– Да, что я вам сделала-то?! Не сдохла от голода?! Не приползла на карачках, умоляя простить и принять?! Что?! – у меня начиналась истерика. Я нисколько не сомневалась в том, что он сделает то, что говорит. А его величество и так склонен поженить нас, и если его брат попросит… И мне было страшно от того, что ждет меня в будущем.
– Не притворяйтесь дурой больше, чем вы есть на самом деле, – герцог снова презрительно хмыкнул, – вам это не идет. И поторопитесь с ответом вашему любовнику. – Он кивнул на письмо, – я хотел бы покинуть вас как можно быстрее.
Он вышел. Я встала, дошла до двери, закрыла ее и сползла по стене, разрыдавшись от собственного бессилия. Да, что же это такое? Только я начинаю радоваться, что жизнь налаживается, как случается какая-нибудь пакость. И все сначала. Осталось чуть больше двух месяцев до истечения полугодового срока. А что потом? Сомневаюсь, что король даст мне отсрочку… вернее, не так. Сомневаюсь, что герцог согласиться подождать. Нет, он слишком сильно хочет сделать мне плохо, чтобы ждать.
Плакала я долго, и еще дольше просто сидела на полу, подтянув колени к груди и положив голову на сложенные руки. Мне хотелось сжаться в маленький комочек, чтобы боль, терзающая мою душу стала меньше булавочной головки. Тогда, наверное, мне будет легче вынести ее. У меня не было ни единой мысли, как договориться с герцогом. Если раньше у меня был шанс апеллировать к его величеству, то сейчас любая просьба к королю усугубит мое положение. Если только…
Я сжала зубы и встала. Прошла к окну, посмотрела на двор, туда где работала моя консервная мини-фабрика. Если я стану человеком, с которым выгоднее считаться, то смогу диктовать свои условия. И у меня для этого есть всего два месяца. Катастрофически мало. Но я должна справится. Я должна придумать, как получить отсрочку от ненавистного замужества.
А пока надо прочитать и ответить на послание его величества. Я сорвала сургучную печать и вчиталась. Король, в этот раз был лаконичен:
«Леди Лили, – писал он, – полевая кухня мне понравилась. Я распорядился выдать вам патент немедленно. В ближайшее время мы намерены заключить договор на два десятка полевых кухонь с вами или вашими партнерами.
Ах, да… леди Лили, я совсем забыл вас предупредить, мой подарок с небольшим подвохом, обычно я дарю их женщинам, с которыми разделил постель. Надеюсь, вы простите мне эту небольшую шалость.
Всегда ваш Тидерик»
Шалость? Шалость?! Шалость! Я за мгновение сдернула сережки с ушей и еле сдержалась, чтобы не швырнуть их в дальний угол. Бросила в верхний ящик стола. И закрыла скорее. Теперь понятно, почему так хмурился Фипп, и из-за чего негодовал герцог. Я схватилась за голову и застонала. Я ведь целую неделю ночевала с королем в одной карете. И совсем упустила из виду в каком мире нахожусь. Теперь, даже если захочу, мне не отмыться.
Забыл он предупредить! Как же! Нарочно ничего не сказал, и герцога сюда отправил нарочно, чтобы он увидел и «все понял». Я с нажимом потерла виски. От такой новости резко разболелась голова. Был бы его светлость адекватным, можно было бы объяснить. Но он даже не станет меня слушать.
Что же… У меня есть выбор: либо оплакивать погибшую репутацию, либо идти намеченным курсом, добиваясь уважения, как изобретатель и очень значимый для государства человек. Без скидок на мой пол.
Я взяла перо и быстро написал ответ:
«Ваше величество, мы с партнером, бароном Фабербургским, в самое ближайшее время подготовим площадку для производства полевых кухонь. Полагаю, что через пару недель можно будет запускать производство.
Постскриптум. Небольшая шалость, ваше величество, значительно осложнила мне жизнь. Но я готова подумать, как вы можете искупить свою вину.»
Я посыпала чернила мелким песком, чтобы они просохли как можно быстрее. И запечатала послание личной печатью. Письмо жгло руки. Мне было страшно. Но сдаться и пойти на поводу у хитрого монарха было еще страшнее. Я не знаю, зачем он, вообще, затеял эту игру. Но я могу попытаться сыграть свою партию достойно.
Герцог уехал утром. Он и раньше смотрел на меня с презрением, но сейчас в его взгляде презрение и ненависть смешивались с угрозой. Он как будто бы одним своим видом напоминал, что ждет меня тогда, когда между нами будет заключен брак.
Я же изо всех сил тянула подбородок вверх и молчала. С трудом сдерживала слезы и молчала. Смотрела холодно и равнодушно и молчала. Я прикусывала себе язык, чтобы ничего не сказать, так сильно боялась умолять его о снисхождении, начать оправдываться и каяться в том, что не совершала. Наверно, в эти самые часы в муках и страданиях умирала та, прошлая я. Девочка Лилька из небольшого провинциального городка. Попаданка заброшенная в новый мир по прихоти старой бабки.
И родилась леди Лили. Совсем не похожая на вчерашнюю меня. Жесткая, упрямая и целеустремленная.
Глава 11