— Когда я сегодня спозаранку проезжал мимо коттеджа, она вовсю разгребала снег, расчищая тропинку к сараю. Будь ты там, не думаю, чтобы ей пришлось этим заниматься.
Молодой человек продолжал молча крутить стаканчик вокруг своей оси, а Мэтт гнул свое:
— Так где же ты ночевал, Трэй? Ведь не у Сэлли Джо, верно?
— А как бы ты стал ухаживать за женщиной, Мэтт? — вопросом на вопрос ответил Трэй.
Мэтт несколько секунд непонимающе смотрел на него, затем опустил взор и стал изучать янтарную жидкость у себя в стакане.
«Как бы ты стал ухаживать за женщиной?» — задумчиво повторил он вопрос Трэя.
Мысли его перенеслись в далекую молодость, к женщине, за которой он в ту пору ухаживал — единственной его настоящей любви. Он вспомнил о тех долгих часах, которые они проводили вместе, гуляя взявшись за руки. О букетах полевых цветов, о безделушках, которые он преподносил ей в день ее рождения и на Рождество.
Он помнил и их первый поцелуй, и то, каким нежным и сладостным тот был. Без душевного смятения Мэтт не мог воспроизводить в памяти картины их первой близости и скорого расставания в связи с его уходом на войну.
— Так можешь ты ответить на мой вопрос, Мэтт? Тебе когда-нибудь приходилось ухаживать за женщиной? — нетерпеливый голос Трэя вернул его к действительности.
— Да, Трэй, приходилось, — ответил он и рассказал молодому человеку обо всем, что повергло его в столь меланхоличное состояние, намеренно не затрагивая в своем рассказе интимные сцены.
— Выходит, для того, чтобы лечь с женой в постель, приходится вынести столько мук?
— Нет, Трэй, ты не прав. Какие могут быть муки, если ты по-настоящему любишь женщину? Наоборот, этому даже и позавидовать не грех.
Парень устремил угрюмый взгляд в стакан, где на донышке плескалось виски. Первое: свою молодую жену он не любил. Она для него была и оставалась шлюхой, проституткой, кто бы что ни говорил и как бы ее ни хвалили. Второе: черт побери, о каких долгих прогулках может идти речь, если кругом снегу почти по пояс? И третье: где ему взять полевые цветы, когда кругом сугробы толщиной в три фута?
— Чего это ради ты в город отправился ни свет ни заря? — вопрос вывел его из раздумий. — Вы что, снова с Буллом повздорили?
— Нет, сегодня как раз нет. Зато вчера мы с ним недурно пообщались. Я предупредил его, чтобы он больше на ранчо баб не водил. — Трэй криво улыбнулся. — Я еще и Скай от него увел. Через пару недель она уже будет работать на Джойси. Как только сойдут синяки, так и начнет.
Мэтт невольно рассмеялся и хлопнул Трэя по спине.
— Ну как же ты мог поступить так бесчеловечно с этим старым ублюдком? — он шутливо попытался усовестить молодого человека.
Трэй готов был уже согласиться со своим приятелем, как тут на соседний стул шлепнула свой круглый, крепкий задок Сэлли Джо. В глазах ее было откровенное приглашение.
— Что вы тут такого смешного друг другу рассказываете, а? — полюбопытствовала она.
— Да так, о жизни говорим, — ответил молодой человек, а Мэтт при этом демонстративно повернулся к женщине спиной. Его жест ясно давал понять, какого он был мнения об этой даме.
— Я вчера думала, ты вечерком заглянешь ко мне, — нежно проворковала темноволосая певичка, заглядывая Трэю в глаза и томно поглаживая себя по бедру.
Он посмотрел на ее размалеванную физиономию, а в нос ему ударил знакомый запах крепких духов, которыми она в буквальном смысле обливалась, чтобы перебить запах немытого тела. И тут же перед его глазами возникла Лэйси. Трэй вспомнил, что обнимая ее сегодня утром, он ощутил лишь исходивший от нее запах свежести и легкий, едва уловимый аромат розового мыла.
Рука Сэлли Джо не спеша добралась то того места, где находилась его ширинка. В прежние времена Трэй тут же взвивался и волок ее наверх.
Но, к своему удивлению, теперь он оставался холоден. Спокойно убрав ее руку, он не без учтивости заявил:
— Видишь ли, Сэлли, недосуг мне сегодня с тобой баловаться. У меня еще куча дел в Маренго сегодня.
Допив виски, Трэй хлопнул Мэтта на прощание по спине и вышел из таверны. Садясь в седло, ковбой сплюнул и проклял тот день, когда познакомился с Лэйси Стюарт, а ныне Лэйси Сондерс. Она просто отвратила его от других женщин, а он между тем еще даже ни разу не был с ней в постели.
Вернувшись на ранчо и войдя в кухню, Трэй был зол на весь свет. Из спальни родителя доносился какой-то странный шум и поскрипывание кровати. «Неужели он исхитрился бабу привести? И когда это он успел?» — подумал он.
Молодой человек вышел из кухни и пройдя через огромную прихожую, направился в спальню, сознавая, что оставляет мокрые грязные следы, которые предстоит вытирать его отцу, поскольку теперь в доме убирать некому.
Булл в припадке вожделения даже и ухом не повел. Сын стоял и наблюдал, как вздымался и опадал голый бледный зад родителя, взгромоздившегося на новую индианку. Видимо, этот старый негодяй поперся в индейскую деревню и приобрел себе еще одно тело для своих паскудных утех.