Читаем Русская Церковь накануне перемен (конец 1890-х – 1918 гг.) полностью

Новый и на сегодняшний день последний Поместный Собор состоялся в Москве вскоре после кончины патриарха Пимена († 3 мая 1990 г.). Его, как обычно в таких случаях, предварял Архиерейский Собор, обсуждавший программу предстоявшей встречи. На Архиерейском Соборе (впервые за годы Советской власти) тайным голосованием были избраны кандидаты на патриаршую кафедру: митрополит Ленинградский и Новгородский Алексий (Ридигер; 37 голосов), митрополит Ростовский Владимир (Сабодан; 34 голоса) и митрополит Киевский Филарет (Денисенко; 34 голоса).

Поместный Собор, на рассмотрение которого были вынесены предложенные архиереями кандидатуры, открылся 7 июня 1990 г. На нем присутствовало 317 человек (90 архиереев, 92 клирика, 39 представителей от монастырей, 8 – от духовных школ и 88 мирян). Помимо предложенных кандидатур, делегаты Поместного Собора выдвинули в качестве кандидатов еще несколько, но ни один из предложенных кандидатов не получил поддержки половины Собора (что было необходимо для включения в списки для голосования). Архиепископ Могилевский Максим (Кроха) предложил использовать для избрания патриарха жребий, как это было в 1917 г. Но большинство соборян его не поддержало. И тем не менее, важно подчеркнуть, что хотя традиции Поместного Собора 1917–1918 гг. в данном вопросе не реализовались, о них не забыли. К тому же голосование было тайным. Во втором туре большинство получил митрополит Алексий (Ридигер), ставший пятнадцатым патриархом Московским и всея Руси.

На Поместном Соборе было принято решение о канонизации протоиерея Иоанна Кронштадтского, всероссийски почитавшегося уже много десятилетий. Тогда же Собор поручил Комиссии по канонизации святых подготовить материалы к прославлению новомучеников, пострадавших за веру и Церковь в XX веке. Обращение к подвигу новомучеников свидетельствовало о том, что Русская Православная Церковь помнит о прошедшем лихолетье и надеется на восстановление соборной жизни, налаживать которую начал Поместный Собор 1917–1918 гг.

Политические и церковные события, разворачивавшиеся за истекшее десятилетие на территории СССР и России, заставляли Священный Синод неоднократно созывать Архиерейские Соборы, на которых рассматривались как вопросы правового положения РПЦ, так и многочисленные «нестроения», прежде всего связанные с ситуацией на Украине: действиями автокефалистов, униатов, сторонников извергнутого в 1992 г. из сана и монашества, а в 1997 г. – отлученного от Церкви бывшего митрополита Филарета (Денисенко). На Архиерейском Соборе 1990 г. Украинская Православная Церковь получила права широкой автономии, в дальнейшем ее статус независимости и самостоятельности неоднократно подтверждался.

Последний по времени проведения Архиерейский Собор был приурочен к празднованию 2000-летию христианства. В деяниях этого Собора, проходившем с 13 по 16 августа 2000 г. в воссозданном храме Христа Спасителя, приняло участие 147 архиереев. Доклад, с которым выступил патриарх Алексий, стал для Русской Православной Церкви своеобразным подведением итогов. Вспоминая празднование 1000-летия Крещения Руси, Святейший напомнил собравшимся, что оно «ознаменовало закат государственно-атеистической системы и начало духовного возрождения Отечества». По его мнению, пережитое за последующие годы второе Крещение Руси и восстановление церковной жизни «коснулось не только стен храмовых зданий»[1157]. Далее Алексий II затронул конкретные вопросы внутрицерковной и внешней церковной деятельности, которые нуждались в рассмотрении и соборном решении.

Проблемы, поднятые на Архиерейском Соборе 2000 г., по своему масштабу и сложности свидетельствуют о экстраординарности этого Собора, ставшего вехой в истории Русской Православной Церкви XX века. Так, по результатам работы Комиссии по канонизации святых Собор одобрил к канонизации 1154 угодника, из которых 1090 были новомученики и исповедники, пострадавшие в XX веке во время гонений на религию и Церковь в СССР. Среди канонизированных были император Николай II и его семья, расстрелянные в Екатеринбурге в ночь с 16 на 17 июля 1918 г. Сопричисленным к лику святых оказался и митрополит Ростовский Арсений (Мацеевич; 1697–1772), пострадавший по политическим мотивам при Екатерине II и реабилитированный Поместным Собором 1917–1918 гг.

Собор принял также несколько определений, имеющих важное значение для дальнейшего развития Русской Православной Церкви. Одно из них – о новом церковном Уставе, окончательное утверждение которого остается прерогативой грядущего Поместного Собора[1158]. Впрочем, неизвестно, когда такой Собор будет созван: ведь в соответствии с новым Уставом сроки его созыва определяет Архиерейский Собор или (в исключительных случаях) – патриарх (местоблюститель) и Священный Синод. В свою очередь, Архиерейский Собор должен созываться не реже одного раза в четыре года и в преддверии Поместного Собора[1159].

Перейти на страницу:

Все книги серии Церковные реформы

Русская Церковь накануне перемен (конец 1890-х – 1918 гг.)
Русская Церковь накануне перемен (конец 1890-х – 1918 гг.)

В царствование последнего русского императора близкой к осуществлению представлялась надежда на скорый созыв Поместного Собора и исправление многочисленных несовершенств, которые современники усматривали в деятельности Ведомства православного исповедания. Почему Собор был созван лишь после Февральской революции? Мог ли он лучше подготовить Церковь к страшным послереволюционным гонениям? Эти вопросы доктор исторических наук, профессор Санкт-Петербургского государственного университета С. Л. Фирсов рассматривает в книге, представляемой вниманию читателя. Анализируя многочисленные источники (как опубликованные, так и вводимые в научный оборот впервые), автор рассказывает о месте Православной Церкви в политической системе Российского государства, рассматривает публицистическую подготовку церковных реформ и начало их проведения в период Первой русской революции, дает панораму диспутов и обсуждений, происходивших тогда в православной церковно-общественной среде. Исследуются Отзывы епархиальных архиереев (1905), Предсоборного Присутствия (1906), Предсоборного Совещания (1912–1917) и Предсоборного Совета (1917), материалы Поместного Собора 1917–1918 гг. Рассматривая сложные вопросы церковно-государственных отношений предреволюционных лет, автор стремится избежать излишней политической заостренности, поскольку идеологизация истории приводит лишь к рождению новых мифов о прошлом. В книге показано, что Православная Российская Церковь серьезно готовилась к реформам, ее иерархи искренне желали восстановление канонического строя церковного управления, надеясь при этом в основном сохранить прежнюю симфоническую модель отношений с государством.

Сергей Львович Фирсов

Православие
Епархиальные реформы
Епархиальные реформы

Всероссийский Церковный Собор, проходивший в Москве в 1917–1918 гг., и доныне одними исследователями и публицистами превозносится как образец каноничности и пример обращения к древним и подлинным устоям Церкви, другими – клеймится как модернистский и ниспровергающий церковный строй. Немало споров вызывают и предпринятые Собором преобразования в области церковного управления. Игумен Савва (Тутунов) исследует одну из нераскрытых сторон реформы Собора. Читатель увидит, как предложения исследователей и публицистов, епархиальных архиереев и членов Предсоборного присутствия, высказанные в 1905–1906 гг., пройдя через Предсоборное совещание 1910‑х годов, через церковные съезды первой половины 1917 года, через Предсоборный совет лета 1917 года, – выльются в решения Всероссийского собора относительно порядка замещения епископских кафедр, организации работы органов епархиального управления, ответственности викарных епископов и благочинных, а также участия клириков и мирян в епархиальном управлении.Был ли Всероссийский Церковный Собор революционным? Каково было намерение законодателя, то есть Собора, в его решениях о епархиальном управлении? Можно ли и нужно ли использовать эти решения сегодня? Эти вопросы ставит перед собой автор книги «Епархиальные реформы».

Савва (Тутунов)

Религия, религиозная литература

Похожие книги

Зачем человеку Бог? Самые наивные вопросы и самые нужные ответы
Зачем человеку Бог? Самые наивные вопросы и самые нужные ответы

Главная причина неверия у большинства людей, конечно, не в недостатке религиозных аргументов (их, как правило, и не знают), не в наличии убедительных аргументов против Бога (их просто нет), но в нежелании Бога.Как возникла идея Бога? Может быть, это чья-то выдумка, которой заразилось все человечество, или Он действительно есть и Его видели? Почему люди всегда верили в него?Некоторые говорят, что религия возникла постепенно в силу разных факторов. В частности, предполагают, что на заре человеческой истории первобытные люди, не понимая причин возникновения различных, особенно грозных явлений природы, приходили к мысли о существовании невидимых сил, богов, которые властвуют над людьми.Однако эта идея не объясняет факта всеобщей религиозности в мире. Даже на фоне быстрого развития науки по настоящее время подавляющее число землян, среди которых множество ученых и философов, по-прежнему верят в существование Высшего разума, Бога. Следовательно причиной религиозности является не невежество, а что-то другое. Есть о чем задуматься.

Алексей Ильич Осипов

Православие / Прочая религиозная литература / Эзотерика
Русские на Афоне. Очерк жизни и деятельности игумена священноархимандриата Макария (Сушкина)
Русские на Афоне. Очерк жизни и деятельности игумена священноархимандриата Макария (Сушкина)

У каждого большого дела есть свои основатели, люди, которые кладут в фундамент первый камень. Вряд ли в православном мире есть человек, который не слышал бы о Русском Пантелеимоновом монастыре на Афоне. Отца Макария привел в него Божий Промысел. Во время тяжелой болезни, он был пострижен в схиму, но выздоровел и навсегда остался на Святой Горе. Духовник монастыря о. Иероним прозрел в нем будущего игумена русского монастыря после его восстановления. Так и произошло. Свое современное значение и устройство монастырь приобрел именно под управлением о. Макария. Это позволило ему на долгие годы избавиться от обычных афонских распрей: от борьбы партий, от национальной вражды. И Пантелеимонов монастырь стал одним из главных русских монастырей: выдающаяся издательская деятельность, многочисленная братия, прекрасные храмы – с одной стороны; непрекращающаяся молитва, известная всему миру благолепная служба – с другой. И, наконец, главный плод монашеской жизни – святые подвижники и угодники Божии, скончавшие свои дни и нашедшие последнее упокоение в костнице родной им по духу русской обители.

Алексей Афанасьевич Дмитриевский

Православие