М
ое повествование подходит к концу. Возвратившись на «Рузвельт», я узнал, что Макмиллан и доктор вернулись на корабль 21 марта, Боруп – 11-го апреля, эскимосы из партии Марвина – 17 апреля и Бартлетт – 24 апреля. Макмиллан и Боруп отправились на побережье Гренландии еще до моего возвращения, чтобы оставить для меня запасы продовольствия на случай, если меня оттеснят дрейфующие льды и я вынужден буду возвращаться тем же маршрутом, что и в 1906 году. (Боруп, возвращаясь на сушу, сделал для меня склад на мысе Фэншо-Мартин, на побережье Земли Гранта, милях в 80 к западу от мыса Колумбия, таким образом обеспечив меня всем необходимым в случае дрейфа в обоих направлениях).Кроме того, Боруп, пользуясь помощью эскимосов, воздвиг на мысе Колумбия постоянный памятник, представляющий собой груду камней, сложенных вокруг основания указательного столба, сделанного из планок нарт, с четырьмя консолями, указывающими истинные направления: север, юг, восток и запад. Вся конструкция укреплена оттяжками из прочной фортепианной проволоки от лота. На каждой консоли – медная пластина с выбитой на ней надписью. На восточной консоли написано: «Мыс Моррис-Джесеп, 16 мая 1900 г., 275 миль»; на южной: «Мыс Колумбия, 6 июня 1906 г.»; на западной: «Мыс Томас-Хаббард, 1 июля 1906 г., 225 миль»; и на северной – «Северный полюс, 6 апреля 1909 г., 413 миль». Под ними в рамке, прикрытый от непогоды стеклом, следующий документ:
Этот монумент обозначает пункт отправления и возвращения санной экспедиции Арктического клуба Пири, которая весной 1909 года достигла Северного полюса.
Участниками санной экспедиции были Пири, Бартлетт, Гудселл, Марвин (утонул 10 апреля, возвращаясь с 86°38' северной широты), Макмиллан, Боруп, Хэнсон.
Санные партии отправлялись отсюда с 28 февраля по 1-го марта, а возвращались с 18 марта по 23 апреля.
Пароход клуба Пири «Рузвельт» зимовал у мыса Шеридан в 73 милях к востоку отсюда.
Чарльз Перси –
Томас Гашью –
Джон Коннорс –
Джон Коуди, Джон Барнз, Деннис Мэрфи, Джордж Перси –
Бэнкс Скотт –
Джемс Бентли, Патрик Джойс, Патрик Скинз, Джон Уайзмен –
18-го числа Макмиллан и Боруп с пятью эскимосами и шестью нартами отправились на побережье Гренландии, чтобы организовать склады продовольствия на случай, если моя партия вынуждена будет высадиться на землю там же, где и в 1906 г., а, кроме того, провести серию наблюдений за приливам-отливами на мысе Морис-Джесеп. Поэтому я сразу же отправил к ним двух эскимосов с лотом и запиской, в котором сообщал Макмиллану и Борупу о нашей безоговорочной победе. В наши планы входило отправить Бартлетта провести серию замеров океанских глубин на расстояние от 5 до 10 миль между мысом Колумбия и восьмым лагерем, чтобы исследовать поперечный профиль континентального шельфа и глубокий каньон вдоль него.
Бартлетт уже приготовил было для этой цели свое оборудование, но я решил не посылать его, потому что он был не в лучшей физической форме: у него сильно опухли ступни и лодыжки, а горе-утешители его только раздражали. Мое же состояние здоровья весь остальной период пребывания на севере было вполне удовлетворительным, если не считать больного зуба, который время от времени досаждал мне уже в течение трех недель.
Впервые за все экспедиции я провел май и июнь на судне. Раньше всегда оставались какие-то недоделанные работы в полевых условиях, но в этот раз вся основная работа была завершена и нужно было только упорядочить результаты. В этот период энергия моих эскимосов уходила, главным образом, на короткие вылазки неподалеку; суть поручений, как правило, сводилась к тому, чтобы добравшись до тех мест между судном и мысом Колумбия, где располагались склады, и перевезти на борт неиспользованные запасы. В перерывах между этими короткими поездками делалась кое-какая другая интересная работа.