлет заказала экзотическую древесину, которая потрясающе смотрится на фасадах, но к ней нужно относиться с особой осторожностью. Именно так я с ней и обращаюсь, убеждаюсь, что каждая отдельная деталь прекрасно сочетается, что нет трещин, царапин или вмятин.
Опять же, это моя работа, и именно это я стремлюсь делать каждый раз для каждого клиента.
Но прошла уже половина дня, а закончить все вовремя кажется крайне маловероятным. Слишком много еще предстоит сделать. У меня едва ли хватит времени на перерыв на ланч, но мой желудок урчит, а по груди льется пот из-за всей этой работы по тасканию тяжестей и размахиваний молотком. Мне нужно торопиться, чтобы закончить работу. Так что, когда в полдень выхожу на яркое солнце из здания Вайлет и сливаюсь с толпами людей, то следую за желанием моего желудка и направляюсь в сторону ближайшего магазинчика. Проходя по усаженному деревьями кварталу с особняками, звоню Натали.
— Привет, — говорю я и чувствую, как начинаю улыбаться.
— Привет. — Сладкий звук ее голоса — причина моей улыбки. От звука ее голоса мое сердце делает кульбит.
Мы — коллеги, но сейчас говорим совсем не как коллеги. Мы говорим как любовники. Как парень и девушка. Вроде того, как мы разговариваем друг с другом, когда звоним без причины. И, черт меня дери, если я знаю, почему ей позвонил. Возможно, чтобы просто услышать, как Натали скажет «
Кажется, это достаточно веская причина, и именно этого я хочу — иметь возможность вот так с ней разговаривать, звонить в любое время и болтать о том, как мы провели день без нависшего над нами груза проблем.
Я надеваю солнцезащитные очки и направляюсь в магазинчик на углу, чтобы купить сэндвич.
— Как дела в штаб-квартире?
— Здесь, в пещере Бэтмена, все в порядке, — говорит Натали, затем рассказывает, что творится, и вот еще один день она управляет моей компанией, как чемпион. Эта женщина для меня бесценна. — И я зарегистрировалась в суде. С разводом все также идет полным ходом, — говорит она, но мне не хочется говорить о конце нашего брака, и, оказывается, мне и не нужно, поскольку она переходит к следующему пункту: — Сегодня мне позвонила Эбби, подруга Харпер. Парень, на которого она работает, инвестирует в новый ресторан, и он хочет поговорить с тобой о том, чтобы ты сделал хорошую мебель.
— Интересно, — говорю я, потому что обычно не занимаюсь коммерческой мебелью. Но Натали рассказывает мне больше о заказе, и он кажется выполнимым.
— Ты сможешь зайти после работы у Вайлет, чтобы сделать оценку? Я могу встретиться с тобой там. Это в Виллидж.
В моей груди сердце снова делает кульбит — я знаю, что увижу Натали позже. Это смешно, так как я вижу ее почти каждый день. Но мне очень нравится с ней видеться.
— Да, звучит здорово, — говорю я, сворачивая в магазинчик. Беру пакет с чипсами, диетическую содовую и становлюсь в очередь в кулинарию.
— Итак, — Натали делает паузу, — почему ты позвонил. Все в порядке?
Точно. Причина моего звонка. Какая, черт возьми, причина? Я смотрю на стеклянную витрину кулинарии, надеясь найти ответ в ветчине. Но, честно говоря, я никогда не любил ветчину, так что это не помогает. Затем я вспоминаю, почему собираюсь перекусить по-быстрому.
— Не думаю, что сегодня смогу закончить работу у Вайлет. Есть шанс, что ты сможешь кого-нибудь найти на после обеда? Мне просто нужна вторая пара рук на несколько часов.
— Может, я к тебе присоединюсь?
— Ты уверена? — стараюсь говорить не слишком восторженно.
— Мы делали это раньше у Лайлы. Так что сможем сделать снова. Я буду на месте через двадцать минут.
— Ты — ниндзя, богиня и гениальная повелительница манхэттенского плотницкого бизнеса. Могу я купить тебе сэндвич? Индейка здесь хорошо выглядит.
— Спасибо, но я уже поела. Отравленную чиабатту. Я вскоре должна быть мертва.
Чуть позже Натали присоединяется ко мне, и мы приступаем к работе. Взглянув на нее, тщательно забивающую гвоздь, снова понимаю, что она делает для моего бизнеса — она спасает положение.
Когда мы работаем, Натали спокойна и сосредоточена, как и я. Около пяти часов она берет короткий перерыв на посещение ванной и быстро возвращается.
Ставлю инструменты, чтобы налить себе стакан воды. Натали на кухне работает на стремянке, протирает деревянные шкафчики над плитой, чтобы они блестели. Но ее плечи дрожат, словно что-то совсем не так.
— Эй, что происходит?
— Ничего, — бормочет она, сглатывая, когда спускается на ступеньку.
— Ты уверена?
— Я в порядке.
Я кладу руку на ее поясницу.
— Эй, скажи мне. Что не так?
Натали глубоко вздыхает и встречается со мной взглядом. Слова льются из нее, как вода.
— Миссис МакКеон сказала, что больше не нуждается в том, чтобы я у нее преподавала.
У меня отвисает челюсть.
— Что?