Читаем Нашествие. Пепел Клааса полностью

Современником Меховского, про которого говорилось в предыдущей книге «Нашествия», был Юлий Помпоний Лет (Сабин), глава первого поколения итальянских гуманистов. Именно благодаря Лету был возрожден (это, конечно, по ТВ, а по АВ - основан) античный театр с постановкой античных (по АВ, средневековых, но в придуманном античном стиле) пьес. Он стоял у истоков основания Римской академии.

Помпоний Лет писал и на темы древней истории. Вот, в частности, отрывок из его комментария к «Георгикам» Вергилия: «Угры приходили вместе с готами в Рим и участвовали в разгроме его Аларихом… На обратном пути часть их (уричей) осела в Паннонии и образовала там могущественное государство, часть вернулась на родину, к Ледовитому океану, и до сих пор имеет какие-то медные статуи, принесенные из Рима, которым поклоняются как божествам».

Если бы не известность Юлия Помпония Лета в средневековом мире и некоторые строки из его произведений, явно свидетельствующие о событиях Средних веков, то право же, его вполне могли бы назвать античным римским автором. Одно его имя чего стоит: имя настоящего древнеримского аристократа. Гаю Светонию Транквиллу, автору «Жизни двенадцати цезарей» повезло (или, наоборот, не повезло?) больше: его, в действительности средневекового автора, признали античным классиком.

А ведь запросто Помпония Лета могли перебросить в античное время. Я. Буркхардт в «Культуре Италии в эпоху Возрождения» писал, что «все, что нам известно о нем, восходит к письму его ученика Сабелико, в котором Лет слишком уж уподоблен древним». Да и в жизнеописании Лета много того, что вполне можно было бы соотнести с древнеримскими временами. Цитирую Буркхардта дальше: «…обрабатывал землю по предписаниям Катона, Варрона и Колумеллы; праздники он посвящал рыбной ловле и охоте на птиц, а также скромным пикникам у какого-нибудь ручья или на берегу Тибра».

А вот еще о нем: «Никто не обращался с античным текстом так бережно и робко, как он; и к прочим памятникам античного мира он всегда свидетельствовал свое уважение тем, что вставал, словно в каком-то восторге, или разражался слезами… Лет устраивал в Риме постановки античных пьес, в основном Плавта, которыми лично руководил. Кроме того, в день основания города он ежегодно устраивал праздник, на котором его ученики и друзья произносили речи и читали стихи. Из этих спектаклей и праздников возникла так называемая Римская академия… Случалось, что гости разыгрывали фарсы в духе ателланы (народный импровизированный театр в Древнем Риме с постоянными типами-масками). Как свободное собрание очень изменчивого состава, академия эта существовала вплоть до разорения Рима» (Я. Буркхардт).

«Члены Академии осуществляли постановки пьес латинских авторов, в первую очередь комедий Теренция и Плавта, на языке оригинала. Произведения этих авторов ставились в последней четверти XV века во многих городах Италии, в Ферраре - даже в итальянских переводах. Но инициатором подобного обращения к древнеримской комедии была, скорее всего, Римская академия. Именно у Помпонио Лето впервые возникла идея о переносе античных пьес на современную сцену. Эта идея явилась следствием их филологического изучения. Именно в Римской академии постановки античных авторов носили программный, а не эпизодический характер» (Ю. А. Бутовченко «Римская академия Помпонио Лето и возрождение античной литературы», с сайта http:// www.hist.msu.ru).

Осмелюсь предположить, что настоящими авторами текстов «античных» пьес как раз и были члены этой Римской академии.

Здесь прозвучала интересная информация о том, что Римская академия «существовала вплоть до разорения Рима». О каком же разорении Вечного города идет речь? Без сомнения, о событиях 1527 года, когда 20000 наемников испанского монарха (а это были испанцы, немцы, итальянцы) ворвались и разграбили Рим. В течение нескольких дней наемники грабили жителей, пытали их, были убиты тысячи людей, а сам Рим разрушен. Не с тех ли времен появились руины Колизея? Не этот ли варварский погром дал пищу бывшим членам Римской академии для создания фантазий о разгроме Рима вандалами?

Рим традиционной истории пал в 476 году. Средневековый Рим - в 1527 году, т. е. спустя 1051 год. Эта цифра вам ни о чем не напоминает? 1053 года - основной временной сдвиг по теории Фоменко и Носовского. Именно с таким сдвигом скалигеровская история перебросила ряд событий средневековой истории в античные времена. Не являясь сторонником «новой хронологии», тем не менее, замечу, что целый ряд примеров от двух уважаемых авторов соответствует и альтернативной версии. А в данном случае мы видим, как появилась традиционная дата падения Рима.

Но если конкретно с Помпонием Летом у скалигеровских или иных хронистов не получилось переброски во времена Древнего Рима, то все же имя такой значимой для «возрождения» античных времен фигуры как Помпоний не могло остаться незамеченным. Как следствие этого, именами Помпониев буквально нашпигованы античные времена.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1991. Хроника войны в Персидском заливе
1991. Хроника войны в Персидском заливе

Книга американского военного историка Ричарда С. Лаури посвящена операции «Буря в пустыне», которую международная военная коалиция блестяще провела против войск Саддама Хусейна в январе – феврале 1991 г. Этот конфликт стал первой большой войной современности, а ее планирование и проведение по сей день является своего рода эталоном масштабных боевых действий эпохи профессиональных западных армий и новейших военных технологий. Опираясь на многочисленные источники, включая рассказы участников событий, автор подробно и вместе с тем живо описывает боевые действия сторон, причем особое внимание он уделяет наземной фазе войны – наступлению коалиционных войск, приведшему к изгнанию иракских оккупантов из Кувейта и поражению армии Саддама Хусейна.Работа Лаури будет интересна не только специалистам, профессионально изучающим историю «Первой войны в Заливе», но и всем любителям, интересующимся вооруженными конфликтами нашего времени.

Ричард С. Лаури

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Прочая справочная литература / Военная документалистика / Прочая документальная литература
Психология войны в XX веке. Исторический опыт России
Психология войны в XX веке. Исторический опыт России

В своей истории Россия пережила немало вооруженных конфликтов, но именно в ХХ столетии возникает массовый социально-психологический феномен «человека воюющего». О том, как это явление отразилось в народном сознании и повлияло на судьбу нескольких поколений наших соотечественников, рассказывает эта книга. Главная ее тема — человек в экстремальных условиях войны, его мысли, чувства, поведение. Психология боя и солдатский фатализм; героический порыв и паника; особенности фронтового быта; взаимоотношения рядового и офицерского состава; взаимодействие и соперничество родов войск; роль идеологии и пропаганды; символы и мифы войны; солдатские суеверия; формирование и эволюция образа врага; феномен участия женщин в боевых действиях, — вот далеко не полный перечень проблем, которые впервые в исторической литературе раскрываются на примере всех внешних войн нашей страны в ХХ веке — от русско-японской до Афганской.Книга основана на редких архивных документах, письмах, дневниках, воспоминаниях участников войн и материалах «устной истории». Она будет интересна не только специалистам, но и всем, кому небезразлична история Отечества.* * *Книга содержит таблицы. Рекомендуется использовать читалки, поддерживающие их отображение: CoolReader 2 и 3, AlReader.

Елена Спартаковна Сенявская

Военная история / История / Образование и наука
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой , Николай Дмитриевич Толстой-Милославский

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное