Читаем От солянки до хот-дога. Истории о еде и не только полностью

Казалось бы, совсем легкое блюдо, правда? Ну кто не умеет делать котлеты! Открою секрет – очень много лет у меня с ними не складывалось. То разваливались на сковороде, то распадались на тарелке. То сухие, то слишком мягкие. А пару лет назад путем проб и ошибок я наконец научилась делать прекрасные котлеты.

Секрет прост – надо брать три вида мяса: кусок говядины, лучше пожирнее, кусок свинины и кусок красного мяса курицы или индейки, лучше с бедра. Пропорции – а сколько есть. Хорошо поровну, но бывает, что говядины у меня больше, а свинины гораздо меньше. Или есть небольшое куриное бедро, а свинины и говядины достаточно. И все же лучше в одинаковых пропорциях.

В фарш идут большая сырая луковица, мякоть белой булки – на килограмм мясных частей три-четыре куска нарезного, без корки, замоченного хлеба и одно большое яйцо. Все перемешать и начать отбивать. Да-да, готовый фарш надо непременно отбить – швыряйте его в миску со всей силы, бейте, не жалея. Хорошо бы минут десять, но кто выдержит и у кого есть на это время? Пошвыряете минут пять – и отлично, сойдет. Почему надо это делать? Фарш наполняется воздухом и становится легче, воздушнее. Это проверено.

Я жарю котлеты на постном масле, впрочем, как и все остальное.

Котлеты из трех видов мяса не распадаются, не крошатся, они сочные и воздушные.

Рыбные котлеты

Мое любимое блюдо. Не так много людей любят рыбные котлеты. Я люблю и горячие, но особенно вкусны холодные. Холодную котлетку на черный хлеб, да намазанный маслом…

Рыбу советую брать простую: хек, минтай, но лучше всего треску. Можно готовое филе, можно сделанное своими руками.

А дальше все просто. Прокручиваем рыбное филе вместе с луковицей и белым хлебом, вбиваем яйцо, солим, обязательно перчим и – вперед!

С картофельным пюре это прекрасно, но можно и с рисом, или просто со свежим салатом, или с соленым огурцом – вообще сказка!

Тушеное сердце

Отвариваем почти до готовности промытое и очищенное от жил и нитей говяжье сердце. Отдельно жарим довольно много лука, нарезанного полукольцами.

Сердце охлаждаем и нарезаем соломкой. Слегка обжариваем, смешиваем с жареным луком, кладем лаврушку и все виды перцев.

А теперь соус: сметана, кетчуп, ложка майонеза, столовая ложка муки, разведенная в воде, чайная ложка сахара, соль. Разбалтываем все это и заливаем в сотейник поверх сердца и лука. Обязательно мешаем! Закипает – убавляем огонь до совсем слабого и оставляем под крышкой еще минут десять. Соус попыхивает, чуть пузырится. Главное, чтобы не подгорел.

И все, тушеное сердце готово.

На гарнир подходит абсолютно все – отварная гречка, макароны, вермишель и картошка в любом виде.


И кстати, точно так же я тушу субпродукты: куриные или индюшачьи желудочки и сердечки.

И еще. Просто отваренное и нарезанное говяжье сердце, да в придачу с соленым огурцом – само по себе прекрасное блюдо, хочешь горячее, хочешь холодное. Ничуть не хуже отварного языка. А уж если с хренком или с горчичкой!

Цыпленок тапака

Да, именно так – тапака, а не табака.

Подходит тушка цыпленка – или корнишон, или маленькая, граммов на семьсот – восемьсот курочка.

Разрезаем ее по середине грудки, вынимаем горло, я отрезаю попку. Делаем смесь из соли и черного перца, щедро обмазываем тушку.

Беремся за чеснок. Очищаем три приличных зубчика и разрезаем их вдоль, чтобы они получились узкими, острыми.

Ножом делаем надрезы в курице – в ножках, грудке, крыльях, бедрах – и засовываем в эти отверстия дольки порезанного чеснока. В идеале курочка должна полежать в таком виде хотя бы ночь, но можно и час, и пару часов. А можно и сразу приступить к жарке.

Теперь берем большую сковороду, разогреваем ее, наливаем растительное масло и кладем цыпленка спинкой вниз. А вот теперь главное – сверху кладем закусочную или тарелку для второго блюда и придавливаем ее тяжестью.

У меня есть для этого заветный камень, подобранный где-то на улице и, конечно, отмытый. Его как груз я кладу и на только что засоленную красную рыбу, и на квашеную капусту, и на цыпленка тапака. Можно положить что-то другое, тяжелое и плоское.

На сильном огне жарим минут десять-пятнадцать. Потом переворачиваем цыпленка на другую сторону и так же, на сильном огне, придавленного тарелкой и грузом, обжариваем до красивой корочки.

Следите, чтобы он не подгорел.

Когда цыпленок схватится с обеих сторон, огонь уменьшаем. Но тарелку и груз не снимаем до полной прожарки.

Степень прожарки проверяется просто – острым ножичком протыкаем ножку или грудку, если сок прозрачный, не розовый – цыпленок готов.

Хорош он и горячий, и холодный – любой. Главное, чтобы это был именно цыпленок, а не взрослая курица.

Жареная печенка

Тоже простое блюдо, правда? Но у меня много лет печенка не получалась – то резиновая, то слишком жесткая.

И вот проверенный рецепт.

Во-первых, если делать по уму, надо быть готовым, что отходов у говяжьей печенки много, треть точно. Но я иду на это. Тщательно вырезаю все каверны и жилки, снимаю, конечно же, пленку.

Итак, печенка почищена.

Перейти на страницу:

Все книги серии Женские судьбы. Уютная проза Марии Метлицкой

Я тебя отпускаю
Я тебя отпускаю

Как часто то, во что мы искренне верим, оказывается заблуждением, а то, что боимся потерять, оборачивается иллюзией. Для Ники, героини повести «Я отпускаю тебя», оказалось достаточно нескольких дней, чтобы понять: жизнь, которую она строила долгих восемь лет, она придумала себе сама. Сама навязала себе правила, по которым живет, а Илья, без которого, казалось, не могла прожить и минуты, на самом деле далек от идеала: она пожертвовала ради него всем, а он не хочет ради нее поступиться ни толикой своего комфорта и спокойствия и при этом делает несчастной не только ее, но и собственную жену, которая не может не догадываться о его многолетней связи на стороне. И оказалось, что произнести слова «Я тебя отпускаю» гораздо проще, чем ей представлялось. И не надо жалеть о разрушенных замках, если это были замки из песка.

Мария Метлицкая

Современные любовные романы
Другая Вера
Другая Вера

Что в реальной жизни, не в сказке может превратить Золушку в Принцессу? Как ни банально, то же, что и в сказке: встреча с Принцем. Вера росла любимой внучкой и дочкой. В их старом доме в Малаховке всегда царили любовь и радость. Все закончилось в один миг – страшная авария унесла жизни родителей, потом не стало деда. И вот – счастье. Роберт Красовский, красавец, интеллектуал стал Вериной первой любовью, первым мужчиной, отцом ее единственного сына. Но это в сказке с появлением Принца Золушка сразу становится Принцессой. В жизни часто бывает, что Принц не может сделать Золушку счастливой по-настоящему. У Красовского не получилось стать для Веры Принцем. И прошло еще много лет, прежде чем появилась другая Вера – по-настоящему счастливая женщина, купающаяся в любви второго мужа, который боготворит ее, готов ради нее на любые безумства. Но забыть молодость, первый брак, первую любовь – немыслимо. Ведь было счастье, пусть и недолгое. И, кто знает, не будь той глупой, горячей, безрассудной любви, может, не было бы и второй – глубокой, настоящей. Другой.

Мария Метлицкая

Любовные романы / Романы
Осторожно, двери закрываются
Осторожно, двери закрываются

Нам всегда кажется, что жизнь бесконечна и мы всё успеем. В том числе сказать близким, как они нам дороги, и раздать долги – не денежные, моральные.Евгений Свиридов жил так, будто настоящая жизнь ждет его впереди, а сейчас – разминка, тренировка перед важным стартом. Неудачливый художник, он был уверен, что эмиграция – выход. Что на Западе его живопись непременно оценят. Но оказалось, что это не так.И вот он после долгой разлуки приехал в Москву, где живут его дочь и бывшая жена. Он полон решимости сделать их жизнь лучше. Но оказалось, что любые двери рано или поздно закрываются.Нужно ли стараться впрыгнуть в тронувшийся вагон?

Диана Носова , Елизавета Александровна Якушева , Кирилл Николаевич Берендеев , Таня Рикки , Татьяна Павлова

Проза для детей / Проза / Проза о войне / Самиздат, сетевая литература / Современная проза

Похожие книги

Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах

Кто такие «афганцы»? Пушечное мясо, офицеры и солдаты, брошенные из застоявшегося полусонного мира в мясорубку войны. Они выполняют некий загадочный «интернациональный долг», они идут под пули, пытаются выжить, проклинают свою работу, но снова и снова неудержимо рвутся в бой. Они безоглядно идут туда, где рыжими волнами застыла раскаленная пыль, где змеиным клубком сплетаются следы танковых траков, где в клочья рвется и горит металл, где окровавленными бинтами, словно цветущими маками, можно устлать поле и все человеческие достоинства и пороки разложены, как по полочкам… В этой книге нет вымысла, здесь ярко и жестоко запечатлена вся правда об Афганской войне — этой горькой странице нашей истории. Каждая строка повествования выстрадана, все действующие лица реальны. Кому-то из них суждено было погибнуть, а кому-то вернуться…

Андрей Михайлович Дышев

Проза / Проза о войне / Боевики / Военная проза / Детективы