Читаем Рублевская Л.И. - Рыцари и Дамы Беларуси. Книга 2 - 2016 полностью

Отец Константина Матей Радзивилл не был равнодушным созерцателем бурлящей эпохи. Матей — младший сын Леона Михаила Радзивилла и дочки познанского каштеляна Анны Людвики Мытельской, то есть от родового богатства ему не достался бы главный кусок. К тому же отец умер, когда Матею было всего два года. И вот тут мать сделала очень выгодную партию: сразу по окончании траура вышла замуж за овдовевшего великого гетмана литовского Михаила Казимира Радзивилла Рыбоньку. Таким образом Матей вырос в роскошном Несвиже и подружился со своим сводным братом Каролем Радзивиллом по прозвищу Пане Коханку. Вместе с ним участвовал в политической борьбе, в восстании против владычества России.

Но прежде всего Матей Радзивилл известен нам как талантливый композитор и поэт. Когда в 1784 году в Несвиж приехал король Станислав Понятовский, ему показали оперу «Агатка, або Прыезд пана» на музыку Голанда и либретто Матея Радзивилла. Спустя пару лет к именинам Пане Коханку поставили еще одно сочинение князя Константина — оперу «Войт альбанскага сялення».

Матей Радзивилл писал стихи, серенады, полонезы, собирал библиотеку в своем имении Полонечка. В 1777 году там гостил известный русский сатирик Денис Фонвизин с женой: «29 августа приехали обедать в местечко Полонечко к Радзивиллам. Тут мы приняты были очень хорошо в доме самого хозяина. Обед хороший, на серебре, и вина лучшие».

Матей Радзивилл умер в 1800 году, когда сыну было всего семь лет, но любовь отца к музам Константин успел перенять.

Была и другая традиция в семье — инсургентская. Когда родился маленький Константин, его отец был занят подготовкой восстания Костюшко, входил в состав Наивысшего литовского совета. Позже он отпустит на свободу своих крестьян, которые участвовали в восстании...

Правда, одно дело — писать о правах низшего сословия, другое — видеть революцию. В 1794 году Матей Радзивилл, которому не понравился радикальный поворот событий в Европе, уехал в свои владения на Галиччине.

Неудивительно, что молодой Константин Радзивилл, родившийся, кстати, в один год с Пестелем, разделил взгляды будущих декабристов. Хотя ко времени его взросления местная шляхта нашла свое место в новом государственном образовании и Константин Радзивилл получил должность камергера императорского двора, в 1820 году он вступил в тайное политическое общество «Национальное масонство», затем — в Патриотическое общество.

После трагедии на Сенатской площади в 1825 году Константина Радзивилла арестовали. Впрочем, с магнатами отношения у властей особые... Говорят, доход Константина Радзивилла в полтора раза превышал поступления в государственную казну. Поэтому его не сослали, он просто уединился в родовом имении Полонечка.

Еще немного генеалогии и персонажей... Юный Доминик Радзивилл был единственным наследником несвижской линии Радзивиллов, племянником Пана Коханку. Его опекуном стал Матей Радзивилл, и все огромные финансовые возможности подопечного, арсенал, вооруженные части предоставил в пользование повстанцев, за что ему объявил благодарность четырехлетний сейм. Но после поражения Костюшко Матея лишили права опеки.

Впрочем, Доминик Радзивилл сам был нрава горячего и вольнодумного. С российскими властями отношения у него были сложные. Умер в изгнании, оставив двоих детей, Александра и Стефанию.

Александр считался бастардом. Доминик Радзивилл, будучи две недели как женат, увез двоюродную сестру Теофилию от ее мужа (по одной из версий — выиграл прелестницу у супруга в карты). Разводов и разрешения на брак пришлось добиваться долго, заплатить немыслимые деньги... Так что первенец скандальной пары появился на свет до того, как все утряслось. А Стефания, наследница огромного состояния, была во всех отношениях уважаемой особой, любимицей российской императрицы. Ее опекуном был назначен Константин Радзивилл.

Стефания блистала на придворных балах, будучи завидной невестой, и в конце концов решила принять предложение графа Льва Витгенштейна — сына того самого Петра Витгенштейна, который за расправу над декабристами получил звание генерал-фельдмаршала. Отца жениха весьма смущало, что опекун невесты — бунтовщик, встречавшийся в Вильно с Бестужевым-Рюминым, входивший в Патриотическое общество, собиравшееся строить независимое от России государство. Тем не менее брак состоялся, однако Стефания прожила недолго...

Князь Константин дожил до восстания Калиновского. Вряд ли он при всех своих либеральных взглядах мог разделить идеалы новых инсургентов, но точно известно, что именно его заступничество перед генералом Муравьевым спасло жизнь его земляку по Полонечке, одному из лидеров восстания Зыгмунду Чеховичу.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 знаменитых чудес света
100 знаменитых чудес света

Еще во времена античности появилось описание семи древних сооружений: египетских пирамид; «висячих садов» Семирамиды; храма Артемиды в Эфесе; статуи Зевса Олимпийского; Мавзолея в Галикарнасе; Колосса на острове Родос и маяка на острове Форос, — которые и были названы чудесами света. Время шло, менялись взгляды и вкусы людей, и уже другие сооружения причислялись к чудесам света: «падающая башня» в Пизе, Кельнский собор и многие другие. Даже в ХIХ, ХХ и ХХI веке список продолжал расширяться: теперь чудесами света называют Суэцкий и Панамский каналы, Эйфелеву башню, здание Сиднейской оперы и туннель под Ла-Маншем. О 100 самых знаменитых чудесах света мы и расскажем читателю.

Анна Эдуардовна Ермановская

Документальная литература / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
Психология войны в XX веке. Исторический опыт России
Психология войны в XX веке. Исторический опыт России

В своей истории Россия пережила немало вооруженных конфликтов, но именно в ХХ столетии возникает массовый социально-психологический феномен «человека воюющего». О том, как это явление отразилось в народном сознании и повлияло на судьбу нескольких поколений наших соотечественников, рассказывает эта книга. Главная ее тема — человек в экстремальных условиях войны, его мысли, чувства, поведение. Психология боя и солдатский фатализм; героический порыв и паника; особенности фронтового быта; взаимоотношения рядового и офицерского состава; взаимодействие и соперничество родов войск; роль идеологии и пропаганды; символы и мифы войны; солдатские суеверия; формирование и эволюция образа врага; феномен участия женщин в боевых действиях, — вот далеко не полный перечень проблем, которые впервые в исторической литературе раскрываются на примере всех внешних войн нашей страны в ХХ веке — от русско-японской до Афганской.Книга основана на редких архивных документах, письмах, дневниках, воспоминаниях участников войн и материалах «устной истории». Она будет интересна не только специалистам, но и всем, кому небезразлична история Отечества.* * *Книга содержит таблицы. Рекомендуется использовать читалки, поддерживающие их отображение: CoolReader 2 и 3, AlReader.

Елена Спартаковна Сенявская

Военная история / История / Образование и наука
Гордиться, а не каяться!
Гордиться, а не каяться!

Новый проект от автора бестселлера «Настольная книга сталиниста». Ошеломляющие открытия ведущего исследователя Сталинской эпохи, который, один из немногих, получил доступ к засекреченным архивным фондам Сталина, Ежова и Берии. Сенсационная версия ключевых событий XX века, основанная не на грязных антисоветских мифах, а на изучении подлинных документов.Почему Сталин в отличие от нынешних временщиков не нуждался в «партии власти» и фактически объявил войну партократам? Существовал ли в реальности заговор Тухачевского? Кто променял нефть на Родину? Какую войну проиграл СССР? Почему в ожесточенной борьбе за власть, разгоревшейся в последние годы жизни Сталина и сразу после его смерти, победили не те, кого сам он хотел видеть во главе страны после себя, а самозваные лже-«наследники», втайне ненавидевшие сталинизм и предавшие дело и память Вождя при первой возможности? И есть ли основания подозревать «ближний круг» Сталина в его убийстве?Отвечая на самые сложные и спорные вопросы отечественной истории, эта книга убедительно доказывает: что бы там ни врали враги народа, подлинная история СССР дает повод не для самобичеваний и осуждения, а для благодарности — оглядываясь назад, на великую Сталинскую эпоху, мы должны гордиться, а не каяться!

Юрий Николаевич Жуков

Публицистика / История / Политика / Образование и наука / Документальное