Читаем Руги и русы полностью

Дальше – опять загадки. Согласно гипотезе Л.Н. Гумилева, основанной на сообщении Иакова Мниха, великий князь после 985 года возобновил войну с хазарами и занял Тмутаракань с Керчью. Известие Иакова Мниха звучит так. Владимир если шел войной на врага – одолевал: «радимичей победил и данью обложил, вятичей победил и их тоже обложил данью, и ятвягов взял, серебряных болгар победил, и на хазар пошел и победил их и данью их обложил» (см.: Память и похвала князю Русскому Владимиру).

Логично предположить, что союзниками хазар были северяне, о захвате которых ничего не говорится в летописи. Мы видим из летописных сообщений, что в X – XI веках Северская земля тесно связана с Тмутараканью. Значит, покорение Северщины состоялось именно теперь, после чего русы отправились в Крым и на Кубань для того, чтобы развить успех и занять Тмутаракань. Похоже, из-за этого они столкнулись с византийцами.

Дело в том, что земли Тмутаракани входили когда-то в состав древнего Боспорского царства, территорию которого присоединил к Ромейской империи Юстиниан Великий примерно в 555 году. Впоследствии часть этой страны с крепостью Фанагория прибрали к рукам болгары в порядке войны между тюркютами и византийцами. Фанагория стала столицей хана Кубрата, основателя недолговечной Великой Болгарии в Причерноморье. Затем болгар разбили хазары и предъявили претензии на их владения. Одним из конфликтов стал спор за обладание Крымской Готией, закончившийся походом Бравлина. В итоге хазары закрепили за собой кубанские земли с Тмутараканью и Степной Крым. В южной части полуострова они тоже оторвали кусок земли, построив крепость Самкерц (Керчь). Отошел к ним и греческий город Сурож – Сугдея, в свое время разоренный Бравлином.

Но византийцы никогда не забывали о том, что это их земля. Возможно, они даже оказали помощь Владимиру Красное Солнышко против тмутараканских иудеохазар в войне, начавшейся после 985 года. Можно думать, что после окончательного разгрома хазар ромеи потребовали долю в добыче, то есть возврата Крыма. Это и могло привести к известной войне между русами и ромеями, в результате которой Владимир обрушился на греческий Херсонес (ныне русский Севастополь) и взял его. Летописное сказание относит эту войну к 988 году, но опять же не исключено смещение в один-два года.

Русичи взяли Херсонес, однако война была никому не нужна, и дело замяли. Владимир женился на сестре молодого византийского императора Василия II Болгаробойцы (976—1025), отдал в выкуп за невесту Херсонес, но сохранил контроль за обеими сторонами Керченского пролива, оставив гарнизоны в торговых городах Сурож, Керчь и Тмутаракань.

С женитьбой вышла пикантная ситуация. Как мы видели, у великого князя имелось несколько жен и еще больше наложниц. Взяв замуж византийскую принцессу, Владимир расстался с прежними женщинами, а сам принял крещение. Отношения с ромеями после этого быстро наладились, и мы видим русский отряд в 6000 бойцов, который воюет на стороне Василия Болгаробойцы против внешних врагов и внутренних мятежников.

Василий II решительно подавил в своей империи восстания военной знати, которая хотела стать феодалами на манер западноевропейских, сохранил жесткую государственную власть, а также разгромил Западноболгарское царство и восстановил границы державы по Дунаю, совершив тем самым великий подвиг на благо Византии. В дела русов он не вмешивался, а лишь стремился усилить культурное влияние в Киеве, чтобы приобрести на Днепре искренних друзей. Казалось, возвращаются времена Юстиниана Великого, когда анты на Днепре были союзниками Византии.

А что Владимир?

Судя по летописи, в 989 году он крестил киевлян, после чего православие совершило трудный, но победоносный марш по Восточно-Европейской равнине. Поначалу дело продвигалось туго. Добрыня, еще недавно зверствовавший от имени Перуна, объявил прежнего бога идолом и сбросил в Волхов. Перун плыл по реке и горестно стенал: «Ох мне! Увы мне!» Добрыня и еще один дружинник, Путята, крестили новгородцев огнем и мечом. Не без труда прививалось православие и в других местах.

И всё же выбор веры оказался правильным: он культурно обогатил русский этнос и позволил приобрести друзей в Византии, которые не стремились, в отличие от немцев, к порабощению славян. Именно православие помогло сплотить разрозненные племена и обрести новую идентичность. Искусственный культ Перуна и других богов сделать этого не смог.

4. Рождение русичей

Перейти на страницу:

Все книги серии Неведомая Русь

Неизвестная история русского народа. Тайна Графенштайнской надписи
Неизвестная история русского народа. Тайна Графенштайнской надписи

История наших предков до IX века от Рождества Христова долго оставалась загадкой, «белым пятном», объектом домыслов и подчас фантастических теорий. Известный писатель Андрей Воронцов, основываясь на новейших открытиях в археологии, антропологии, генетике и лингвистике, пытается ее реконструировать. В книге речь идет о найденном в 1977 г. в австрийском городке Графенштайн камне с фрагментами надписи II в. н. э., которая принадлежала норикам. Норики же, по свидетельству Нестора-летописца в «Повести временных лет», были прямыми предками восточных славян, причем, как выясняется, весьма древними. Согласно историкам Древнего Рима, норики существовали как минимум за тысячу лет до того, как славяне, по версии господствующей в Европе «немецкой исторической школы», появились на континенте. А атестинская (палеовенетская) культура, к которой принадлежали норики, древнее Норика еще на 500 лет. Книга А. Воронцова доказывает прямую преемственность между древнерусской и палеовенетской культурами.

Андрей Венедиктович Воронцов

История / Языкознание, иностранные языки / Языкознание / Образование и наука
Загадки римской генеалогии Рюриковичей
Загадки римской генеалогии Рюриковичей

Книга «Загадки римской генеалогии Рюриковичей» посвящена знаменитой легенде о происхождении Рюрика от мифического Пруса, родственника древнеримского императора Августа. Несмотря на явную искусственность самой генеалогии, в основе ее лежат отголоски преданий о былом нахождении русов на севере современной Польши и границе с Пруссией, что подтверждается целым рядом независимых источников. Данная легенда дает ключ, с помощью которого мы можем не только узнать о взаимоотношении русов с готами, ругами и вандалами во время Велмого переселения народов, но и определить, где находилась изначальная прародина наших предков и как именно возникло само название нашего народа. Книга предназначена как историкам, так и широкому кругу читателей, интересующихся вопросом происхождения своего народа.

Михаил Леонидович Серяков

История / Образование и наука
Повести исконных лет. Русь до Рюрика
Повести исконных лет. Русь до Рюрика

Известный исследователь, историк Александр Пересвет в своей новой книге, в форме летописного повествования, прослеживает историю от появления первых русов в Восточной Европе до нападения князя Святослава на Хаэарию и Византию. Рассказ ведётся от имени личного духовника великой княгини Ольги, болгарского клирика, который описывает, как рождалась и развивалась Русь изначальная. Он прослеживает её историю: строительство первыми русами города Ладоги, появление нескольких русских «протогосударств», борьбу между ними — и, наконец, укрепление и возвеличение среди них Руси Киевской.Взору читателя открывается захватывающая панорама ранее не известной, но исторически и научно достоверной предыстории Российского государства. В книге предстают известные и малоизвестные исторические персонажи, войны и походы, подвиги и провалы, политические акты и религиозные деяния далекого прошлого.

Александр Анатольевич Пересвет , Александр Пересвет

История / Образование и наука

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Р Дж Коллингвуд , Роберт Джордж Коллингвуд , Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
50 знаменитых царственных династий
50 знаменитых царственных династий

«Монархия — это тихий океан, а демократия — бурное море…» Так представлял монархическую форму правления французский писатель XVIII века Жозеф Саньяль-Дюбе.Так ли это? Всегда ли монархия может служить для народа гарантией мира, покоя, благополучия и политической стабильности? Ответ на этот вопрос читатель сможет найти на страницах этой книги, которая рассказывает о самых знаменитых в мире династиях, правивших в разные эпохи: от древнейших египетских династий и династий Вавилона, средневековых династий Меровингов, Чингизидов, Сумэраги, Каролингов, Рюриковичей, Плантагенетов до сравнительно молодых — Бонапартов и Бернадотов. Представлены здесь также и ныне правящие династии Великобритании, Испании, Бельгии, Швеции и др.Помимо общей характеристики каждой династии, авторы старались более подробно остановиться на жизни и деятельности наиболее выдающихся ее представителей.

Валентина Марковна Скляренко , Мария Александровна Панкова , Наталья Игоревна Вологжина , Яна Александровна Батий

Биографии и Мемуары / История / Политика / Образование и наука / Документальное
Революция 1917-го в России — как серия заговоров
Революция 1917-го в России — как серия заговоров

1917 год стал роковым для Российской империи. Левые радикалы (большевики) на практике реализовали идеи Маркса. «Белогвардейское подполье» попыталось отобрать власть у Временного правительства. Лондон, Париж и Нью-Йорк, используя различные средства из арсенала «тайной дипломатии», смогли принудить Петроград вести войну с Тройственным союзом на выгодных для них условиях. А ведь еще были мусульманский, польский, крестьянский и другие заговоры…Обо всем этом российские власти прекрасно знали, но почему-то бездействовали. А ведь это тоже могло быть заговором…Из-за того, что все заговоры наложились друг на друга, возник синергетический эффект, и Российская империя была обречена.Авторы книги распутали клубок заговоров и рассказали о том, чего не написано в учебниках истории.

Василий Жанович Цветков , Константин Анатольевич Черемных , Лаврентий Константинович Гурджиев , Сергей Геннадьевич Коростелев , Сергей Георгиевич Кара-Мурза

Публицистика / История / Образование и наука