Читаем Пифагор. Золотой канон. Фигуры эзотерики полностью

11. Встречаться за совместной трапезой, причем необходимо, чтобы в андроне возлежали не более 9—10 человек. После прихода всех участников совершать возлияние, приносить в жертву богам начатки плодов и каждение ладаном. Возлияние следует совершать не закрывая глаз — то, что прекрасно, не заслуживает стыдливости. Следует совершать тройное возлияние — Зевсу-спасителю, Гераклу и Диоскурам, воспевая Зевса, прародителя и распределителя пищи, Геракла, олицетворение природной телесной силы и крепости, которую пища дает, и Диоскуров, как образец взаимной любви (ФΙΛΙА) и согласия всех вещей, круговорот веществ в природе. Затем следует приступать к обеду, так, чтобы закончить его до захода солнца. Обед должен состоять из мяса жертвенных животных, изредка — рыбы, вареных и сырых овощей, других закусок, хлеба, лепешек и вина. От пифагорейцев пошел обычай выставлять при трапезах сладкие и изысканные яства, а затем отдавать их рабам, чтобы поупражняться в обуздании вожделения к этим яствам.

12. После обеда совершать еще возлияние. Затем читать вслух для собравшихся душеспасительные писания. Самый старший из присутствующих указывал, что и как нужно читать, а читал самый младший. Читали чаще всего из гимнов Орфея, из Гомера и Гесиода, других элегиков и лириков.

13. После чтений, с наступлением ночи, когда все собирались расходиться, виночерпий должен был разливать вино для возлияния, а старший, совершающий возлияние, произносить заповеди Пифагора типа: нежному и плодоносящему растению не вредить и не губить его, равно как и живому существу, если оно не вредит человеку, не причинять вреда ему и не губить его; по отношению к роду божеств, роду даймонов и роду героев иметь благосклонное и благожелательное (благочестивое) расположение мыслей, равно как и по отношению к родителям и благодетелям; закону помогать, с беззаконием воевать.

14. Пифагор советовал своим ученикам всякий раз, когда они входят в свой дом, спросить себя: «В чем согрешил (сегодня)? Что сделал? Что должного не исполнил?»

С восходом звезд следовало отправляться в спальни. Простыни и постельная ткань должны быть из льна, как и одежда вообще, льняная, белая и чистая.

ПРОИЗВЕДЕНИЯ. ПЕРЕПИСКА

ПРОИЗВЕДЕНИЯ ПИФАГОРА

Пифагору приписывалось традицией немало речей, письменная фиксация содержания которых была выполнена его учениками, развивавшими его учение. Сам Пифагор ничего не писал, кроме «Священного Слова». Произведения его учеников дошли лишь в цитатах и пересказах других авторов, многие из них утрачены безвозвратно. В частности, сохранились заглавия некоторых подобных произведений, соответствующих темам пифагоровых устных бесед:

«О дорическом диалекте»,

«Элофалес»,

«О воспитании»,

«О государственном устройстве»,

«О природе»,

«О всеобщем»,

«О душе»,

«Освобождение души»,

«О благочестии»,

«Кротон»,

«Речь к Абариду»,

«Мистическая речь»,

«Клятва»,

«Гимн числу»,

«О Красном море»,

«О Гомере»,

«Нисхождение в Аид»,

«Очищения».

ПЕРЕПИСКА ПИФАГОРА

Дошло также несколько подложных, как полагают, писем из переписки Анаксимена и Пифагора, в которых речь идет о кончине Фалеса и настроениях в ионийских городах накануне восстания 500—499 гг. до н. э. против власти персов:


I

АнаксименПифагору:

Фалес, сын Эксамия, отошел (умер) в старости от одного несчастного случая. Ночью, как обыкновенно, он вышел из дома вместе со служанкой для наблюдения звезд и, заглядевшись на них, упал в колодец, о существовании которого совершенно забыл. Вот каков, согласно милетцам, был конец этого исследователя неба. А мы сами, которые любим науку, и наши дети, и наши приятели сохраняем заботливо воспоминание об этом муже и продолжаем читать его наставления. Пусть всякая наша речь начинается с имени Фалеса.


II

Перейти на страницу:

Все книги серии Антология мудрости

Дао дэ Цзин. Книга пути и благодати (сборник)
Дао дэ Цзин. Книга пути и благодати (сборник)

Западная цивилизация не всегда была мудра, но своих базовых принципов придерживалась неукоснительно: жизнь – это поле битвы, где ты должен быть первым или сразу приготовиться к тому, что тебя затопчут. Этот боевой ритм существования устраивал далеко не всех, и тогда в поисках духовных ориентиров взоры недовольных устремлялись к Востоку.Именно там этот же мир можно было увидеть совсем иначе – спокойным, гармоничным, лишенным суеты бесполезного соперничества. Если ты устал от погони за ускользающим зверем – остановись, сядь у края тропинки и жди. Если дао угодно, зверь сам придет к тебе, а если нет – зачем тогда бегать?Эта книга интересна тем, что даосское учение представлено в ней как в ранней, так и в поздней интерпретациях. Говорят, конфуцианство – это одежда китайца, а Дао – его душа. Загляните в Дао, возможно, вы найдете там самого себя.

Лао-цзы , -цзы Лао

Философия / Религия, религиозная литература / Древневосточная литература / Религия / Эзотерика / Древние книги
Голубиная книга. Славянская космогония
Голубиная книга. Славянская космогония

«Упала с небес книга. Звалась она "голубиной" — от своей чистоты и небесной святости. Или "глубинной" — от глубины заключенной в ней премудрости. Говорилось же в книге о том, как начался наш мир: откуда пошли белый свет, солнце, месяц, звезды, заря, гром, ветер, откуда взялись сословия — цари, князья-бояре, крестьяне. И о том, что есть в этом мире самого святого и главного: какой царь — над царями царь, какая земля — всем землям мать, какое самое главное море, озеро, река, церковь, гора, камень, дерево, трава, зверь, птица. А еще о том, как боролись Правда с Кривдою и куда она, Правда, подевалась в этом грешном мире». — Так издревле пели на Руси «калики перехожие», странники-слепцы, декламирующие духовные стихи.О существовании этой загадочной книги мы узнаем из жития ученого-священника XIII века Авраамия Смоленского. В 1760-х годах «Стих о Голубиной книге» записал один из первых собирателей русского фольклора, легендарный Кирша Данилов. Но лишь современные ученые догадались, что «Голубиная книга» — это космогонический миф древних славян, созвучный индийской «Ригведе», скандинавской «Старшей Эдде», персидской «Авесте» и «Пополь-вух» американских индейцев.

Коллектив авторов

Религиоведение
Матерь Лада. Божественное родословие славян. Языческий пантеон
Матерь Лада. Божественное родословие славян. Языческий пантеон

Повержены в прах древние идолы, заросли густым подлеском старые капища, отошли в область предания древние боги. А ведь были времена, когда все славяне почитали как предков и дорогих родичей верховного владыку Рода и его супругу великую богиню Ладу, воеводу Перуна, волхва Велеса и страшную хозяйку леса, богиню смерти Бабу-Ягу.Пантеон славянских божеств по своему составу и достославным деяниям нимало не уступал своим более знаменитым «коллегам» с греческого Олимпа, скандинавского Мирового Древа Иггдрасиль или тем, кого почитали индоиранские народы. Дружная семья высших существ и мелких боженят одушевляла своим присутствием простой и мудрый миропорядок, каким он виделся нашим предкам-язычникам. В этой книге древние боги славян вновь собраны воедино — с них, с прародителей, и началась когда-то наша родословная.

Дмитрий Михайлович Дудко , Дмитрий Михайлович Дудко (Баринов)

История / Религия, религиозная литература / Образование и наука

Похожие книги

100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941
100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941

Само имя — БЕРИЯ — до сих пор воспринимается в общественном сознании России как особый символ-синоним жестокого, кровавого монстра, только и способного что на самые злодейские преступления. Все убеждены в том, что это был только кровавый палач и злобный интриган, нанесший колоссальный ущерб СССР. Но так ли это? Насколько обоснованна такая, фактически монопольно господствующая в общественном сознании точка зрения? Как сложился столь негативный образ человека, который всю свою сознательную жизнь посвятил созданию и укреплению СССР, результатами деятельности которого Россия пользуется до сих пор?Ответы на эти и многие другие вопросы, связанные с жизнью и деятельностью Лаврентия Павловича Берии, читатели найдут в состоящем из двух книг новом проекте известного историка Арсена Мартиросяна — «100 мифов о Берии».В первой книге охватывается период жизни и деятельности Л.П. Берии с 1917 по 1941 год, во второй книге «От славы к проклятиям» — с 22 июня 1941 года по 26 июня 1953 года.

Арсен Беникович Мартиросян

Биографии и Мемуары / Политика / Образование и наука / Документальное
10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

А Ф Кони , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза