Но, несмотря на то что подобное развитие заслуживает наивысших похвал и может послужить спасению души, его все же недостаточно, чтобы обрести счастье: для этого следует выйти из изоляции и вступить в отношения, которые свяжут меня с другим. Как бы ни был высок уровень бытия человека,
Полюбив, человек переживает трансформацию, вызванную охватившим его чувством; без этого превращения любовь невозможна. Сказка готовит сознание ребенка к нему; в противном случае фундамент, необходимый для формирования осознанности и способности включаться в отношения, окажется недостаточно прочен. Существует немало сказок, сюжет которых начинается там, где заканчивается история Золушки или Белоснежки, и мы узнаем из них, что, хотя быть любимой — это чудесно, даже любовь принца не гарантирует счастья. Чтобы реализоваться благодаря любви и найти себя в любовных отношениях, необходимо сделать еще один шаг в развитии. Быть собой — это еще не все, даже если вы обрели себя в борьбе не менее тяжелой, чем та, что выпала на долю героинь упомянутых сказок.
Реализовать свои задатки и стать человеком в полном смысле слова может лишь тот, кто, найдя себя, способен оставаться собой, находясь вместе с другим, и при этом быть счастливым. Глубочайшие уровни личности оказываются затронуты, когда мы достигаем этого состояния. Подобно любому преобразованию, которое воздействует на нашу сокровенную сущность, этот процесс сопряжен с опасностями, которые следует встретить с надлежащим мужеством, и ставит перед нами проблемы, с которыми необходимо справиться. Сказки намекают, что мы должны оставить в прошлом детские установки и выработать взрослые, если хотим сформировать ту интимную связь с другим, которая принесет нам обоим
Как готовят нас к этому сказки? Они прививают ребенку подсознательные представления. Если бы кто-то заставил ребенка задуматься о многом из того, что затрагивает сказка, это привело бы к тяжелым потрясениям. Но если соответствующие идеи исподволь приживаются в подсознании или в бессознательном, то, когда для ребенка настанет момент выстроить их понимание, они окажутся доступны ему. Поскольку в сказках они выражены особым символическим языком, ребенок может оставить без внимания то, к чему он не готов, и откликнуться лишь на поверхностные смыслы рассказанной истории. Но по мере того как он постепенно обретает способность овладеть знанием и извлечь из него пользу, он получает возможность, словно очищая луковицу, обнаруживать, слой за слоем, значения, на которые указывает символ.
Таким образом, сказки дают ребенку идеальную возможность узнать о сексе в подходящей его возрасту форме и на том уровне понимания, который доступен ему в силу его развития. Сексуальное просвещение в более или менее непосредственном виде, даже если проводить его на понятном ребенку языке и с использованием выражений, смысл которых он в состоянии уловить, оставляет ему лишь одну возможность — принять услышанное, хотя он к этому не готов. В результате он испытает потрясение или будет сбит с толку. Может случиться и так, что ребенок сумеет защититься и не дать себя ошеломить знанием, которым он пока не в состоянии овладеть, прибегнув к искажению или подавлению, а это повлечет за собой самые губительные последствия в настоящем и будущем.
Сказки намекают, что в конце концов придет время, когда нам неизбежно предстоит узнать нечто такое, чего мы не знали прежде, или, говоря языком психоанализа, перестать подавлять сексуальное. Прежде мы ощущали это как нечто опасное, отталкивающее и считали нужным его остерегаться — теперь оно должно изменить свое обличье, чтобы мы ощутили его подлинную красоту. Возможность для этого дает не что иное, как любовь. Отказ от подавления сексуального и изменение отношения к сексу в действительности осуществляются параллельно, но в сказках то и другое происходит по отдельности. Внезапно это происходит крайне редко; гораздо чаще разворачивается длительный процесс эволюции, который приводит нас к пониманию того, что секс может представляться вовсе не таким, каким он виделся нам прежде. Итак, некоторые сказки отображают шок, вызванный счастливым прозрением. Другие же подсказывают, что внезапное прозрение посетит нас лишь после долгой борьбы.