Читаем Разбивая розовые очки полностью

мы покоряем вымышленный извилинойникому недоступный космосуповая на связь с иныминетронутыми цивилизациямиони же молчатне выходятиз космоса нет выходаон для открытийбездверныйтам невесомостькак бы ты ни был крут на землев космосевес твой не имеет значенияпоэтому устав его покорятьмы возвращаемся к покорению женщинбросивших эту привычку к мужчинамброшенных кем-тотак и непокоренныхдвери которых закрыты наглухонет входапо причине разочарования в сильномна них карабкалисьих брали стоя и лежаперебор в поцелуяхспровоцировалсиндром недостатка внимания«я чувствую себя полезной вещицей,ты меня не замечаешь»что-то внутри искалеченоне подлежит ремонтумы пытаемся восстановить саму нежностьи лезем в монетоприемникскладку любвипещерку истомыспальный мешокв карманв ларец с драгоценностямискважину нефтив метроза любовью… со своим проездным билетом«Уберите единый!» в космосеон не действителен

Любовь-4

она сказала целуюа я не отреагировалмне хотелось чего-то большеготворческого беспутствана телена ее молодом изобилиигубы что они могутразве что доставлять удовольствиецелуюэто все что осталосьот нашей недолгой встречиот нашей совместной жизнисказала то что хотелавсе еще очень сильноцелуюее губы встряхнули меняи вывели из оцепененияя тебя тожетоже хотел бы…

Интервью с Дон Жуаном

– Дон Жуанкак вам все это удается?вы же с виду самый обычный бабникэти женщиныи одна прекрасней другойкак вы их открываете?– как Колумб когда-то Америкусовершенно случайно– но все же?– чтобы женщину познать и открытьиногда достаточно рот закрыть поцелуем

33-й

ты у меня тридцать второйсказала женщина с чувствомпосле таких словэнтузиазм угасаетсигарета лезет в зубыминута на осмыслениеутрохочется надеть штаны и бежатья еще никогда не был 32-мдаже в школьной команде по волейболусколько же этот ротчто еще по инерции тянет губырасцеловал на свете торчковсколько еще расцелуета может не мне думать об этомвсяко где-то не за горами 33-й

Быт

пролиты люстрыих мягкий светнамочил мои ногия одет в кухонный уголокстол покусывает локтикофе жжет мой внутренний мирдым выпускают губыя с ним балуюсьсигаретас ней не поговоритьскучаетпотом она будет из пепельницы ворчатьчто я ей сломал жизнь

Молния

– помоги мне с платьемтакты мне молнию сломаешь– мне хочется его сорватьи впиться в твою прелестную шею– Италия… ты знаешь сколько оно стоиту тебя не хватает что ли?– не нравитсясама расстегивай– так и есть не хватает страстиесть моментыкогда договариваться не надодействоватьженщины любят экспромты

Детали самое главное

Перейти на страницу:

Похожие книги

The Voice Over
The Voice Over

Maria Stepanova is one of the most powerful and distinctive voices of Russia's first post-Soviet literary generation. An award-winning poet and prose writer, she has also founded a major platform for independent journalism. Her verse blends formal mastery with a keen ear for the evolution of spoken language. As Russia's political climate has turned increasingly repressive, Stepanova has responded with engaged writing that grapples with the persistence of violence in her country's past and present. Some of her most remarkable recent work as a poet and essayist considers the conflict in Ukraine and the debasement of language that has always accompanied war. *The Voice Over* brings together two decades of Stepanova's work, showcasing her range, virtuosity, and creative evolution. Stepanova's poetic voice constantly sets out in search of new bodies to inhabit, taking established forms and styles and rendering them into something unexpected and strange. Recognizable patterns... Maria Stepanova is one of the most powerful and distinctive voices of Russia's first post-Soviet literary generation. An award-winning poet and prose writer, she has also founded a major platform for independent journalism. Her verse blends formal mastery with a keen ear for the evolution of spoken language. As Russia's political climate has turned increasingly repressive, Stepanova has responded with engaged writing that grapples with the persistence of violence in her country's past and present. Some of her most remarkable recent work as a poet and essayist considers the conflict in Ukraine and the debasement of language that has always accompanied war. The Voice Over brings together two decades of Stepanova's work, showcasing her range, virtuosity, and creative evolution. Stepanova's poetic voice constantly sets out in search of new bodies to inhabit, taking established forms and styles and rendering them into something unexpected and strange. Recognizable patterns of ballads, elegies, and war songs are transposed into a new key, infused with foreign strains, and juxtaposed with unlikely neighbors. As an essayist, Stepanova engages deeply with writers who bore witness to devastation and dramatic social change, as seen in searching pieces on W. G. Sebald, Marina Tsvetaeva, and Susan Sontag. Including contributions from ten translators, The Voice Over shows English-speaking readers why Stepanova is one of Russia's most acclaimed contemporary writers. Maria Stepanova is the author of over ten poetry collections as well as three books of essays and the documentary novel In Memory of Memory. She is the recipient of several Russian and international literary awards. Irina Shevelenko is professor of Russian in the Department of German, Nordic, and Slavic at the University of Wisconsin–Madison. With translations by: Alexandra Berlina, Sasha Dugdale, Sibelan Forrester, Amelia Glaser, Zachary Murphy King, Dmitry Manin, Ainsley Morse, Eugene Ostashevsky, Andrew Reynolds, and Maria Vassileva.

Мария Михайловна Степанова

Поэзия
Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе
Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе

Роберт Рождественский заявил о себе громко, со всей искренностью обращаясь к своим сверстникам, «парням с поднятыми воротниками», таким же, как и он сам, в шестидесятые годы, когда поэзия вырвалась на площади и стадионы. Поэт «всегда выделялся несдвигаемой верностью однажды принятым ценностям», по словам Л. А. Аннинского. Для поэта Рождественского не существовало преград, он всегда осваивал целую Вселенную, со всей планетой был на «ты», оставаясь при этом мастером, которому помимо словесного точного удара было свойственно органичное стиховое дыхание. В сердцах людей память о Р. Рождественском навсегда будет связана с его пронзительными по чистоте и высоте чувства стихами о любви, но были и «Реквием», и лирика, и пронзительные последние стихи, и, конечно, песни – они звучали по радио, их пела вся страна, они становились лейтмотивом наших любимых картин. В книге наиболее полно представлены стихотворения, песни, поэмы любимого многими поэта.

Роберт Иванович Рождественский , Роберт Рождественский

Поэзия / Лирика / Песенная поэзия / Стихи и поэзия